Эдельвейс для орка - Лана Воронецкая

приговор. — Ты обвиняешься в государственной измене, хищении королевской казны, подготовке к перевороту и запрещённой магии. Суд состоится здесь и сейчас, при свидетелях с обеих сторон.

Импровизированный зал суда — степное поле у портала. Орки с одной стороны, люди с другой. Открытый, публичный, честный суд. Нет дворца, нет пышных одежд. Только истина, кровь и справедливость. Все смотрят. И все ждут.

Я наблюдаю, прижимаясь к Алии, которая крепко держит меня за руку.

— Ты в порядке? — спрашивает сестра.

— Теперь да, — шепчу я, не в силах оторвать взгляд от сцены.

Король поворачивается к свидетелям.

— Кому есть, что сказать, говорите правду. И только её.

Первой выходит ЛейРа. У неё дрожит голос, но орчанка держится прямо.

— Он годами шантажировал моего отца. Обещал спасти нас, но лишь выкачивал магию. Он сказал, что откроет проход. Но всё, что он хотел, это больше магии и больше власти.

Она делает глубокий вдох.

— Элиара, ваша подданная, человеческая женщина, моя погибшая при родах мать, сбежала от него измождённой и умирающей. Он истощал её, выкачивая магию. Из-за него она не выдержала родов и умерла. Он издевался и убивал свою же кровь.

После орчанки выхожу я. Сердце колотится, но я не позволяю страху овладеть мной. Я смотрю прямо в глаза королю.

— Инквизитор Валериус устроил резню в деревне Крутогорье, пытался скрыть своё участие, убеждая людей в том, что на деревню напали орки. А сам взял в плен жителей деревни, которые обладали магическим даром. Магическим даром, который он называет «Жгучей Хворью». Не только их. Инквизитор говорит, что лечит таких людей, а сам держит их в казематах, выкачивает из них магию, обрекает на пытки и медленную смерть.

Король кивает.

— Моя Тайная Канцелярия вела расследование, — говорит он, обращаясь ко всем. — Мы подтвердили подделку отчётов, взяли на контроль точки содержания под стражей якобы «больных». Добавим к этому расхищение казны и организацию переворота. Это государственная измена.

Король поворачивается к Валериусу.

— Что скажешь в своё оправдание, инквизитор?

Валериус смеётся. Долго. Истерично. Безумно.

— Вы все — слепцы! — кричит он, когда смех стихает. — Наивные дети! Пока вы играете в мир, за морем, в королевстве Закатных Гор, собирается армия! Флот! Магия, которой у вас нет! Они сметут и людей, и орков! Я готовил королевство к войне! Я делал то, на что у вас не хватило духа! Вы ещё будете молить о моём возвращении, когда их корабли появятся на горизонте!

Никто ему не верит. Король лишь качает головой.

— Бред безумца.

Валериус делает вид, что смиряется, бросает к ногам короля остатки своих амулетов.

Но вдруг он поворачивается к РейТану.

— Ты думаешь, ты победил, орк? — злобно цедит он. — Наша битва ещё не окончена! Ты отнял у меня мою силу. Но я верну её.

Инквизитор делает резкое, неестественное движение. Из его рукава выскальзывает тонкая, острая игла. Он умудряется направить её прямо на РейТана, целясь в шею.

— Моя сила вернётся ко мне с твоей смертью, животное!

Я вижу иглу! Я чувствую её!

Не успеваю подумать, как инстинктивно выбрасываю руку вперёд, посылаю магию на подозрительный артефакт. И… промахиваюсь! Или мне по-прежнему не хватает силы…

Игла летит… дальше!

Боги. Духи! Помогите…

Но!

Артефакт не успевает долететь до орка, он исчезает во вспышке света, ослепляющей на мгновение. Пшик — и ничего больше нет!

Это неконтролируемая, чистая защитная магия истинной связи, вспыхивает вместе с татуировкой эдельвейса на предплечье РейТана…

Только она не сжигает артефакт, а… направляет его обратно. К тому, кто его выпустил.

На землю падает… тело инквизитора, пораженное его же смертельным артефактом. И прямо у всех на глазах тут же сгорает дотла, превращаясь в пыль.

Пока я пытаюсь осознать, что произошло, РейТан на мгновение поворачивается ко мне и… подмигивает, улыбнувшись уголком губ. Быстро, почти незаметно.

Ветер разносит пыль тлена по степи…

Меня догоняет отсроченная реакция. Ледяной ужас пронзает грудь. Страх не за себя. А за РейТана… Страх потерять его.

Я только что нашла его. Поверила, что орк любит меня. Что у нас есть будущее. И всё это чуть не исчезло. Только что!

Мне трудно сделать вдох. Не могу оторвать глаз от своего орка. Я вдруг отчётливо понимаю, что если он умрёт, то я умру вместе с ним. Не телом, так душой. И мой очаг погаснет навсегда.

От инквизитора не остаётся ничего. Ни следа. Он напророчил себе такую смерть, когда врал моим родителям про Алию. Сам же такую смерть и получил.

Король и вождь орков смотрят друг на друга.

— Нам нужно поговорить, — произносит наш человеческий король. — В наших преданиях об откровениях богов, есть завещание, нам, людям о том, что мы должны заключить с орками мир.

— Мы выслушаем, — отвечает вождь. — Ведь, духи орков тоже оставили нам такой завет.

Напряжение спадает. Мир, хрупкий и неустойчивый, возможен.

А РейТан разворачивается ко мне.

Он идёт. Медленно. Не отрывая от меня взгляда. Его глаза изучают меня, проверяя мою реакцию. Ищут страх. Отвращение. Что-то, что может его оттолкнуть.

Щёки вспыхивают. Я вспоминаю нашу ночь. Прикосновения орка, его ласки. Поцелуи и дыхание на моей коже. Его слова.

Как он, такой большой, такой дикий, такой яростный в гневе… может быть таким нежным? Со мной…

И я робею перед ним. Неуверенная. Но когда РейТан останавливается передо мной, я поднимаю взгляд. На мгновение мне кажется, что он колеблется.

Но потом орк молча наклоняется и берёт меня на руки.

— Тебе нужно отдохнуть, мой очаг, — шепчет он, и его голос — сама нежность. — Здесь справятся и без нас.

Я прижимаюсь к его груди, вдыхая мужской запах — запах степного ветра, грозы и… моего нового дома. Напряжение наконец покидает моё тело. Я в безопасности. Я с ним.

РейТан уносит меня прочь от поля битвы, к мерцающей границе портала, туда, где начинается их мир.

Наш мир.

Глава 32

Китти

РейТан уносит меня прочь от поля битвы, прочь от крови и криков, прочь от политики и интриг.

Я прижимаюсь к груди орка, а его сильные руки уверенно держат меня так, будто я самое ценное сокровище в мире.

Он несёт меня не в шумный лагерь, где орки празднуют победу, а куда-то в сторону, к уединённому месту, скрытому за скалами.

Я слышу шум воды ещё до того, как вижу водопад, срывающийся с высокой скалы и падающий в небольшое, кристально чистое озеро.

Вокруг трава, похожая на зелёный бархат, и цветы, светящиеся в сумерках мягким, серебристым