Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 1 - Наталья Шевцова

— Что она? — уточнил Дэмиан.

— То есть у вас были финансовые затруднения? — одновременно с ним уточнил шериф. Однако тут же покаялся: — Прошу прощения, сначала его вопрос? — кивнул он на карающего клинка.

Старбридж метнул в него ненавидящий взгляд, затем сузил глаза и, переведя взгляд немного поверх его головы, уставился в какую-то видимую только ему точку в пространстве. Судя по тому, как ходили желваки на его скулах, он явно раздумывал, а не встать ли ему и, хлопнув дверью, быть таковым. Вся его поза кричала о напряжении. Тем не менее голос его, когда он заговорил, был ровным. Почти.

— Она просто не понимала и всё! — глухо ответил он. И тон его ясно говорил, что «всё» было произнесено отнюдь не для красного словца, оно означало, что по этому поводу они от него больше ничего не услышат.

«Что ж всё, так всё», — решил Дэмиан и любезно напомнил.

— Теперь его вопрос, — кивнул он на шерифа.

— Нет, — сквозь зубы процедил Старбридж. — Если вы о долгах, то нет, у меня — нет долгов! Просто некоторые временные трудности с ликвидностью. Но Лави не понимала! Лави вообще не понимала слова «нет» и «не сейчас», её всё нужно было сию же секунду!

Дэмиан и Конрад переглянулись. И Дэмиан незаметно кивнул напарнику и указал на себя.

— Как подозреваю не понимала и засосы на вашем теле? — типа про между прочим уточнил он, похлопывая себя по шее.

Лицо Старбриджа снова налилось краской. Рука его рефлекторно метнулась к воротнику, но он вовремя остановил себя, сжав пальцы в кулак.

— Ну знаете ли, — прошипел он. — Ладно, Конрад, он солдафон! Но от вас, Ваше Сиятельство, я подобного не ожидал! Это... Я порезался! Когда брился! — выплюнул он.

— Хммм! А я думал комар укусил! — явно паясничая, хохотнул шериф.

— Ага, — поддержал его Сиятельство. — На укус больше похоже. Если бы я врал, я бы тоже сказал, что меня комар укусил! — прокомментировал он, испытывающе глядя на допрашиваемого.

Старбридж шумно втянул носом воздух.

— Вы слышали мой ответ: Я ПОРЕЗАЛСЯ, КОГДА БРИЛСЯ! — проскрипел он сквозь зубы, выделив интонационно вторую часть фразы.

— Может, всё же просто назовете имя вашей дамы сердца? — мягко предложил Дэмиан. — Мы же не газетчики. Даю вам слово, если выяснится, что ни она, ни вы не повинны в смерти вашей супруги, никто не узнает о том, что вы с ней любовники.

— Нет никакой дамы сердца! — рявкнул Старбридж.

— Хорошо, нет, так, нет, — развел руками Дэмиан. — Благодарю вас, господин Старбридж. Прошу прощения, если вдруг мы были излишне назойливы и смелы в своих предположениях. Но такая уж у нас работа. У меня пока всё. У вас шериф? — перевел он взгляд на напарника, мимолетно моргнув при этом обеими глазами.

Шериф понял, что от него нужно и развел руками, мол, и у него всё. Вслед за чем произнес стандартную фразу-предупреждение:

— Прошу оставаться доступным, если вдруг у нас возникнет необходимость задать уточняющие вопросы.

Старбридж поднялся и кивнул.

— Разумеется, — холодно ответил он. — Я буду в городе. У меня выборы и… похороны жены.

— Ещё раз примите наши самые искренние соболезнования, — отреагировав на последние слова, сочувственно заметил Дэмиан.

Старбридж снова кивнул и направился к двери.

Карающий клинок дождался пока он возьмется за ручку двери и раскроет её, и только после этого окликнул:

— Ах да, прошу прощения, господин Старбридж. Ещё один вопрос. Имя рода «Ревантис» вам ни о чём не говорит?

Старбридж замер всего на мгновение. И рука его всего на мгновение крепче сжала ручку двери, но клинку и шерифу, зорко и сосредоточенно следившим за каждым его движением, этого мгновения хватило с лихвой.

— Н-нет, — типа удивленно-задумчиво ответил он, обернувшись. — Точнее, я, конечно, слышал о Ревантисах, но… я не понимаю… какое отношение они имеют ко мне или к смерти моей жены… Могу я узнать, почему вы о них спросили?

— Да так… — пожал плечами Дэмиан. — До меня просто дошли слухи, что у них есть какие-то интересы в Тихой Пристани, а вы деловой человек… — на ходу придумал он нейтральное объяснение.

— Нет, — твердо повторил Старбридж. — Если у Ревантисов и есть интересы в Тихой Пристани, то мне о них ничего неизвестно.

— Понятно, — кивнул Дэмиан. — Что ж, если вдруг услышите что-нибудь, дайте знать.

— Да, конечно, — кивнул Старбридж и практически сбежал из кабинета.

Дверь за ним захлопнулась с такой силой, что табличка «Честь. Порядок. Защита» не просто возмущенно затряслась, но и проводила его ворчливым позвякиванием.

— Это… было... познавательно, — усмехнулся Конрад, как только за их подозреваемым закрылась дверь.

— О да, — согласился Дэмиан. — Особенно последняя часть. — Он определенно связан с Ревантисами, — задумчиво добавил он, откидываясь на спинку кресла. — Видел, как он дернулся?

— Еще бы не видеть, — хмыкнул шериф. — Чуть дверную ручку не оторвал. И врет он как дышит. Порезался он, ага!

— Да, наврал он нам с три короба, — усмехнулся Дэмиан, — но жену свою он не убивал, — отрицательно покачал он головой.

— Думаешь, подставил? — предположил Конрад, незаметно для самого себя, перейдя с карающим клинком на «ты». — Кто-то знал, где он проведет ночь и…

— Вполне возможно, — задумчиво ответили ему и так же задумчиво добавили: — Но поскольку на роль этого кого-то у нас на данный момент только одна подходящая кандидатура, предлагаю пока эту нашу версию подержать при себе.

— Согласен, — кивнул шериф и предложил: — Может, тогда пока навестим господина Крейна?

— Можно, — кивнул Дэмиан, поднимаясь. — Уж очень мне, как полагаю и тебе, интересно услышать его версию того, сколько именно виски они выпили!

— И заодно проверить, нет ли у господина Крейна ответных... порезов от бритья, — хохотнул шериф.

Карающий клинок оценил шутку и расхохотался. И вместе с ним заливисто, до слез, расхохотался и шериф.

— Жаль, что я не менталист, — ржал он, скорчившись пополам. — Ты видел его лицо?! Этот праведный гнев! Эту неистовую ярость! Эх, жаль! Если бы эту мину запечатлеть и Ройсу показать… Этот гад, столько ему кровушки попил! Ройса эта его мина здорово бы повеселила!

Глава 40

Сразу после того, как тело Лаванды забрали, жизнь, слава всем богам, не остановилась. Она вздохнула, потянулась, хлопнула в ладоши, решительно стряхивая с себя мрачное оцепенение, и объявила:

«Ну что, девочки и мальчики, у нас пять… нет, уже четыре часа, пятьдесят пять минут до открытия. Пора превращать поле преступления в храм выпечки!»

Само