Начало - Ана Эм

голос. Что-то подсказывает цепляться за них, и я цепляюсь. Звуки на мгновение становятся ярче. Кончики пальцев касаются тепла. И я вновь начинаю чувствовать.

Что-то мягкое под спиной и ногами. Потом голова аккуратно касается чего-то. Подушки.

Но я не лежу…

– Ками, малышка, – снова этот голос. – Открой глаза, пожалуйста.

Тепло касается щеки. Чувствую грубую ладонь.

– Просто открой глаза. – просит голос.

Я хватаюсь за него, и тепло в груди усиливается, разгоняя тьму.

– Вот так, Ками, посмотри на меня.

Медовые глаза встречаются с моими.

Эдриан.

Его пальцы нежно поглаживают мою щеку.

– Я.., – из горла вырывает хриплый звук. – В поря…

Рядом со мной на диван опускается кто-то еще.

– Если ты сейчас скажешь, что в порядке, я ударю тебя. – бросает мне Эви. Но в ее глазах почему-то стоят слезы.

Я выдыхаю и тут же жалею об этом. Ребра вспыхивают, пульсируя.

– Моя мазь. – хриплю я Эви. Та тут же моргает и быстро кивает головой.

– Да, сейчас, конечно.

Она скрывается за спинами Фина и Калеба. Те тоже здесь. Оба мрачнее тучи. Должно быть, я действительно не в порядке.

Вал подходит ближе, стиснув челюсти. Ее плечи тяжело поднимаются и опускаются, когда взгляд проходит по всему моему телу.

«Я жива» – пытаюсь передать ей мысленно.

Изумрудные глаза моргают. Она сглатывает и едва заметно кивает.

Откуда-то появляется Калия с чашкой в руках.

– Вот, девочка, – нежно проговаривает она, прикладывая чашку к моим губам. – Выпей, это снимет боль.

Эдриан стискивает мою правую руку, а ту что была на щеке перемещает на мой затылок, помогая сделать глоток.

Холодная вязкая жидкость взрывается отвратительным вкусом на языке. Кислая желчь подступает к горлу, и я морщусь.

– Достаточно. – отрезает Эдриан. – Принесешь лед, воду и марлю?

– Сейчас.

Калия оставляет чашку на столике перед нами и снова скрывается в столовой.

– Дышать можешь? – спрашивает Эдриан, возвращая руку на мою щеку.

Я киваю.

– Сделай глубокий вдох.

Вдыхаю, и из груди вырывается сдавленный стон. Его руки тут же опускаются мне на бока, а пальцы слегка проходятся по ребрам.

– Не сломаны. – выдыхает он. – Слава духам. – его глаза прикрываются, а челюсти смыкаются.

– Где они? – тихо рычит он.

– Шон закрыл их в конюшне. – тут же сообщает Фин. – Он сейчас с ними.

Эдриан кивает. Я чувствую, как все мышцы в его теле рядом со мной напрягаются. Он осторожно отпускает меня, не встречаясь со мной взглядом.

Что он собирается делать?

Моя рука невольно сжимает его ладонь, и он замирает, медленно поднимая глаза с наших соединенных рук к моим глазам.

Не хочу, чтобы он…чтобы он из-за меня…

– Останься. – выдавливаю я из себя.

Слезы в глазах размывают его образ на мгновение.

Эдриан слегка сжимает мою ладонь в ответ и поддается вперед.

– Я ненадолго. – нежным шепотом говорит он.

– Пожалуйста. – слезы падают на щеки.

Его плечи тут же опускаются, и он на секунду прикрывает глаза. Я уже решаю, что он все равно уйдет, как он вдруг придвигается ближе и крепче сжимает мою руку.

Калия возвращается в гостиную практически одновременно с Эви.

Валери забирает из рук Калии чашу с водой и марлю.

