Принцесса Ардена - Софи Анри (российский автор)

– Входите! – громко сказала Роксана, подводя черту в бессмысленном споре с братом.

Трис недовольно зыркнул на нее и повернулся к двери.

– Добрый вечер. Простите, что помешал вашей беседе. – Изану вошел в комнату. – Если позволите, я бы хотел поговорить с принцессой.

Он пристально посмотрел на Триса, и тот, как по команде, подошел к Люсьене и взял ее за руку.

– Сестрица, как смотришь на то, чтобы проведать царевну Даяну? – И, не дожидаясь согласия, потянул ее на себя.

Люсьена поднялась с дивана и в полном смятении обернулась к Роксане. Та коротко кивнула.

– Ступайте, я скоро к вам присоединюсь. – Тон ее голоса звучал ровно и спокойно, хотя в душе царил хаос.

Ей почему-то было сложно смотреть на Изану, еще сложнее оставаться с ним наедине, а от мысли, что он скоро узнает о ее помолвке, и вовсе становилось дурно. Роксана не понимала, почему испытывает такие чувства. Еще два года назад Изану был бы в числе первых, кому бы она рассказала о помолвке. Порой она делилась с ним тем, в чем не решалась признаться даже братьям. Симпатией к молодому члену королевского отряда, ссорой с дочерью одного из советников, после которой она подкинула в ее чашку с чаем таракана; нарушенными обещаниями, враньем, завистью, глупыми обидами и прочими оплошностями, которые ее совсем не красили. Конечно, она знала: узнав обо всем этом, братья бы не перестали любить ее. Просто нашли бы ей кучу оправданий и продолжали идеализировать, ведь она – их маленькая драгоценная принцесса.

В отличие от них, Изану никогда не возносил ее на пьедестал. Он знал все ее пороки и слабости, а если она в чем-то была не права, то открыто говорил об этом и не пытался найти ей оправданий. Он принимал ее именно такой, какой она была. Неидеальную с изъянами. Настоящую.

Так что же изменилось? Почему сейчас она боится рассказать ему правду?

Когда они остались вдвоем, озноб прошиб ее целиком. Внезапно появилось непреодолимое желание умчаться в спальню, залезть на кровать и укутаться с головой в одеяло. Прямо как в детстве – тогда ей казалось, что это самое надежное укрытие, где ее никто никогда не найдет. Но вместо трусливого побега Роксана расправила плечи и приблизилась к Изану. Он был ниже ее братьев, но ей все равно приходилось смотреть на него снизу вверх. Раньше ее это не смущало, теперь же Роксана робела перед другом детства. А еще ощущала странный трепет от терпкого аромата лимона и чайного дерева.

Да что с ней такое?!

– Ты использовал на моем брате свои способности? – с подозрением прошипела она, ткнув пальцем ему в грудь.

Изану от ее слов переменился в лице. Его губы приоткрылись в растерянности, а во взгляде появились горечь и недоверие.

– По-твоему, я бы нарушил обещание? Так ты теперь думаешь обо мне, принцесса? – тихо и вкрадчиво спросил он.

Она почувствовала укол вины и отступила.

В комнате вдруг стало душно, но пальцы Роксаны оставались холодными. Она пыталась согреть их, сжимая ткань платья.

– Он ушел так же быстро, как и Асвад, когда ты ему приказал.

Изану усмехнулся и покачал головой.

– Прости, принцесса, но твой брат всегда был более проницательным, чем ты. – Он прикусил губу и повернул голову к висевшей на стене картине, на которой были изображены два лебедя на озере, склонившиеся друг к другу. – Он ушел, потому что понял, что нам надо поговорить.

– О чем?

– О твоей предстоящей помолвке.

Изану оторвался от картины и снова посмотрел на нее.

Роксана застыла на месте, не в силах пошевелиться. Ей отчаянно не хотелось обсуждать с ним собственную помолвку. Сердце подсказывало, что этот разговор изменит все.

– Роксана. – Изану сделал шаг к ней, и она почувствовала исходящее от него тепло. – Не делай этого. Не выходи замуж за северного князя.

– Это еще почему? – с трудом выдавила она, язык словно одеревенел и совсем не слушался ее.

– Потому что это неправильно. Ты его совсем не знаешь, он не сможет сделать тебя счастливой.

В его глазах отражалось столько мольбы, отчаянья и надежды, что Роксана растерялась. Она отступила, стараясь увеличить расстояние между ними, но Изану вновь приблизился, и это ей не понравилось. Волна протеста поднялась в груди:

– Почему ты берешься судить о том, чего не знаешь? Ты не вправе решать, кто мне подходит, а кто нет. Ты не мой отец и не брат.

– Когда-то я был тебе ближе братьев. Я первый, к кому ты шла со всеми жалобами, страхами, обидами и радостями.

Он вновь шагнул к ней, но Роксана выставила перед ним руку. Ей стало неуютно. Грудь распирало от странного чувства, и хотелось одновременно кричать, крушить все вокруг и жалобно плакать. Своими словами Изану всколыхнул в ней новые сомнения и страхи.

– Тебя не было два года. Все изменилось.

Изану замер. Он больше не пытался приблизиться к ней. Лишь смотрел на ее выставленную ладонь с такой мукой, будто она направила в него острие кинжала.

– Мне не нужно прибегать к магии, чтобы понять, что ты лжешь. Не только мне, но и самой себе. Ничего не изменилось. Я не изменился, как и мои… – Он запнулся, очевидно, заметив, как вытянулось лицо Роксаны.

– Ты бросил нас, Изану, – не желая верить своим догадкам, процедила она сквозь зубы. Ее губы предательски задрожали. – Ты сам решил закончить нашу дружбу, когда не ответил ни на одно мое письмо!

Изану изумленно приоткрыл рот, но Роксана не позволила ему перебить. Плотину обиды наконец-то прорвало, и она не могла остановиться.

– Когда тебе исполнилось двадцать и срок твоей так называемой ссылки завершился, ты не приехал. Вместо этого задержался в Дахабе еще на полгода и ради чего? Чтобы получить титул хагила? Ты предал Райнера, предал нас! И теперь собираешься нарушить свое обещание всегда оставаться подле моего брата, ты снова уедешь на Восток, чтобы служить новому королю. Ты бросил нас ради собственных амбиций, но при этом считаешь, что все еще вправе давать мне непрошенные советы? Да кто ты такой, чтобы я спрашивала твоего благословения на мой брак?

– Роксана, ты… ты всерьез решила, что все, что я делал, – из-за каких-то амбиций? А письма…

– Мне плевать, из-за чего ты все это делал. Я не вправе указывать, как тебе распоряжаться собственной жизнью. Как и ты мне. – Она