Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат - Диана Фурсова

class="p1">— Я живу здесь несколько недель.

— Это не ответ.

— Я осмотрела все помещения.

— Над землёй.

Она хотела возразить.

Не стала.

Старый трактир уже однажды доказал, что количество помещений в нём зависит не только от того, насколько хорошо хозяйка умеет считать.

— На первом этаже нет лестницы вниз.

— Возможно, вход снаружи.

Сайвера снова посмотрела на карту.

Возле символа стояла маленькая отметка.

Не слово.

Рисунок.

Что-то похожее на ключ.

Она замерла.

— Подожди.

Торвейн сразу понял по её голосу.

— Что?

— У меня есть ключ.

— От трактира?

— Другой.

Сайвера взяла лампу и направилась к лестнице.

— Куда?

— За вещами бабушки.

— Я с тобой.

— Почему?

— Потому что когда ты говоришь таким голосом, обычно через пять минут возникает ещё одна невозможная дверь.

— Тринадцатая сегодня не открывалась.

— Это должно меня успокоить?

— Нет.

В своей комнате Сайвера вытащила из сундука материнскую шкатулку.

В ней всё ещё лежал старый полотняный мешочек.

Три пуговицы.

Потемневшее кольцо.

И маленький ключ.

Половины металлического круга здесь уже не было: свою Сайвера хранила отдельно, а вторая оставалась у Тессы.

Она взяла ключ.

Торвейн стоял у двери.

— Я видел его когда-то.

— Знаю.

— В том самом мешочке.

— Помню, ты рассказывал.

Сайвера повертела ключ между пальцами.

Он был гораздо меньше ключа от входной двери трактира.

Тонкий.

Старое железо почти почернело.

— Я пятнадцать лет считала его ключом неизвестно от чего.

— Возможно, сегодня узнаем.

— Или выясним, что он от бабушкиного шкафа.

— Тоже полезно.

Они вернулись вниз.

Торвейн взял вторую лампу.

— Будим детей?

Сайвера подумала.

— Тессу.

— Почему только её?

— Знак на карте такой же, как на жетоне. А половина жетона принадлежит ей.

Торвейн кивнул.

Через несколько минут Тесса спустилась, уже одетая и совершенно бодрая.

За ней шёл Иврей.

Потом Руэн.

А потом появилась Ави, обнимая деревянного волка.

Сайвера остановилась.

— Я звала только Тессу.

Иврей сказал:

— Я услышал.

Руэн пожал плечами.

— Он разбудил меня.

— Неправда.

— Правда.

Ави зевнула.

— А меня никто.

— Ты сама проснулась? — спросила Сайвера.

— Да.

Руэн посмотрел на сестру.

— Она услышала слово «тайна».

— Не было такого слова.

— Всё равно.

Торвейн тихо сказал:

— Бесполезно.

Сайвера посмотрела на четверых.

— Хорошо. Но если найдём обычный пустой чулан, никто не жалуется.

— А если не обычный? — спросил Иврей.

— Тогда буду жаловаться я.

Они вышли во двор.

Ночь была ясной.

После дождей похолодало, и трава под ногами серебрилась от первого тонкого инея.

Сайвера обошла восточное крыло.

На карте линия уходила под дом со стороны крытой галереи.

Здесь каменное основание поднималось выше, чем возле главного входа. Часть стены закрывали старые доски, которые Сайвера сложила туда ещё в первые дни, решив использовать для ремонта.

Руэн с Торвейном отнесли их в сторону.

За досками оказался камень.

Ничего больше.

— Чулан пока побеждает, — сказал Торвейн.

— Очень смешно.

Тесса подняла лампу.

— Здесь.

Сайвера подошла.

На одном из крупных блоков виднелась тонкая вертикальная щель.

Слишком ровная.

Она провела пальцами выше.

Ещё одна щель.

Потом горизонтальная линия.

Прямоугольник.

