Всё начинается с нуля - Ания Сказ

В нем удивительным образом сочетались все те качества, которые люди привыкли приписывать эльфам: изящество и сила, грубость и манеры, надменность и приверженность принципам, цинизм и тяга к прекрасному. Вместе они рождали передомной образ классического эльфа полуострова, почерпнутый мной из книжек в библиотеке Златавира.

— А остальных тоже покормят? — Деловито поинтересовался я, рассматривая изысканные блюда из сыра, рыбы и овощей.

Привратник бросил ленивый взгляд вниз, на палубу, где осмелевшие пассажиры вторым кольцом оккупировали бочку и вовсю болели за игроков в фирст, периодически подбадривая ценными советами. Тут же я заметил Кирэля уже с картами в руках. Он яростно шлепал ими по крышке бочки, явно намереваясь победить.

— Ну, я же не трактирщик, — изрёк он наконец, — по-моему им и так вполне комфортно.

Страж протянул руку к бутылке и наполнил два деревянных кубка янтарной искрящейся жидкостью. Стеклянное горлышко с глухим звуком царапнуло край кубка. Привратник поморщился. — В иных обстоятельствах предпочитаю хрусталь, но на корабле он часто бьётся, — хозяин судна осторожно придвинул второй кубок ко мне, — лучшее искристое вино Арнкхое, сладкое, как первый поцелуй, попробуйте.

Он с наслаждением отпил из своего кубка. Я же не спешил принимать угощение.

— За что же мне выпала такая честь? — Я обвёл рукой разделяющую нас скатерть.

Привратник кривовато улыбнулся. — Тот северянин, — небрежный взмах кубка в сторону Кирэля, — назвал вас по имени, — никогда не слышал ничего подобного. А я ведь поимённо знаю всех эльфов полуострова практикующих Майделин. Каждый из них занесен в реестр надзора по охране спокойствия и благополучия Иллу-Валиона.

Он отломил добрый кусок тонкой лепешки и принялся задумчиво жевать. — В общем знаю всех, кроме вас. И мне стало любопытно. Откуда появился эльф с таким экзотическим именем?

Я натурально ощутил, как взгляд синих глаз проникает под кожу, рыщет в моей голове, стараясь найти ответы. Не долго думая скопировал его манеру и тоже в упор воззрился на собеседника.

Уголки губ стража уязвлённо дрогнули, и он отвернулся. — Ешьте, Отто, не обижайте моего джина.

Здесь далеко от Арнкхое, ему трудно творить чудеса. Он старался.

— Не обижать кого? — Моя рука замерла, не успев схватить аппетитный жареный пирожок.

— Джина, Отто, джина, — терпеливо повторил привратник, — разве вы ещё не поняли, что я родом с юга? По-моему, мои цвет и разрез глаз вполне характерны.

Наверное, так и было для остальных эльфов полуострова. Но я лишь пожал плечами. — Да, я заметил, что они довольно необычны.

Привратник сузил свои удивительные тигриные глаза, — каждая семья в Арнкхое имеет собственного джина. Он охраняет жилище, следит за хозяйством. У меня не осталось родных, поэтому мой джин путешествует со мной. И если бы вы хоть раз бывали в Арнкхое, вы бы знали о наших традициях.

Сделав большой глоток вина, привратник продолжил рассуждать вслух. — На жителя Симкхое или лесного эльфа вы тоже не тяните. Цвет волос не тот. Да и акцент слишком странный. Это от жизни с людьми? Как долго вы были в Златоке?

Я отложил пирожок, оказавшийся начинённым какой-то кислой травой. — С момента бойни на Суйда.

— М-м-м.… — промычал привратник, — я тоже успел там побывать, — он показал рукой на тонкий шрам, пересекающий лицо, — кажется пригнали весь королевский флот, не помните?

Я неопределённо кивнул, а страж продолжил:

— Страшная сила проснулась тогда. Будто сам Унгалор поднялся из бездны Унгала. И что это было, до сих пор ума не приложу.

— Наука, — про себя подумал я, — которую так почитает этот самый Унгалор. Маленький и с косичкой почти до пола.

С моих губ сорвался смешок.

— Вас это забавляет? — Привратник с интересом наблюдал за моей реакцией, — я задаю так много вопросов, потому что не могу прочитать ответы в вашей голове, — неожиданно признался он, — простите, Отто, но судя по взгляду, вам явно перевалило за триста, а сознательная линия памяти короткая, как у ребенка, которому нет еще и ста пятидесяти. Это сбивает с толку. Ответьте честно, это какой-то способ охраны сознания? Я хотел бы научиться.

Я едва сдержался, от очередной усмешки. То, как опытный менталист воспринимал мою травму льстило и забавляло одновременно.

— Нет никакого способа. Просто... — Я неопределенно взмахнул сырной палочкой, — после Суйда очнулся уже у людей и в памяти сейчас только последние дни моей жизни в Златавире.

Привратник подался вперед. На какой-то миг показалось, что эльф сейчас свалится со своей висячей подушки. Но он лишь тихо произнес:

— Значит, все, что у вас есть, включая имя, — не настоящее? Это вам дали люди?

— Ну почти. — Я инстинктивно отстранился.

— Как любопытно, — протянул привратник, снова выпрямляясь на месте, — я ещё не встречал эльфа с подобными нарушениями. Вы пытались как-то изменить ситуацию?

Я кивнул. — Даже ритуал просветления эфира пробовал. В Златавире существуют неравнодушные люди, готовые откликнуться к чужой беде, не смотря на то, что наши народы сейчас не ладят. Страж пристально смотрел на меня поверх кубка с вином, — знаете, а ведь я тоже мог бы попробовать вам помочь. Скажем внушить вернуться, в ваш последний день перед забвением. Заставить заново пережить самое страшное. Говорят, такая встряска способна поднять со дна сознания все, что потонуло.

— Зачем вам это? — Я подозрительно нахмурился. Несмотря на гостеприимство, этот тип не внушал мне доверия. Одно дело объяснить ему, почему мое ментальное поле закрыто для него, совсем другое — позволить рыться в моей памяти, даже не подозревая, что он там может найти.

Страж отставил кубок и с готовностью протянул мне раскрытую ладонь, — я не представился, когда проводишь столько времени в обществе матросов и половинцев, забываешь о манерах. Меня зовут Финиэл, и я самый любопытный эльф на всём полуострове, — он слегка улыбнулся, — в моей жизни уже лет семьдесят не случалось ничего стоящего, кроме скучной работы корабельного привратника.

Увидев сомнения на моем лице, Финиэл решил сменить тактику и улыбнулся. — Раз уж мы коснулись такой интимной темы, как память, предлагаю перейти на «ты». Так вот, я мог бы научить тебя, как бесшумно проникать в чужой сон и внушать лишь нужные тебе мысли.

Перспектива была более чем соблазнительной. Кому не хочется и память вернуть, и новый навык обрести? Кроме того, он явно искусно владел Майделин, а значит вполне мог показать мне как навещать Шарин в астральных снах по собственной воле, а не когда вздумается спесивой богине. Вот только что он потребует взамен?

— Мне ничего не надо, — тут же отмахнулся от моего вопроса Финиэл. —