Мой хвостатый избранный, или Курс на Бездну - Айштария Райс

И оно не случайно.

— Рейна? — тихо позвал Ариан.

Я не сразу ответила. Потом выпрямилась и убрала руку от стены.

— Всё в порядке, — сказала я.

На этот раз это было правдой лишь наполовину.

Потому что снаружи, в залитом светом сердце подводной столицы, всё и правда выглядело почти безупречно.

А вот под ним, внизу, уже определённо билось что-то совсем иное.

*****

Обратно мы возвращались короче и тише.

Сиарран всё ещё задавала вопросы — теперь о поверхностных праздниках, о корабельной дисциплине и о моде императорского двора. А я, как самая преданная последовательница модных тенденций, в красках и лицах ввела её в курс дела. Не удержалась и поведала о своём последнем балу, побеге и угоне корабля, найдя в её лице благодарную слушательницу и, кажется, почитательницу моих приключений. Она смеялась слишком громко. Старшая сестра делала вид, что не разделяет веселья, но по глазам было видно: разделяет.

Кайр и Нарель держались по бокам, уже не так настороженно, как в начале прогулки. Иара по пути показала мне ещё два зала — один с картами токов, другой с выращиванием световых капсул для навигации. Шаар'Энна больше не говорила.

И это, почему-то, тревожило сильнее, чем её колкости.

У входа в жилое крыло принцессы остановились.

— Благодарю за прогулку, — сказала я, чуть склонив голову сначала им, потом Иаре. — Это было… полезнее, чем я ожидала.

— Надеюсь, в хорошем смысле, — шутливо заметила Сиарран.

— В неожиданно хорошем.

Иарасса смотрела на меня несколько дольше, чем требовал этикет.

— Вы наблюдательнее, чем выглядите, Рейна Эстервальд.

— Это комплимент?

— Пока — предупреждение.

— Как щедро.

Её губы едва заметно дрогнули.

— Скажите, — я наконец решилась задать интересующий меня вопрос, — а есть ли у вас тут традиция… охотиться на мужей? Или на наложников? — я покосилась на Ариана.

Повисла пауза. Иарасса замерла, и на её лице отразилось сложное выражение: смесь глубокого недоумения и затаенной тревоги. Затем принцесса медленно перевела взгляд на Ариана.

Хвостатый вдруг резко захотел понаблюдать за подводными видами. Он стоял у окна, заложив руки за спину, и с отстраненным, почти скучающим видом смотрел куда-то вдаль. Но я могла бы поклясться, что он прислушивается к каждому слову.

— Охота на супруга? — наконец произнесла старшая дочь королевы, тщательно подбирая слова. — Эта традиция ушла в прошлое. Очень, очень давно.

— Почему? Звучит весьма бодряще, — я хмыкнула, вспомнив слова Ариана, что я его поймала, поэтому обязана жениться на нём.

Иарасса покачала головой и понизила голос, хотя в тишине комнаты это не имело смысла.

— Этот обряд проводился когда-то на регулярной основе. Но от него пришлось категорически отказаться. Слишком высокая смертность.

Принцесса продолжила:

— В пылу азарта мирэны часто теряли контроль и переступали грань дозволенного, охваченные первобытным азартом. И часто вполне безобидная брачная игра по выбору лучших супругов превращалась в настоящую охоту. Много мирэнов гибли, вместо супруга превращаясь в жертву.

— Поэтому традицию изменили, — продолжила принцесса уже более ровным тоном. — Сейчас, при стандартном обряде бракосочетания, если пара не поднимается в Храм Май-Нур, всё происходит без крови и риска. Будущая супруга просто накидывает на мужчину символическую сеть. Без всякой охоты и погони. Как символ того, что он теперь в её власти.

Я посмотрела на широкую спину Ариана. Он не сильно соврал о традиции «охоты». Вспомнила его клыкастую полуулыбку, нечеловеческие глаза и ту самую сеть-печать, которой я его «поймала». И почему-то мне подумалось, что понятие «власти» в его случае — вещь очень и очень иллюзорная.

— Кхм, благодарю Иарасса за познавательную прогулку. Я узнала очень много интересного и познавательного о вашем чудесном мире.

— До вечера, — сказала она.

Младшая принцесса махнула рукой с такой искренностью, будто мы уже успели стать сообщницами.

Иарасса склонила голову спокойно и ровно. Шаар'Энна задержала на мне взгляд ещё на миг — длиннее, чем было нужно, — и только потом отвернулась.

Когда они ушли, я медленно выдохнула.

— Ну? — спросил Ариан.

— Ну что?

— Ты держалась лучше, чем я ожидал.

Я посмотрела на него.

— Ты изначально ставил на дипломатическую катастрофу?

— На три острых реплики, один демонстративный уход и как минимум одну принцессу, оскорблённую от кончика хвоста до глубины текрид.

— Разочарую тебя. Я была почти образцом международной вежливости.

— Это и пугает.

Я фыркнула, но тут же снова посерьёзнела.

— Ариан.

Он перестал улыбаться сразу.

— Я знаю, — сказал он тихо.

— Нет, не знаешь. Я снова это чувствовала. Не только у жриц. Ещё… глубже. Под городом.

Его взгляд стал внимательным, жёстким.

— Уверена?

— Настолько, насколько можно быть уверенной в том, чему у меня пока нет названия.

Несколько секунд он молчал.

Потом коротко кивнул.

— Хорошо. После обеденного отдыха нас вызовут к королеве. Тогда и посмотрим, что можно узнать о Завесе и внутренних контурах, не поднимая лишнего шума.

— Ты говоришь это так, будто лишний шум здесь чья-то любимая традиция.

— Ты уже начала разбираться в нашей культуре.

Я закатила глаза, но невольно улыбнулась. Не сильно их культура и отличается от нашей. Уж точно не в повадках двора наша разница.

Он протянул мне руку — неофициально, без церемонии, просто чтобы провести через последний переход к покоям. Я вложила пальцы в его ладонь без всяких споров.

Сегодня это уже не казалось чем-то странным. Странным казалось другое.

То, как быстро под красотой этого мира начали проступать швы.

И то, как сильно мне уже хотелось понять, что именно скрывается в его глубине.

Глава 15

К королеве нас вызвали после полудня, судя по подводным часам.

После прогулки по городу мне дали немного времени прийти в себя, переодеться и, если совсем честно, попытаться разложить по полочкам всё увиденное. Получалось плохо. Подводная столица по-прежнему стояла у меня перед глазами слишком ярко: дети в учебном кольце, живая архитектура, сады токовых растений, принцессы с их разными манерами, внимательный взгляд Иары, скользкая вежливость Шаар'Энны… и это почти неуловимое, но уже узнаваемое ощущение искажения, которое я успела поймать дважды.

Один раз — в жрицах. Второй — глубже. Под городом.

Именно это ощущение теперь и не давало мне покоя.

Ариан, как водится, не оставил меня одну.

Во-первых, потому что не доверял двору. Во-вторых, потому что, как он сам совершенно невозмутимо заметил, уже имел несчастье слишком привязаться к одной человеческой женщине с сомнительным талантом находить неприятности в любом закрытом пространстве.

Я ответила, что, между прочим, не влипла ни в одну неприятность (приключение — с сожалением подправил внутренний голос) и всё — это клевета.