Низкая каменная дверь, настолько точно подогнанная к фундаменту, что днём её легко было принять за часть кладки.

Иврей присел.

— Замка нет.

— Есть, — сказала Ави.

Все посмотрели на неё.

Девочка указала деревянным волком почти к самой земле.

Там, под слоем грязи и мха, находилась маленькая железная пластина.

Руэн очистил её пальцами.

Замочная скважина.

Сайвера посмотрела на ключ в своей руке.

— Если сейчас подойдёт, я окончательно обижусь на бабушку.

— Почему? — спросила Тесса.

— Потому что можно было оставить записку.

Она вставила ключ.

С первого раза не получилось.

Сайвера попробовала повернуть.

Ничего.

— Не ломай, — сказал Торвейн.

Она повернула голову.

— Ты сейчас серьёзно?

— Очень.

— Летний сундук в Рейнгорде?

— Именно.

Сайвера медленно выдохнула.

Вытащила ключ.

Очистила скважину тонкой щепкой.

Попробовала снова.

На этот раз ключ вошёл глубже.

Щёлкнул.

Каменная дверь не открылась.

Иврей разочарованно протянул:

— Всё?

Тесса подошла ближе.

— Там знак.

Над скважиной, где они только что стерли грязь, проявился незамкнутый круг.

В центре была маленькая круглая выемка.

Сайвера посмотрела на Тессу.

Девочка сразу поняла.

Коснулась шнурка на шее.

— Мой жетон?

— Возможно.

Тесса не торопилась.

Сайвера ждала.

Это была её вещь.

Её решение.

Наконец девочка достала половину круга.

— А ваша?

Сайвера вынула свою из кармана. После появления Тессы она почти всегда носила эту половину при себе.

Они соединили края.

Две части легли друг к другу так же точно, как в первый раз.

Незамкнутый круг.

Вертикальная линия.

Маленькая отметина, похожая на дверь.

Тесса держала одну половину.

Сайвера — вторую.

— Вместе? — спросила девочка.

— Вместе.

Они приложили круг к выемке.

Металл вошёл точно.

Где-то внутри стены глухо сдвинулся тяжёлый засов.

Ави прижалась к Руэну.

Иврей сделал шаг вперёд.

Торвейн поднял лампу.

Каменная дверь медленно отошла наружу на ширину ладони.

Из щели пахнуло сухим холодным воздухом.

Не сыростью.

Не землёй.

Сайвера потянула дверь сильнее.

За ней начинались узкие ступени.

Вниз.

— У вас был подвал, — сказал Торвейн.

— Сейчас не лучшее время радоваться своей правоте.

— Я не радуюсь.

— Лицо радуется.

— Это освещение.

Тесса фыркнула.

Сайвера вынула жетон из выемки и вернула девочке её половину.

Потом подняла лампу.

— Я первая.

— Сайвера…

Она посмотрела на Торвейна.

Он остановился.

— Хорошо. Ты первая.

— Ещё один успех воспитания.

— Не злоупотребляй.

Ступени были сухими.

Двенадцать.

Иврей считал шёпотом.

На тринадцатой Сайвера бросила на него взгляд.

— Не начинай.

— Я просто считаю.

— Конечно.

Лестница вывела в короткий каменный проход.

По расположению Сайвера поняла, что они находятся под общим залом, ближе к восточной стене.

В конце стояла ещё одна дверь.

На этот раз деревянная.

Тёмная, но не такая, как Тринадцатая.

Обычный старый дуб.

На ней не было замка.

Только печать из почерневшего воска, растянутая поперёк стыка двери и косяка.

Знак Порога сохранился идеально.

Сайвера подняла лампу.

— Запечатано.

Торвейн подошёл ближе, но не коснулся.

— Очень давно.

Тесса спросила:

— Нельзя открывать?

— Не знаю.

Руэн посмотрел на печать.

— Тогда зачем ключ привёл сюда?

Хороший вопрос.

Сайвера поднесла свет ближе.

Под