Влюбленный капитан - Минерва Спенсер

— Капитан Бушар во многом похож на моих сыновей: не терпит указаний, что делать. Надо подавать ему свои пожелания так, чтобы думал, будто идея исходит от него самого. Мне кажется, его напугал ваш резко повысившийся статус. Не удивляйтесь, если он вдруг вспылит или как-то заденет вас.

— Другим я его просто не знаю, и это было задолго до того, как мне стало известно о связях моей семьи. С нашей первой встречи он не блистал воспитанием.

— Скорее всего, вы правы: это особенность его характера. Когда я впервые его увидела, от его грубости испытала шок. Если у него не получалось меня раздразнить, то он обращался со мной так, словно я грязь под ногами.

— Как и со мной.

— Не думаю.

Сара залилась краской, вспомнив, когда Бушар вовсе не проявлял к ней пренебрежения.

— Дафна, — раздался у них за спиной голос Мии. — Прости, но я должна прервать вас на минутку и познакомить мисс Фишер с обеими мисс Ментон и их братом, виконтом Денфортом.

Маркиза Эксли подвела к ним двух дам среднего возраста и очень привлекательного молодого человека.

— Вы совсем недавно прибыли из Африки, мисс Фишер, и нам не терпится услышать о ваших приключениях, — сказала одна из сестер, что повыше.

— Хочу сразу предупредить, мисс Фишер: если не проявите твердость, она загонит вас в угол и будет весь вечер допрашивать с пристрастием, пока не вытянет мельчайшие подробности вашей жизни, — предупредил виконт Денфорт с добродушной улыбкой.

— Охотно поделюсь с вами всем, чем смогу, мисс Ментон. Я тоже хочу кое-что от вас узнать.

— О? Это интересно. И какого рода информация вас интересует?

— Леди Эксли говорила, вы занимаетесь благотворительностью.

Взгляд мисс Мэнтон потеплел.

— Так и есть, и нам всегда нужны волонтеры.

Их беседу прервал дворецкий объявлением о начале обеда, и виконт Денфорт подал Саре руку.

— Позволите сопроводить вас к столу, мисс Фишер?

— Благодарю вас, милорд.

Они преодолели небольшое расстояние до обеденного зала, где уже был накрыт стол человек на тридцать.

— Хм-м, — протянул виконт, разглядывая карточки. — Вот тут ваше место, а вот тут мое, как раз рядом с вами! Какая удача!

Сара уже села, когда рядом возник Мартен с сардоническим блеском в глазах.

— Похоже, я тоже буду иметь удовольствие составить вам компанию, мисс Фишер.

Все ее тело начало предательски покалывать от его близости, и, когда он сел на соседний стул, она уловила легкий аромат его чистоты и одеколона. Мартен выглядел потрясающе и если кому-то и проигрывал в элегантности, то разве что хозяину дома. И все же, с ее точки зрения, мускулистое тело и экзотическая внешность Бушара были привлекательнее, чем стройная фигура высокомерного маркиза. Мартен, при всех своих недостатках — а их у него великое множество, — выглядел более живым, не из мира фантазий.

Да, заносчивый, упрямый, взрывной, непредсказуемый, подозрительный и самовлюбленный — но живой, земной.

Лишь ко второй перемене блюд Саре удалось отвернуться от обаятельного словоохотливого виконта и взглянуть на Мартена. Он оживленно беседовал с дамой, соседкой с другой стороны, той из сестер Ментон, что помоложе. В ответ на какое-то ее замечание он запрокинул голову и расхохотался, и Сара ощутила мучительный укол ревности. Похоже, Мартен вполне вписался в высшее общество.

— Как я слышал, вы прибыли в Англию на корабле капитана Бушара, мисс Фишер? — спросил Денфорт, вновь привлекая ее внимание.

— Да, месье Бушар был так добр, что предложил свои услуги.

— Вам, наверное, приходилось по дороге из Африки в Англию не раз останавливаться. Было что-то интересное?

— Да, особенно Тенерифе — великолепный город. Вы много путешествуете, милорд?

— Нет, я мало где побывал, но теперь, когда в Европе воцарился мир, надеюсь, мы с сестрами наверстаем упущенное.

— Вы очень близки с ними?

Виконт улыбнулся:

— Да, они очень добры ко мне. Родители умерли, когда я был еще маленьким, и сестры посвятили заботе обо мне всю жизнь.

— Наверное, очень хорошо иметь братьев и сестер. У меня были друзья в деревне, где я выросла, но, думаю, это не совсем то же самое.

Разумеется, упоминание Нгое привело их к теме Африки. Какое-то время они обсуждали жизнь в джунглях, прежде чем внимание Денфорта привлекла симпатичная молодая дама, его соседка с другой стороны. По ее холодному надменному взгляду Сара поняла, что привлекательный молодой виконт очень завладел ее вниманием.

— Она вас сейчас съест, — раздалось у самого уха, точно эхо ее собственных мыслей.

Сара посмотрела на своего соседа и твердо, несмотря на то что сердце бешено колотилось, сказала:

— Очень хорошо, капитан Бушар. Теперь на какое-то время я могу завладеть вашим вниманием. Мы только что обсуждали с лордом Денфортом, хорошо ли иметь семью — братьев, сестер… — и я выразила сожаление по поводу того, что у меня их никогда не было. А как вы относитесь к этому? У вас есть братья или сестры?

Мартен скривился.

— Наверняка, но я с ними незнаком. Я родился рабом, мисс Фишер, чужой собственностью. Думаю, сидящие за этим столом придают больше значения родословным своих лошадей и собак, чем мой хозяин придавал значение моему происхождению. Однако не сомневаюсь, что моя мать, кем бы ни была, исправно рожала ему детей, как любая другая подходящая самка. Не удивлюсь, если у меня множество братьев и сестер по всему миру.

Его слова прозвучали как пощечина. Сара не нашлась, что ответить.

К счастью, Мартен вроде бы и не ожидал ответа. Он поднес ко рту вилку, прожевал еду, а потом сделал большой глоток рубиновой жидкости из бокала и пугающе-пристально оглядел Сару.

— Ваши родственные связи впечатляют. Как вам живется в такой благородной семье?

Неужели он всегда будет так агрессивен по отношению к ней? Почему он воспринимает все, что она говорит, так враждебно и сразу бросается в бой? Почему он никогда не смеется с ней, как с мисс Ментон?

— Вы могли бы лично познакомиться с моими родными, если бы не исчезли так внезапно, — сказала Сара холодно.

Мартен весело взглянул на нее и поднес бокал к губам. Сара смотрела на его четко очерченные чувственные губы, не в силах забыть, как они ублажали ее на корабле. Образ перед ее мысленным взором был таким ярким, таким… осязаемым, что ослепил ее и оглушил.

— Мисс Фишер, с вами все в порядке? — Голос Мартена казался гулким, словно доносился из дальнего конца длинного коридора.

— Я… да. Прошу прощения, что?

— Я сказал, что едва ли ваши опекуны будут рады моему визиту.

Слова Мартена подействовали на