– У нее еще что-то с ногой. – тихо говорит она Эдриану, опускаясь на диван слева от меня. Тот тут же перемещается на столик напротив и садится рядом с Эви, которая крепко держит баночку с мазью в руках, точно самое ценное сокровище.

– Правая. – уточняет Эви, не сводя с меня глаз, и Эдриан принимается осматривать мою лодыжку, осторожно снимая ботинок.

Мой взгляд падает на разбитые костяшки пальцев Эви.

«Твои руки. Используй мазь»

Ее брови сходятся на переносице.

– Нет. Это не важно. – отмахивается она.

«Важно для меня»

– Издеваешься? – выпаливает Эви, еще сильнее сжимая банку. – Мои костяшки? Ты серьезно? Ты себя вообще в зеркало видела?

– Нет. – просто отвечаю я.

– Они и правда читают мысли друг друга. – бормочет Фин, скрещивая руки на груди.

«Черт. Теперь они знают» – раздосадовано сообщает мне Эви.

Из меня вырывается болезненный стон, как только что-то холодное касается лодыжки. Эдриан аккуратно перекладывает мою ногу себе на колени, одной рукой придерживая мешочек со льдом, а второй поглаживая чуть выше. Его палец описывает круги на моей икре. От чего приятное тепло распространяется по всему телу, и я снова расслабляюсь.

– Они знают, – хриплю я Эви. – Потому что ты отвечала вслух, Эви.

– Не правда. – возражает она.

– Правда. – без эмоции добавляет Валери, продолжая промывать мои раны на лице. Вода в чаше на ее коленях насыщенного алого оттенка. Столько крови.

Фин и Калеб все так же странно смотрят на меня, словно перед ними живой труп.

– Не смотрите так на меня. – хрипло выдавливаю я.

Оба выходят из оцепенения.

– Прости. – Калеб низко опускает голову.

Фин тяжело вздыхает.

– Нам жаль, что так вышло. – добавляет он, переминаясь с ноги на ногу.

– Еще бы. – со злостью фыркает Эви.

– Почему вы, – сглатываю, делая прерывистый вдох. – Извиняетесь? Вы ничего не сделали.

– Именно поэтому. – Эдриан поднимает на меня глаза, его рука замирает на моей ноге. – Ты. Вы все должны были быть в безопасности здесь. Как.., – он осекается, опустив глаза. – Наши гости. Таков обычай.

Фин кивает за его спиной.

– Вожак объявил вас гостями на этой земле. – поясняет он. – Значит, стая должна подчиниться и охранять, даже…если это идет вразрез с убеждениями.

То есть, охранять даже ведьм.

У нас нет похожих обычаев, но есть правило приглашения. Оно создано исключительно для того, чтобы мы не поубивали друг друга на очередном шабаше. Однако оно тоже предполагает безопасность.

Мои губы складываются в полуулыбку.

– Один, один. – бормочу я, и все трое волков смотрят на меня с непониманием. – Когда вы впервые оказались в нашем доме, вашим жизням тоже угрожала опасность.

– Это другое. – Эдриан качает головой, слаба улыбнувшись в ответ. – Мы могли уйти в любой момент, но решили остаться. Это был наш выбор.

– Я тоже могла уйти. – поднимаю руку, где на большом пальце черное кольцо. – С помощью этого. Могла открыть портал и вернуться домой.

– Вау. – с неподдельным восхищением говорит Фин.

Эдриан вместе с Эви хмурятся. Марля на моей щеке замирает.

– То есть ты могла уйти в любой момент, но дала себя избить? – глаза Эви вспыхивают злостью.

Почему она злится?

– Почему ты осталась, Камилла? – с тем же напором спрашивает Эдриан. – Ты должна была спасать себя. Твоя жизнь на первом месте.

Ого. Не знала, что это их так заденет. Эви ладно, но Эдриан. С чего ему так переживать за меня?

– Во-первых, я не давала себя избить. Их было больше. И они исцелялись. А во-вторых, не один из присутствующих в этой комнате,