Тень генерала. Любовь не знает приказов - Леся Громовая

Я медленно выдохнула. В голове уже крутились варианты: рваные, неполные, но хоть какие-то, но ни один не давал уверенности, ни один не был достаточно хорошим.

Посмотрела на Вэй Ляна. Он явно думал о том же.

Слова старейшины повисли в воздухе тяжёлым, почти осязаемым грузом. Казалось, даже пламя в светильниках стало тише, будто не решаясь вмешиваться в разговор.

Он провёл ладонью по карте, словно это могло помочь найти выход там, где его не было.

— Есть один способ, — сказал наместник, не поднимая взгляда. Голос звучал глухо, устало, но в нём уже проступала решимость человека, который дошёл до предела и больше не может позволить себе колебания. — Старые тоннели под городом. Их прокладывали ещё при основании, на случай осады. Они ведут в лес, за внешние линии. Не все ходы сохранились, но часть… да.

Я медленно подняла голову.

— И?

Он посмотрел на нас, теперь уже прямо.

— Мы можем вывести людей. Женщин, детей, тех, кто не способен сражаться. Ночью, маленькими группами. Если армия отвлечёт врага… у них будет шанс уйти, а провизии…

Тишина стала острой. Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось, ещё до того, как Вэй Лян заговорил.

— Нет, — сказал он спокойно.

Одним словом, но в нём не было сомнения. Старейшина нахмурился.

— Генерал, вы не понимаете…

— Я понимаю, — перебил он, всё так же ровно, но теперь в голосе появилась сталь. — Вы предлагаете отвлечь армию. То есть вывести солдат под удар и оставить их там.

— Я предлагаю спасти город, — жёстко ответил старейшина. — Людей, ради которых вы и держите эту стену.

— Ценой армии, которая должна защищать границу? — Вэй Лян сделал шаг вперёд, и теперь они стояли почти напротив друг друга. — Вы думаете, если мы здесь погибнем, враг остановится?

Старейшина сжал губы.

— Если город падёт, никто не выживет, включая солдат.

Я молчала, переводя взгляд с одного на другого. Оба были правы и оба нет. Вэй Лян продолжил, уже тише, но от этого слова звучали ещё тяжелее:

— У нас Мину у стен. Мы не знаем, что делает Сянь. Их появление было… странным. Неясным. Мы не можем позволить себе терять боеспособных людей просто так.

— «Просто так»? — старейшина резко выпрямился. — Это не «просто так», это шанс сохранить тех, кто не может держать оружие!

— А потом что? — Вэй Лян не повысил голос, но в нём появилось напряжение, как в натянутой тетиве. — Выведем их в лес, где нет защиты? Где их могут перехватить? Или оставим без еды и помощи? Вы даже не знаете что в этом лесу, кто моет гарантировать людям, что уйди они из города и на них не нападут?

Старейшина замолчал, потому что ответа у него не было.

Я выдохнула медленно, чувствуя, как разговор уходит в тупик. Они оба упирались в край. Каждый со своей стороны, и никто не видел дальше своего носа.

— Это не сработает, — сказала я наконец, оба повернули головы ко мне. — Ни то, ни другое, — добавила я спокойнее. — Мы не удержим город долго без еды, но и не сможем просто отдать армию, надеясь, что кто-то уйдёт и выживет в том хаосе за стенами Инжоу.

— Тогда что ты предлагаешь? — спросил Вэй Лян, и в его голосе не было ни раздражения, ни насмешки, только внимание и словно надежда на то, что у меня было решение.

Я на секунду задержалась, собирая мысли, и решение внезапно пришло.

— Ослабить их.

Старейшина нахмурился.

— Как?

Я шагнула к карте, провела пальцем за пределами стен, туда, где стояли их лагеря.

— Они уверены, что нас заперли. Уверены, что мы будем сидеть и ждать. Значит, расслабятся. Пусть не сразу, но начнут. У них есть лагерь, запасы, вода, у нас нет. Они стоят, не штурмуют значит, рассчитывают на время, а я предлагаю хитрость.

Вэй Лян чуть сузил глаза.

— Продолжай.

— Мы не можем бить их в лоб, — сказала я. — Но можем бить изнутри их рядов, соберем небольшие быстрые отряды. Тех, кто умеет двигаться тихо. Они будут действовать ночью.

Старейшина нахмурился ещё сильнее.

— Вы хотите атаковать осаждающую армию?

— Не атаковать, — покачала я головой. — Подпортить им жизнь. Отплатить то же монетой, если так будет удобнее. — на мгновение повисла пауза, казалось, что они не понимают о чем я, поэтому я продолжила. — Вода, еда, складские запасы, лошади, всё, что можно испортить. Подсыпать яд, вывести из строя, посеять болезнь, страх, недоверие. Пусть они начнут сомневаться друг в друге. Пусть начнут проверять свои же запасы. — Вэй Лян смотрел на меня внимательно. — Это даст нам время, — добавила я тише. — И шанс.

Старейшина выглядел растерянным.

— Это… — он замялся, — это… подло.

Я медленно перевела на него взгляд.

— Да. Так и есть. — не стала отрицать я. — Как я и сказала, отплатим им той же монетой.

Вэй Лян наконец заговорил.

— Это не бой, — сказал он. — Это уловка, причем недолгосрочная.

— Нет, не бой. Честного боя они не заслуживают. — согласилась я.

Он чуть нахмурился.

— Это удар исподтишка. Яд. Скрытые действия. Ты предлагаешь нам действовать как…

Он не договорил, но я поняла.

— Как они? — спокойно закончила за него.

Тишина снова сгустилась, я встретила его взгляд прямо.

— А что, по-твоему, они сейчас делают генерал? — спросила я негромко. — Это честная война? Они жгут наши склады, проникают в город, перекрывают выходы, оставляют слабых без куска хлеба, ждут пока мы сами ослабнем. — он ничего не ответил, а я шагнула ближе.

— Ты хочешь сражаться по правилам. Я понимаю это, но у нас нет такой роскоши, не в этот раз.

Слова давались легко, но внутри было напряжение, необходимость достучаться и страх, что он неправильно меня поймет.

— Если мы будем держаться за порядок ведения войны, когда они его уже растоптали, — продолжила я, — мы проиграем.

Вэй Лян сжал челюсть.

— Я не могу приказать своим людям травить воду, — сказал он тихо, но жёстко.

— Тогда прикажи им умереть на стенах, — так же тихо ответила я. Старейшина вздрогнул, Вэй