Хозяйка скандального салона «Огонек» 2 - Марика Полански

— Мне бы хотелось больше, — тихо сказала я ему, надеясь, что сопровождающий Себастьян не услышит моих слов. — Но только не так. И не здесь.

Рэйвен не ответил. Казалось, он был настолько погружен в свои мысли, что даже не расслышал моих слов. Я тяжело вздохнула. Хотелось спросить, о чём он думает, но я так и не осмелилась.

* * *

Часы на каминной полке мелодично пробили четверть девятого вечера. Я, наконец, отложила перо в сторону, потёрла затёкшие пальцы и перечитала составленный отчёт для ван Кастера, хмурясь от усталости и раздражения.

Чёрные строчки выстроились аккуратными колонками: количество посетителей за неделю — пятьдесят восемь; сумма общего дохода — триста двадцать семь золотых сорренов; предстоящие расходы на жалованье слугам, материалы, содержание дома.

Вроде бы ничего не забыла. Всё по пунктам, как требовал Рэйвен.

Эти еженедельные отчёты раздражали до зубовного скрежета. Каждая цифра, каждая строчка напоминали о том, что я несвободна. Но я ничего не могла поделать.

Рэйвен, как и обещал, не вмешивался напрямую в мои финансовые дела. Вместо него это сделал Налоговый департамент Норстрии. К концу первой рабочей недели мне доставили сразу два официальных уведомления. Первое — с требованием незамедлительно заплатить сборы «за ведение коммерческой деятельности магического характера и законное использование зарегистрированных артефактов». Второе письмо оказалось ещё абсурднее: «подушевой сбор на наёмных слуг, проживающих на территории частного владения».

После прочтения обоих писем у меня невольно задёргалось правое веко.

На мои отчаянные вопросы Карл лишь развел руками. В Ордене магов налогами не обременяли. А в обычной жизни сборы и налоги — это удел аристократов, которые платили за слуг. Нудные лекции «Налогового Кодекса Норстрии» вогнали меня в беспросветное уныние. Я ни черта не понимала в определениях, процентах, подпунктах и исключениях.

После нескольких попыток разобраться во всем самостоятельно, я сдалась. Без опытного бухгалтера я окажусь и без денег, и без трусов. Причём очень быстро.

Пришлось снова просить помощи у Рэйвена. Прежде чем отправить деловое послание, я едва не извела все запасы бумаги. Я не очень-то верила, что после нашей последней встречи ван Кастер будет рад помочь. Слишком уж холодно мы простились. Однако на следующий день пришёл его ответ. Рэйвен попросил присылать ему еженедельные отчёты о доходах и расходах, приложил подробный образец заполнения и обещал разобраться с налоговиками.

Закончив свой первый отчёт, я поймала себя на том, что мысли упрямо возвращаются не к цифрам, а к Рэйвену.

Прошло две недели после обеда в «Крыле Дракона», и с каждым днём я чувствовала нарастающую тревогу. Мне не давала покоя ощущение, что после исповеди в клубе Рэйвен отстранился от меня.

С одной стороны, я прекрасно понимала, что мой рассказ звучал, как бред сумасшедшей. Действительно, как можно воспринимать ведьму, всерьёз утверждающую, что когда-то в другом мире они были мужем и женой? Вывод напрашивался сам собой: никак. Проще держать меня на расстоянии вытянутой руки, выполнять обязанности попечителя, но не более того.

С другой же стороны, мне было очень обидно. Ведь поцелуй-то был настоящим, искренним. В этом я не сомневалась ни секунды. И, наверное, поэтому ждала, что Рэйвен напишет письмо. Хотя бы две строчки, чтобы я не терзалась сомнениями в отношении нашего дальнейшего общения.

Но он молчал. А написать первой мне не хватало духу.

Я встала из-за стола и потянулась, разминая затёкшую спину. Накинула тёплый бархатный халат поверх ночной сорочки и, шлёпая босыми ногами по прохладному полу, поплелась вниз. Надо было отдать письмо Карлу с указанием отнести его завтра в «Дракарион-Астер».

Подойдя к двери кухни, я услышала взволнованные голоса слуг, которые явно из-за чего-то ссорились.

— …не должна этого видеть! — голос Минди звенел от плохо скрываемого отчаяния и страха. — Не сейчас! Боги, только не сейчас!

— А когда, по-твоему?! — рявкнул в ответ Карл, не скрывая кипящую в нём ярость. — Когда узнаёт от посторонних людей на улице?! Или когда чёртовы посетители начнут перешёптываться и обсуждать её за спиной?!

— Да тише ты! — Горничная всхлипнула и громко высморкалась. — Ты видел её глаза? Ты представляешь, какой это может быть для неё удар?

Даже не называя имени, я поняла, что слуги обсуждают меня. Любопытно узнать, что может стать для меня ударом. Никак папенька приказал долго жить? Или задумал очередную махинацию, чтобы отжать наследство Айрэн?

— Именно поэтому она должна узнать от нас! А не от…

— А что за спор, а драки нет? — сгорая от любопытства и нетерпения, я зашла в кухню.

Минди застыла у чугунной плиты с видом провинившегося ребёнка, пойманного с банкой вареньем. Раскрасневшееся от спора лицо резко побледнело, будто она увидела перед собой призрак.

Карл стоял рядом, отвернувшись к окну. Однако судя по напряжённым плечам и сжатым в кулаки рукам, было видно, что он на грани срыва.

— Так о чём вы тут яростно спорили? — Вопросительно заломив бровь, я переводила взгляд с горничной на Карла.

— Ни о чём, миледи! — с наигранной бодростью выпалила Минди, пряча руки за спину. Она буквально вжалась пухлыми ягодицами в разделочный стол и покосилась на возницу. — Правда, Карл? Просто… просто обсуждали меню на завтра! Думали приготовить вам рыбу или…

— То есть это от вас я должна узнать о новом меню, которое станет для меня ударом?

Я попыталась заглянуть ей за спину.

— Минди, что ты прячешь? Немедленно покажи.

— Ничего! То есть… это не… — Она побледнела ещё сильнее и судорожно сглотнула. — Мы просто…

Она снова бросила умоляющий взгляд на Карла. Но тот лишь обречённо вздохнул и отошёл от окна.

— Покажи ей, Минди. — Он сжал переносицу пальцами и зажмурился так, будто происходящее причиняло ему невероятную боль. — Всё равно узнает. Не сегодня, так завтра. Лучше пусть увидит сейчас, чем услышит сплетни от чужих.

— Но, Карл…

— Показывай, — отрезал он.

Минди неохотно вытащила из-за спины газету и протянула мне.

Я нахмурилась, глядя на горничную. Свежий вечерний выпуск «Миствэйлской хроники» ещё пах едкой типографской краской. Неужели «Хроника» написала обо мне такую же разоблачительную статью, как о Ровене? Вряд ли. Помнится, Рэйвен тогда воспользовался связями, чтобы говорливые репортёры всерьёз и надолго задумались, что они пишут и о ком. Разумеется, моё имя ещё какое-то время мелькало в статьях, но уже без грязных намёков о наших с ван Кастером взаимоотношениях.

На первой полосе, занимая всю ширину газетного листа, красовался дагеротип: Рэйвен в парадном камзоле, расшитом серебром, при всех орденах и медалях Дома Морского Дракона. Несмотря на явную торжественность, лицо у