Королева Вечности - Л. Дж. Эндрюс

Дворецкий фыркнул, но, прежде чем он повернулся, мне удалось уловить довольное выражение на его лице, а после Алистер повел нас в тронный зал. Кровавые лужи от расправы в ту трагическую и прекрасную ночь, в которую Эрик объявил меня своей королевой, исчезли. От краев комнаты к центру отполированная плитка без единого пятнышка закручивалась в спираль подобно морскому водовороту. Горели свечи в подсвечниках, освещая бледные каменные стены.

На помосте рядом с троном Эрика из темного красного дерева стоял полностью готовый и впечатляющей своей красотой второй трон. Вдоль подлокотников раскинулись вырезанные лозы. Высокую спинку дополняли солнечные лучи, шипы и бутоны роз, а по бокам виднелись маленькие лисята, бегающие по лесу.

– Вы довольны? – с нескрываемым нетерпением спросил Алистер.

– Он восхитителен, – задыхаясь от волнения, ответила я.

Эрик нежно поцеловал мою ладонь. Мира и Селин не преминули отметить мастерство исполнения и то, насколько удачно трон выглядел на фоне ужасающе безвкусных гобеленов и предметов обстановки, доставшихся от предыдущих Королей Вечности.

Отец держался непринужденно, погрузившись в глубокие размышления, нарушать ход которых я не осмелилась. Не раньше чем у нас появится время, чтобы освоиться в новой жизни. Сначала отдохнуть, поесть, помыться, как предложил мудрый Алистер, и только потом нам предстоял серьезный разговор.

Удовлетворенный моей похвалой, дворецкий хлопнул в ладоши, призывая толпу дворцовых слуг заняться гостями.

– Даж здесь враг, – шепнула я Эрику. – Он убил короля, и об этом известно каждому.

В глазах Эрика вспыхнул огонек.

– Но он еще и отец нашей королевы. Думаю, я ясно дал понять в этой самой комнате, что будет с тем, кто причинит вред моей королеве, Певчая птичка. Если он пострадает, пострадаешь и ты.

Рядом кто-то прочистил горло, привлекая внимание. Алистер, вскинув голову, шагнул к нам.

– Прошу прощения за вторжение, но я лично займусь земным королем. Уверяю вас, шансов напасть на него у меня катастрофически мало. Потом, естественно, будет пир в честь нового объединения королевств. Хорошая еда, веселая мелодия и терпкое вино заставят гнев сменить на милость.

Прежде чем мы успели возразить, он удалился. Мне давно стало ясно, что Алистер преданно служит дворцу, и рушить его планы было бы пустой тратой времени.

– Он позаботится даже о Стиге, потому что все остальные, похоже, гостей боятся, – прошептала я.

Эрик, после того как мои друзья и члены семьи получили по сопровождающему, провел нас в кабинет с письменным столом из полированного дерева, широким окном с видом на морские просторы и одним из хитроумных королевских потайных ходов.

К тому моменту, как Эрик вошел в королевские покои, мое тело пылало от желания, разлившегося внизу живота.

В камине горел странный голубой огонь, разожженный кем-то из прислуги. Деревянный поднос на столе был уставлен сладким вином и темным ромом, а из уборной шел густой пар.

В памяти пронеслись десятки воспоминаний об этой комнате: бесконечные споры, превращение из похитителя и пленницы в возлюбленных, безмерная радость и неистовая страсть. Мысли беспорядочно крутились в голове, пока мы не остановились перед дверью в умывальную комнату.

Эрик принялся возиться с ручкой.

– Мы можем помыться, тогда…

Не успел он договорить, как я прижала его спиной к стене и поцеловала со всей накопившейся яростью, царапнув зубами его зубы. Эрик запустил пальцы в спутанные волосы, оттягивая мою голову так, чтобы добиться требуемой ему позиции. Я изогнулась в порыве страсти и застонала от прикосновения.

– Мойся сколько влезет, – произнесла я между вдохами. – Но только со мной и моими руками на твоей коже.

– Боги, женщина, – выругался он и потянулся к грязной рубашке, испачканной застарелой кровью.

На нас остались следы от многочисленных ударов и порезов, но я не задумывалась о них, лихорадочно снимая ремень, а Эрик – скидывая ботинки. Нетерпеливые пальцы трудились над шнуровкой лифа и пряжкой брюк.

– У тебя открытые раны, – прошептала я между горячими поцелуями, украдкой бросив взгляд на бандаж вокруг ребер. – Не позволяй своей крови отравить меня, пока я не получу от тебя нечто большее, Змей.

Его лукавая ухмылка коснулась моих губ.

– Тэвиш владеет трюками, о которых не знает даже ткач костей. Повязка останавливает кровь с помощью заклинания, милая. Если ее не трогать, она будет держаться при любых движениях.

Потеряв терпение, Эрик взялся за края моего лифа и распорол его по швам. От прохладного воздуха, коснувшегося моей кожи, затрепетали соски. Издав хриплый стон, он прижал меня спиной к дверному косяку и жадно припал губами к чувствительной плоти.

С моего языка сорвались резкие, жаждущие продолжения вздохи, и, обхватив затылок, я притянула его ближе. Эрик безудержно ласкал мою кожу, слегка царапнув сосок острым клыком, а после провел по нему языком.

Мое ядро бешено пульсировало, и я уперлась в его бедра, отчаянно желая получить долгожданное освобождение. Даже одно касание любимого мужчины превращалось в прекрасное проклятие, и мне всегда будет мало его вкуса и нежных прикосновений.

Я подцепила пальцами пояс его брюк и, засунув руку внутрь, высвободила пульсирующее возбуждение. Стоило мне обхватить бархатистую кожу и медленно погладить, как Эрик сладостно простонал мне в грудь.

– Певчая птичка. – Он поднял голову, и глаза вспыхнули золотым огнем.

Выпрямившись, король положил ладони по обе стороны от моей головы. Он изучал ладонь, покачивал бедрами, от удовольствия раздвигая губы, и смотрел, опьяненный желанием, как мой большой палец скользит по выступившим бисеринкам его возбуждения.

– Моя рука, – прошептала я ему на ухо, – или мой рот?

Эрик, издал сладострастный стон, уткнувшись лбом в мое плечо.

– Если надеешься, что после всего я кончу раньше тебя, то глубоко заблуждаешься.

Я издала пронзительный крик, едва Эрик подхватил меня под бедра и, крепко держа за талию, понес в умывальную комнату. В глубокой каменной купальне была набрана теплая вода. Безусловно, благодарить за это и все остальные приготовления следует только Алистера.

Эрик посадил меня на край купальни и быстро расправился с остатками платья, стянув его через мою голову.

Он опустился на колени, его брюки по-прежнему соблазнительно низко сидели на бедрах. Не сводя с меня глаз, король откинулся на пятки. Раньше, оказавшись обнаженной, я, возможно, почувствовала бы вспышку смущения, однако рядом с Эриком Бладсингером все было иначе. Его искренний взгляд, жадные прикосновения и безумная страсть пробуждали во мне нестерпимое желание ответить ему взаимностью.

Когда я скользнула ладонями по бедрам и раздвинула ноги, обнажив себя, черные зрачки расширились.

Эрик выругался и запустил руку между моих бедер, дразня меня каждым движением, каждым нажатием своих шершавых кончиков пальцев. Я откинула голову назад, когда он вновь провел