Тень генерала. Любовь не знает приказов - Леся Громовая

В комнате стало холоднее, хотя огонь никуда не делся.

— Это приграничный город, — добавила я, уже спокойнее, но твёрдо. — Если он падёт, дальше будет намного хуже, и тогда цена будет уже не в нескольких отрядах, не в сотнях мирных жителей, а в тысячах.

Он молчал. Я видела, как внутри него идёт борьба. Не с моими словами, с самим собой.

— Ты учил меня думать, — сказала я тише. — Не только сражаться, но и читать людей. Смотреть вперёд, думать над стратегией. Я подумала. — он чуть поднял голову, а я закончила. — Сейчас я считаю и четко вижу то, что честный бой здесь — это путь к поражению. Лучше грязная победа, чем красивая гибель

Пауза.

Долгая. Почти болезненная. Слова повисли в воздухе. Старейшина медленно опустился на стул, будто у него просто не осталось сил стоять.

Вэй Лян не двигался, только взгляд стал другим: тяжелее, и в нём, впервые за всё время, не было однозначного ответа.

Глава 39 Вылазка в лагерь Мину

Глава 39 Вылазка в лагерь Мину

Решение не было озвучено вслух сразу, но стало понятным по тому, как изменился воздух в комнате. Вэй Лян не сказал «да», но и не повторил «нет». Он лишь отвернулся к карте, провёл пальцем по линии стен, будто проверяя границы, которые уже перестали что-либо значить, и тихо приказал собрать командиров.

Дальше всё пошло быстро.

Отбирали не самых сильных — самых тихих. Тех, кто умел двигаться без звука, кто не задавал лишних вопросов и не ломался под давлением. Людей с опытом разведки, бывших немногочисленных наёмников, тех, кто в прошлом уже сталкивался с тем, что не вписывается в «правильную» войну. Их было немного, и это только подчёркивало, насколько рискованным был план.

Отряды формировали по пять человек. Маленькие группы, которые могли раствориться в темноте и не привлекать внимания. Каждый знал: если один ошибётся — погибнут все.

Я наблюдала за этим, стоя чуть в стороне, и видела, как Вэй Лян следит за каждым движением. Он не вмешивался, но его взгляд не отпускал ни одного человека. Это было не недоверие, скорее попытка удержать контроль там, где его почти не осталось.

Он подошёл ко мне, когда последние группы уже распределяли задачи.

— Ты уверена, что они справятся? — спросил он тихо.

— Нет, — ответила я честно.

Он чуть сжал губы.

— Тогда почему…

— Потому что другого пути нет, — перебила я его, не повышая голоса. — Или ты видишь его?

Он промолчал, я сделала шаг ближе.

— Иногда нужно делать вещи, которые тебе не нравятся, — сказала я, глядя прямо на него. — Не потому что ты хочешь, а потому что иначе не выжить. Генерал Вэй, ты знаешь в каком месте я служила до твоей армии, знаешь как там было и чем для меня закончилось. Я искренне поверила вам после того предательства, и не хочу, чтобы хорошие люди пострадали. Не хочу чтобы вы тоже пострадали в той войне, где вас даже не должно было быть.

Он отвёл взгляд на мгновение.

— Есть границы, — сказал он после паузы.

— И есть последствия, — возразила я. — И они не зависят от того, насколько ты был «правильным».

Он снова посмотрел на меня.

— Ты правда считаешь, что это… оправдано?

Я выдохнула, медленно, будто вытягивая из себя лишние эмоции.

— Я считаю, что хорошие люди умирают чаще, — сказала я спокойно. — Потому что не делают того, что нужно, чтобы остаться в живых, а держатся за правила, когда их уже никто не соблюдает.

Тишина немного затянулась, и я добавила уже тише.

— Я не хочу быть одной из них, и не хочу, чтобы ими стали все здесь, но я пойду на это ради будущего этого города и империи Мо.

Он ничего не ответил, но на этот раз хотя бы не стал спорить.

* * *

Ночь опустилась густо, почти вязко. Город затих в ожидании и страхе, да и потому что силы у людей закончились. Огни гасли один за другим, оставляя лишь редкие точки света, и даже ветер будто стал тише, как будто не хотел мешать тому, что должно было произойти.

Нас собрали у внутренней стены, ближе к одному из старых участков, который давно не использовался. Там, среди камня, заросшего временем, скрывалась узкая дверь, почти незаметная, если не знать, где искать.

Перед выходом нас переодели.

Одежду сняли с тел после боя. Она ещё пахла дымом, кровью и потом, ткань была жёсткой, местами прожжённой. Я натянула чужой плащ, затянула ремни, проверила, как ложится чужой вес на плечи. Непривычно, но терпимо.

Лица затемнили, скрыли под капюшонами. В темноте это могло сработать.

Вэй Лян подошёл в последний момент. Он смотрел не на меня, на всех, кто был за мной.

— Возвращайтесь, — сказал он коротко.

Не «выполните приказ». Не «сделайте всё возможное», просто возвращайтесь, потом перевёл взгляд на командира Хэ, стоявшего рядом со мной, который сам решил пойти с этим отрядом.

— Ты отвечаешь за неё.

Хэ коротко кивнул.

— Да, генерал.

Я чуть усмехнулась.

— Не перепутай, а то придется мне тебя спасать и отвечать за помощника генерала Вэй.

Он не ответил, но я заметила, как на мгновение в его глазах мелькнуло что-то вроде усталой иронии.

Дверь открыли почти беззвучно.

Холодный воздух сразу ударил в лицо. За стенами города он ощущался иначе, как будто сам мир менялся. Мы выходили по одному, пригнувшись, быстро, без слов. Земля под ногами была неровной, влажной, и каждый шаг требовал внимания.

Когда последний человек оказался снаружи, дверь закрыли и город остался позади.

Мы двинулись вперёд.

Армия Мину была недалеко. Их лагерь растянулся широкой полосой, огни горели ровно, дисциплинированно. Даже ночью чувствовался порядок, не хаотичное скопление, а чётко выстроенная система. Они и правда подготовились.

Это было хуже, потому что означало, что они готовы буквально ко всему.

Мы шли медленно, с остановками, прислушиваясь к каждому звуку. Где-то лаяли собаки, слышались приглушённые голоса, звон металла. Жизнь лагеря не замирала полностью, просто переходила в другой ритм.

Первый раз мы едва не попались у внешнего периметра.

Двое стражников вышли