Во власти дракона-оборотня - Кортни Уимс

Я вздыхаю, качая головой и глядя в окна на водопад, ниспадающий с Гор Серахейвен.

Девин отпускает мою руку.

— Я знаю, тебе не нравятся Испытания, но если мы не будем их проводить, погибнет ещё больше людей, пытаясь овладеть Кровавым Кольцом. Это будет гораздо болезненнее всего остального.

— Знаю, знаю, — бормочу я, не желая об этом думать. — Просто кажется неправильным перекладывать всю ответственность на кого-то другого. Это должен быть я. Именно я должен нести всё это давление, боль и риск.

— На тебе и так достаточно обязанностей, — тихо говорит он. — Тебе нужно научиться разделять это бремя. Может быть, тогда ты наконец обретёшь счастье.

Я поворачиваюсь к нему.

В моей жизни бывали проблески счастья. Но их быстро затмевала неизбежность. Следующий нависший долг. Смерть, которая, кажется, всегда окружает меня.

Девин кланяется, затем направляется к двери, ведущей из обеденного зала. Дойдя до ручки, он останавливается и смотрит на меня через плечо.

— Напоминаю: вы ещё не выбрали женщину для сегодняшнего личного ужина.

— Лира Голдбрук.

Ответ срывается с моих губ почти сам собой.

Зверь внутри меня расплывается в улыбке при мысли о личном ужине.

«Назад», — рычу я на отголоски собственного сознания.

— Очень хорошо, — Девин склоняет голову. — Я распоряжусь, чтобы её привели.

Он открывает дверь.

По ту сторону ожидают двое стражников. Между ними стоит не кто иная, как Марселла Брайрстоун.

На ней шёлковое платье цвета бордо, подчёркивающее богатые оттенки её кожи.

Девин бросает на меня взгляд, и я слегка киваю.

Стражники проводят её в комнату.

В её походке есть изящная жестокость: бёдра плавно покачиваются, и каждый шаг завершается стуком каблуков по мрамору. Длинные чёрные перчатки облегают её руки до самых плеч, перекликаясь с высокими каблуками на ногах. Шёлковое платье скользит по её телу, а в боковом разрезе мелькает край бедра.

Каким-то образом даже в платье в ней ощущается опасность. Больше, чем в двух стражниках в полном доспехе, стоящих рядом с ней. Почти забавно, что она выглядит смертельно опасной вне зависимости от того, что на ней надето, и сама это знает.

Даже если её воспоминания утрачены.

Я делаю стражникам знак двумя пальцами ждать снаружи.

Когда дверь закрывается и мы остаёмся одни, она останавливается в шаге от меня.

Она бросает взгляд на окна.

— Мне нужно попросить вас об одолжении. И я не могу объяснить, зачем оно мне нужно.

— Хорошо… Что именно?

— Мне нужно… — Она выдыхает, часто моргая, прежде чем встретиться со мной взглядом. — Мне нужна драконья кровь. По меньшей мере три флакона.

Я машинально открываю рот, чтобы спросить её о причинах, но тут же закрываю. Сделав шаг ближе, я прищуриваюсь. Вглядываюсь в её лицо так, словно оно может дать ответ, которого не дадут её губы.

— Кто-то ранен?

— Нет.

— Клянёшься?

Она фыркает.

— Вы забыли, что многие пострадали во время Испытаний…

— Я не могу не спросить, — отвечаю я довольно грубо.

— Нет. Насколько мне известно, никто не пострадал за пределами Испытаний.

Испытания. Значит, кровь нужна ей для них. Но если она просит три флакона, а впереди осталось лишь два Испытания, можно предположить, что один из них предназначен для кого-то ещё. Возможно, для Лиры. Любопытно, если они успели в какой-то степени подружиться.

— Посмотрим, что можно сделать, — бормочу я, с трудом сдерживая бесконечный поток вопросов.

Она решительно кивает и направляется к выходу.

Когда её рука ложится на дверную ручку, я окликаю её:

— Марселла?

Она вопросительно смотрит на меня через плечо.

Я прочищаю горло, пытаясь справиться со зверем, который извивается в моей груди, когда наши взгляды встречаются. Понизив голос, я спрашиваю:

— Ты доверяешь Лире Голдбрук?

Тишина и неподвижность застывают на её лице.

Наконец она тихо произносит:

— Почему вы хотите это знать?

Зверь рвётся вперёд, вытаскивая на поверхность моего сознания вспышки воспоминаний о её крови на том платке. Стиснув зубы, я качаю головой и отворачиваюсь прежде, чем зверь успевает сделать ещё какую-нибудь глупость. Например, снова показать клыки.

Пальцы на моей левой руке начинают подрагивать, и я резко сжимаю запястье, заставляя их замереть.

— Сайрус?.. — зовёт Марселла у меня за спиной.

Мне удаётся лишь глухо выдавить:

— Без причины. Я достану тебе три флакона, как только смогу. Ты свободна.

— Но с тобой всё в порядке?..

— Уйди! — рявкаю я.

Потрясённая тишина повисает в комнате, а затем раздаётся удаляющийся стук её каблуков и хлопок закрывающейся двери.

— Удачи, — шепчет Девин, прежде чем открыть дверь в столовую.

Я слегка улыбаюсь ему и вплываю внутрь. Всё выглядит иначе, чем в прошлый раз, когда я ужинала с Сайрусом наедине. Вместо длинного прямоугольного стола здесь стоит небольшой круглый. Красная скатерть ниспадает на мраморный пол, а Сайрус тихо ждёт в тусклом мерцании чайных свечей и высоких свечей, расставленных по столешнице. Его взгляд скользит ко мне.

Опустив глаза в пол, я приседаю в реверансе перед ним. Он поднимается со своего стула и спешит отодвинуть мой. Я бормочу нервное спасибо, усаживаясь, и он придвигает стул обратно, прежде чем вернуться на своё место.

За кругом свечного света, окружающего наш стол, простирается щедрая полоса теней. Словно мы — звезда, затерянная в полуночном небе.

Передо мной стоит набор из тарелки с золотой крышкой, столовых приборов, кубка и тканевой салфетки. Он берёт мой бокал и наполняет его из кувшина, затем наполняет свой. Я оглядываюсь вокруг, выискивая стражников или слуг в ожидании, но никого не нахожу.

— Я подумал, что было бы приятно поужинать наедине, — мягко говорит он.

Наедине? Я наблюдаю, как он поднимает свой бокал и делает несколько глотков, а на моих губах появляется робкая улыбка.

Сайрус тянется через стол и снимает крышку с моей тарелки, выпуская облачко пара. Аромат утки, запечённой с розмарином, наполняет мои чувства.

— Пожалуйста, — Сайрус указывает на мою тарелку, — приступайте.

Улыбаясь, я склоняю голову и начинаю нарезать мясо. Сделав два кусочка, я поднимаю на него взгляд. Он снова водит средним пальцем по ножке своего бокала, погружённый в далёкие мысли.

Проглотив еду, я начинаю:

— Я очень рада, что вы пригласили меня сюда сегодня вечером.

Он улыбается.

— И я тоже. Мне доставляет большую радость знать, что вы ещё не отказались ни от одного моего приглашения.

— Ещё? — усмехаюсь я и беру ещё кусочек.

— Вы вовсе не обязаны их принимать.

— Мне трудно поверить, что кто-то здесь в здравом уме отказался бы, — говорю