Влюбленный капитан - Минерва Спенсер

Неизменно кипевшая бурной энергией леди обняла ее как близкую подругу, и Сара, немного растерявшись от столь теплого приема, зарделась.

— Добрый вечер, леди Эксли. Это моя тетушка, миссис Анна Диринг.

— Добрый вечер. А это моя кузина Ребекка Девейн, и ей страшно не терпится с вами познакомиться. Не возражаете, если я украду у вас Сару на минутку? — Прежде, чем Анна успела ответить, леди Эксли увлекла гостью за собой. — Прошу прощения, если это не очень тактично с моей стороны, но я обязательно должна представить вас мужу, а я боюсь, что Адама хватает всего на одно-два знакомства за вечер, и вы будете уже второй.

Сара рассмеялась:

— Это большая честь для меня, леди Эксли.

— Только, умоляю, не надо так церемонно, — попросила рыжеволосая леди, едва ли не силой увлекая Сару к гостиной. — Мы же вместе с вами пили вино и делились грязными секретами. Помните, я просила звать меня Мией.

Маркиза напомнила об их первой встрече в доме леди Рамзи. Они тогда действительно слишком много выпили и разоткровенничались. Мия была совершенно неугомонна, и даже Дафна, в любой компании голос разума, хохотала до слез над ее веселыми историями.

Мия Эксли едва доставала Саре до плеча и обладала точеной фигуркой феи — очень чувственной феи. Платье совершенно непристойно облегало все соблазнительные изгибы ее хрупкого тела, и она не столько ходила, сколько парила над полом. Сара знала, что она старше, чем выглядит, и что она много лет прожила в гареме (в свете это давно уже не было секретом).

— Мужу не терпится с вами познакомиться, — сказала Мия, когда они подошли к стройному мужчине, стоявшему чуть в стороне. — Адам, это мисс Фишер.

Несколько гостей невольно повернули к ним головы, услышав ее излишне громкий голос.

Маркиз Эксли и правда казался ожившей мраморной статуей, каким его и описала Дафна. Безупречно одетый и причесанный, этот джентльмен буквально излучал холод. Теперь Сара понимала, почему его прозвали маркизом-убийцей.

— Это мой муж, маркиз Эксли, но вы зовите его Адамом. — Мия улыбнулась, глядя на него снизу вверх.

Тот с улыбкой посмотрел на жену, прежде чем повернуться к Саре. Глаза маркиза имели необычайно светлый оттенок голубого, и от его взгляда у нее мороз пошел по коже.

Маркиз склонился над ее рукой, и Сара пожалела, что не взяла с собой палантин.

— Очень приятно, мисс Фишер. Я так понимаю, вы родом из Африки, и, стало быть, моей жене будет о чем с вами поговорить. — Он сказал это так, словно ему говорить с ней не о чем.

— Адам, нельзя быть таким бесчувственным! — стукнула его веером Мия.

Сара могла поклясться, что лицо маркиза потеплело.

— Вынужден предупредить, что веду себя так, как считаю нужным. Разве я допустил какую-то бестактность?

— Сара жила на западе Африки, а я — на севере. Места, меньше похожие друг на друга, трудно представить. Кроме того, Сара жила со своими родителями-миссионерами. Разве ты не находишь это любопытным?

— Несомненно, — пробормотал маркиз с таким видом, словно решил отложить эту информацию в глубине сознания на потом, между визитом к дантисту и поездкой к модистке жены.

Убийственной улыбки, которой он одарил жену, хватило бы для того, чтобы любой другой провалился сквозь землю, но на щеке Мии появилась ямочка, и Сара поняла, что она нарочно провоцирует своего сурового супруга.

— О, смотри, а вот и Габриель! — Леди Эксли повернулась к подошедшему молодому человеку.

— Добрый вечер, матушка.

— Габриель, это мисс Фишер. Сара, это мой сын Габриель.

Темно-каштановые волосы и раскосые зеленые глаза выдавали в нем ее родную кровь и без всякого представления. Должно быть, он унаследовал свой очаровательный акцент, высокие скулы и крупный нос от отца, покойного султана Хасана.

Он тепло улыбнулся Саре и поклонился:

— Очень рад знакомству, мисс Фишер. Как я понимаю, вы недавно прибыли с Золотого берега.

Когда появилась чета Рамзи, они как раз говорили о Западной Африке.

— Сара, милая, чудесно выглядишь! — сказал барон, с улыбкой целуя ей руку.

— Капитан Мартен Бушар, — прогремел у них за спиной голос дворецкого.

Сара вздрогнула так, что невольно оттолкнула руку барона.

— Держитесь! — шепнул ей Хью.

— Рада видеть тебя, Мартен! — отозвалась леди Эксли, приветствуя гостя с таким же жаром, как, похоже, и всех.

Сара украдкой оглядела собравшихся. Маркиз, казалось, стал еще высокомернее, если это вообще возможно, на лице Габриеля Марлингтона было написано откровенное раздражение, а леди Дафна оставалась такой же спокойной, как и всегда. Только сэр Рамзи и леди Эксли, кажется, были искренне рады его видеть.

Ну и она сама, конечно.

Отпустив руку леди Эксли, Мартен повернулся к Саре и окинул ее пронзительным взглядом.

— Добрый вечер, мадемуазель Фишер. Рад видеть вас в добром здравии.

Когда он прижался губами к ее затянутой в перчатку руке, в животе у нее запорхали бабочки, и она с трудом выдавила:

— Какой приятный сюрприз…

— Действительно, — буркнул лорд Эксли, бросив на жену странный взгляд, прежде чем повернуться приветствовать гостя. — Давно не виделись, Бушар.

Он ничего больше не сказал, но было понятно, что с трудом сдержался, чтобы не добавить: «И слава богу!»

Мартен ухмыльнулся.

— А мне кажется, что все было только вчера, милорд. — Он повернулся к Габриелю и, оглядев его с головы до ног, одобрительно проговорил: — А мальчик-то как вырос!

— Капитан Бушар. — Невероятно красивое лицо молодого человека помрачнело, и он покосился на мать. — Если позволите, я схожу посмотрю, где там Ева.

Холодно взглянув на Мартена, он удалился.

Барон Рамзи, конечно, расхохотался:

— Ну-ну, Мартен, где твои манеры? Ты же среди цивилизованных людей.

Бушар ответил своему наставнику плутовской улыбкой.

Когда компания разделилась, к удивлению Сары, Мартен и маркиз Эксли отошли в сторонку. Вместо того чтобы выказать раздражение, сдержанный аристократ о чем-то тихо, но энергично заговорил с экзотическим капитаном. Она сгорала от любопытства. О чем эти двое могут беседовать?

— Простите меня, Сара. Надо было вас предупредить, что он может прийти, — услышала она голос Дафны. — Хью говорил мне, что передал приглашение лично капитану Бушару.

— Наверняка сэр Рамзи нашел его в каком-нибудь борделе.

Леди не стала ни подтверждать, ни опровергать ее догадку, а продолжила:

— Для него это серьезный шаг — явиться сюда сегодня. Постарайтесь понять, что этот мир ему совершенно чужд, хотя он идеально подходит ему внешне и вполне соответствует единственному реальному критерию быть принятым в высшее общество: он богат.

— Не так давно и я жила в джунглях.

— Но вы женщина, а мы гораздо умнее их.

Сара рассмеялась, в то