Тень генерала. Любовь не знает приказов - Леся Громовая

Я видела, как он перебирает в памяти события последних месяцев, словно пытаясь сложить воедино разбросанные кусочки одной картины.

— Я задаю себе тот же вопрос, — наконец тихо ответил он. — Для такого похода недостаточно желания расширить границы. Подготовка подобной армии занимает месяцы, а иногда и годы. Они не могли принять это решение внезапно.

— Значит, они ждали подходящего момента?

Он медленно кивнул.

— Или кто-то убедил их, что этот момент настал.

По спине пробежал холодок.

— Думаешь… у них есть человек при нашем дворе?

— Думаю, у них есть гораздо больше, чем просто человек при дворе.

Я внимательно посмотрела на него.

— Союзник?

— Возможно.

Вэй Лян снова перевёл взгляд на лагерь.

— Войны редко начинаются только из-за амбиций одного государства. Почти всегда находится тот, кому выгодно ослабить соседа изнутри. Кто-то передаёт сведения, кто-то убеждает, что сейчас лучшее время для удара, кто-то обещает помощь.

Я невольно вспомнила всё, что произошло за последние месяцы.

Доносы на генерала, странные решения чиновников и постоянные попытки ослабить армию и разговоры о том, что гарнизон Инжоу якобы плохо справился со своей задачей, несмотря на то, что город удалось удержать.

Слишком многое складывалось в одну цепочку.

— Ты думаешь, всё это связано?

— Пока у меня нет доказательств, — спокойно ответил Вэй Лян. — Но совпадений становится всё меньше.

Я снова посмотрела на бесконечные ряды палаток.

— Если кто-то действительно помогает Мину…

Я не договорила.

Продолжение было слишком очевидным.

Тогда враг стоит не только за стенами города.

Он уже давно находится внутри нашей империи.

Вэй Лян тяжело выдохнул.

— Именно поэтому эта война пугает меня гораздо сильнее предыдущих.

Я удивлённо посмотрела на него.

— Почему?

— Потому что крепость можно защитить от армии. Но гораздо труднее защитить государство от человека, которого все считают своим.

Он произнёс эти слова спокойно, без тени волнения, но именно эта спокойная уверенность заставила меня почувствовать настоящий страх.

Впервые за всё время я поняла, что предстоящая битва — лишь начало.

Настоящий враг, возможно, ещё даже не показал своего лица.

Я опустила взгляд.

Разговор оборвался сам собой. Ветер лениво шевельнул края моего плаща, принося запах костров и влажной травы. Где-то на соседнем участке стены тихо переговаривались дозорные, стараясь не повышать голос.

— Ты не спала, — заметил он.

— Ты тоже.

На этот раз усмешка появилась чуть заметнее.

— Меня раскрыли.

Я впервые за долгое время почувствовала желание улыбнуться, но улыбка быстро исчезла, потому что взгляд снова упал на лагерь.

— Если план не сработает…

Договорить я не смогла. Он понял и без слов.

— Тогда будем держать стену и защищать город, как можем, — спокойно сказал он.

Так просто.

Как будто речь шла не о тысячах жизней, а о чём-то давно решённом. Наверное, именно поэтому солдаты были готовы идти за ним в самый страшный бой. Он никогда не обещал невозможного. Просто принимал неизбежное и делал всё, чтобы встретить его лицом к лицу.

Я медленно кивнула.

Свет поднимался осторожно, словно сам не был уверен, стоит ли ему появляться над этим полем. Сначала небо стало серым, затем бледным, и вместе с этим вражеский лагерь начал проступать всё чётче. Тени сокращались, очертания палаток становились резче, и напряжение на стенах можно было почти потрогать руками.

Вдоль укреплений стояли люди — молча, с оружием в руках. Даже команды отдавались вполголоса, коротко и сухо, будто любой лишний звук мог приблизить то, что и без того было неизбежно.

Я медленно прошла вдоль стены, разглядывая оборону. Вэй Лян не терял времени. Бочки со смолой и маслом стояли в укрытиях, готовые к использованию. Между зубцами лежали связки стрел, у лестниц — багры и длинные шесты. У ворот я заметила новую линию заострённых кольев, почти полностью скрытую под слоем земли, мусора и обломков. Снаружи это выглядело как обычная неровность почвы. Ловушка. Простая, но смертельно опасная.

Хорошо.

Очень хорошо.

И в этот момент тишину разорвал звук горна.

Глубокий, протяжный, он прокатился над полем, словно удар грома. Это был не ночной сигнал тревоги. Такой звук не предупреждает — он объявляет начало.

Началось.

Я выпрямилась и посмотрела вниз. Лагерь пришёл в движение. Палатки раскрывались одна за другой, офицеры обходили строй, поднимались щиты, выравнивались копья. Всё происходило быстро, но без суеты. Так двигается армия, уверенная в своей силе и давно готовая к штурму.

Они пошли.

Сначала медленно. Потом быстрее.

Их было много. Это ощущалось не только глазами — земля под ногами едва заметно дрожала от тысяч шагов, сливавшихся в единый тяжёлый ритм. Я смотрела на приближающиеся ряды и пыталась заметить хоть что-нибудь необычное. Хоть малейший признак того, что наша ночная вылазка не была напрасной.

Но первые сотни шагов ничего не происходило.

Строй двигался ровно. Команды выполнялись чётко. Щиты держались на одной линии. У меня внутри медленно поднималось холодное отчаяние. Неужели я ошиблась? Неужели всё было напрасно?

Я заставила себя не отводить взгляд. Рано. Ещё рано.

Армия подходила всё ближе. Теперь можно было различить отдельные лица, броню, узоры на ремнях, движение рук, крепче сжимавших древки копий. Это была армия, идущая на штурм, уверенная в своём превосходстве.

— Готовность, — прозвучал голос Вэй Ляна.

Он не повышал голос, но его услышали все. Люди на стене выпрямились, руки легли на оружие, на бочки со смолой, на багры. Никто не дрогнул.

Я ждала не удара. Я ждала результата.

Ещё несколько шагов.

И вдруг что-то изменилось.

Сначала почти незаметно. Один из солдат в передних рядах сбился с шага. Потом другой. Линия едва ощутимо дрогнула, словно волна, потерявшая правильную форму.

Я прищурилась.

— Видишь? — тихо сказала я.

Вэй Лян не ответил, но я знала, что он тоже это заметил.

Ещё несколько шагов — и изменения стали явными. Один из воинов резко согнулся, схватившись за живот. Другой остановился и пошатнулся. В рядах поднялся глухой ропот, команды зазвучали громче, резче, но не все уже могли их выполнять.

Строй начал ломаться. Не полностью, но достаточно, чтобы это увидели даже защитники на дальних участках стены.

— Началось… — выдохнул кто-то рядом.

Я не сводила глаз с поля. Теперь это было очевидно. Кто-то падал на колени, кто-то опирался на копьё, пытаясь удержаться на ногах. Передние ряды замедлялись, задние продолжали давить вперёд, и между ними возникали разрывы. Порядок дал трещину. Ещё не