Начало - Ана Эм

– Теперь взгляни на ее сестер. – Эдриан опускается на корточки перед женщиной, и та наконец поднимает на нас глаза.

Мне не нужно смотреть на сестер, чтобы понять, что именно видит Диара. Валери со своими шрамами на коже и оружием на теле вылитая охотница, убийца. А Эвива одним только своим взглядом может продемонстрировать способность убивать.

– Ты видела, что они сделали с твоими мужчинами. – продолжает Эдриан. – Как думаешь, почему они не убили их?

Диара сжимает челюсти, и во взгляде на доли секунды вспыхивает неподдельная ненависть. Мне хорошо знаком этот взгляд. И пусть у меня сейчас нет моего дара, я знаю в точности, чтобы почувствовала от этой женщины.

– Из-за Камиллы. – говорит Эдриан, и брови Диары сходятся на переносице. – Она просила их не убивать.

Девушка в тени вдруг поднимает голову и встречается со мной взглядами. Удивление проносится в ее ясных глазах, но она тут же отворачивается.

– А теперь скажи мне, – продолжает Эдриан. – Если бы на месте Камиллы оказалась твоя дочь, если бы какие-то ублюдки избили ее до полусмерти, защищала бы ты их? Или же потребовала бы право «око за око»?

Диара вздрагивает всем телом и переводит взгляд на Эдриана.

– Ты знаешь Килиана. – ее голос становится тверже. – Он бы не рискнул нарушить клятву без причины.

Эдриан поднимается на ноги, и женщина следом делает то же самое. Ее плечи распрямляются.

– Возможно, его спровоцировали. – говорит она.

– Чушь собачья. – выкрикивает Эви, делая шаг вперед, но Вал снова ее останавливает. Все проворачиваются к сестрам. – Камилла бы не стала никого провоцировать.

Диара смотрит в упор на Эдриана и поднимает голову выше.

– Мы не знаем всей правды. – произносит она. – И Килиан с детьми в таком же состоянии, как и эта…Камилла.

Эви фыркает и вырывается из хватки Валери.

– Совет лучшее решение в данной ситуации. – продолжает Диара. – Они узнают правду.

– Это решать не тебе, Диара. – вмешивается Фин, и Эдриан вскидывает руку, обрывая его на полуслове.

– Тебе прекрасно известно, что дело не только в клятве. Если бы все сводилось только к неповиновению, ты бы сейчас здесь не стояла.

Диара отводит взгляд.

О чем говорит Эдриан? Разве дело не только в том, что этот Килиан ослушался и напал вопреки приказу?

«Они что-то не договаривают» – проносится голос Эви в моей голове, и я не могу не согласиться.

Кулаки Эдриана сжимаются, он оборачивается ко мне и находит мой взгляд. Затем тяжело вздыхает и будто бы принимает какое-то решение.

– Но если тебе нужна справедливость, – обращается он к ней, не сводя с меня глаз. – Я дам ее тебе.

Уверенным шагом он приближается ко мне и опускается на корточки перед диваном. Черные глаза в миг становятся медовыми, тепло ласково касается кожи.

– Что происходит? – вырывается из меня шепот.

Он сглатывает, будто бы собираясь с мыслями, и после секунды молчания говорит:

– Был нарушен закон, Ками.

– Несколько законов. – тихо добавляет Фин, буравя взглядом Диару. Калеб тут же стреляет в него глазами, но Эдриан пропускает слова волка мимо ушей и продолжает, положив свою руку мне на колено:

– Наказание за это смерть. В случае, если одна из сторон не согласна с обвинениями, созывается Совет Духов.

Я хмурюсь, пытаясь сообразить, к чему он клонит.

– И решение этого Совета неоспоримо. Однако только я, как вожак, могу его созвать. Поэтому мне нужно твое согласие. Это будет справедливо.

Что?

Зачем ему мое согласие? Он ведь знает, что я так или иначе не хочу их смерти.

«Хм» – раздается фырканье в моей голове, и я поднимаю глаза на Эви. – «Он хочет показать этой Диаре, что ты не сука, которой тебя здесь считают. Если откажешься, Эдриан убьет этих ублюдков. Согласишься, и тебя уже нельзя будет обвинить в их смерти, ведь это Совет вынесет приговор»

– Скажи, – рука Эдриана мягко сжимает мое колено. – Стоит ли мне созывать Совет?

Бросаю взгляд на Диару. Она пришла, чтобы просить о пощаде, чтобы защитить свою семью от смерти. И я понимаю ее. Даже больше, чем хотелось бы.

До прихода сюда, мое мнение о волках было не лучше ее мнения о нас. И сейчас мне трудно сказать, где именно пролегает правда. Кто из нас имеет право ненавидеть? И откуда вообще появилась эта ненависть между нашими народами?

– Совет может оправдать? – спрашиваю Эдриана хриплым голосом, и он кивает, явно не довольный этим. – Там, в лесу, я чувствовала их желание убить меня.

Челюсти Эдриана сжимаются, а взгляд вновь темнеет, и я рефлекторно кладу свою руку поверх его.

– Но точно так же я почувствовала и желание моих сестер отомстить.

Нужно, чтобы он понял. Поднимаю глаза и смотрю на своих сестер с одной стороны и волков с Диарой по другую сторону.

– Ненависть это яд, и она пропитала наши народы. Думаю, будет правильным хотя бы раз сделать шаг навстречу.

– Камилла, – возражает Эдриан, но я не даю ему договорить.

– Я не хочу ни чьей смерти.

Чернота в его глазах медленно сменяется золотом. Он выдыхает и едва заметно кивает, сдаваясь.

– Завтра на закате состоится суд. – раздается его низкий голос. – Оповестите всех.

Фин с Калебом кивают и тут же покидают особняк. Диара выдыхает с облегчением и не сказав ни слова, уходит, позвав за собой дочь. Та задерживается в двери и вдруг оборачивается в мою сторону. Наши глаза вновь встречаются. Я замечаю слабую улыбку признательности на ее лице и улыбаюсь в ответ. Девушка скрывается за дверью, а спустя мгновение раздается вой. Со всех сторон, многочисленный, почти оглушительный.

Эви усмехается, смотря по сторонам:

– А письмами вы не пользуетесь?

Эдриан ухмыляется, бросив взгляд на сестру.

– Так намного быстрее. – говорит он и снова переводит взгляд на меня. – Готова?

– К чему?

Не колеблясь ни секунды, он подхватывает меня на руки.

– Что ты.., – осекаюсь, сморщившись от боли.

– Расслабься и даже не пытайся сопротивляться. Отныне тебе прописан постельный режим.

Мои глаза широко распахиваются, и я мысленно прошу сестер о помощи. Но Эви лишь пожимает плечами, а Валери опускается на диван, словно ей вообще ни до чего нет дела.

«Предательницы» – посылаю я им обеим.

Эдриан тем временем молча тащит меня наверх в нашу с сестрами спальню. Запах хвои щекочет легкие. Тепло, исходящее от волка, согревает конечности. И как бы мне не хотелось сейчас оказаться на своих двоих и послать к черту постельный режим, трудно отрицать тот простой факт, что мне приятна забота этого мужчины с медовыми глазами.

***

Потолок нашей спальни деревянный, такой же, как и стены. Темные балки тянутся во всю длину. Всего их в спальне