Школа. Никому не говори. Том 4 - Руфия Липа

– Про Сэро ты то же самое говорила, – тихо напомнила подружке школьница.

Ната остановилась, недовольно подбоченилась, обернулась посмотреть, насколько отстала продолжавшая балаболить по сотовому Ленка. Убедившись, что телефонная болтунья всё ещё далеко, модница назидательно уставилась на тихоню.

– Чего? – не поняла та.

– После размолвки тебя клинит на Сэро, моя хорошая! Сэро – то, Сэро – сё… Если уж решила порвать с ним, так рви и не вспоминай!

– При чём здесь…

– При том, что кроме него есть и другие мальчики! Пора бы обратить на них своё драгоценное внимание, куколка неприступная! – хитро улыбнувшись, Наталья заговорщицки подмигнула.

– Если ты о Паше, то…

– Забудь об Овчинникове. Он уже занят.

Поспелова непонимающе уставилась на подругу.

– Да ну ладно, Люба?!.. Какая же ты невнимательная!.. Я имею в виду Имира.

У тихони от услышанного глаза вылезли из орбит.

– С ума сошла?!.. Смерти моей хочешь?!

– Ой, ну не надо ля-ля! – закатила очи к небу Ната.

– Бред сивой кобылы… Я бы заметила!

– Заметила бы она, ха! Да ты даже и не пыталась, потому что дальше носа своего не видишь! Неужели ты настолько близорукая, Люба?!.. Ты же ему нравишься! – Девушка наклонилась к шокированной сверстнице, неверяще мотавшей головой, и шаловливо пропела: – Не просто нравишься, лапуля! Имир в тебя влю-блё-о-о-о-о-н!

– Херня! С чего вдруг?! – оборвала её она. – Он занят учёбой, а девушками, вообще-то, не интересуется!

– Делает вид, что не интересуется, – усмехнулась подружка. – Этот заносчивый красавчик умеет держать себя в руках. К чему такая броня, не знаю, но, как говорится, и на старуху бывает проруха… Дай ему шанс, Люба! Просто улыбнись, пойди навстречу – и сама всё увидишь. Не веришь? Зря! Я не вру. Могу доказать…

– Что доказать ты хочешь? – вклинилась в беседу неожиданно подошедшая Лена, не дав Наталье договорить. – Вы о чём?

Приятельницы переглянулись, мгновенно поняв друг друга: если продолжить обсуждать Имира при Ленке, то хлопот потом не оберёшься. Знает Ленка – знают все.

– Я говорила Натке, что недавно видела Саню Конохина, – перевела разговор Люба.

– Тю, тоже мне, новость! – беспечно фыркнула пассия Коробкина. – Каждый день на него пялюсь – придурень в моём классе учится! Дениска и Пахан с ним до сих пор не разговаривают после консервного.

– Вот как? – удивилась тихоня. – Мы с ним поболтали немного…

– Чего хотел?

Девчонки выровнялись в одну линию и продолжили неспешно прогуливаться вдоль Набережной.

– Да ничего. Спрашивал про ребят, про близнецов. Приглашал в гости. Приветливый такой!

– Лапшу с ушей сними! – посоветовала Ната. – Его из компании в декабре попёрли, вот Санёк в товарищи и мылится, чтобы через тебя назад в тусовку войти. Только у него ничего не выйдет.

– Почему?

Ната, усмехнувшись с наивности тихони, обняла ту за плечи и наклонилась к её ушку:

– Потому что Ибрагимов Имир не прощает косяков.

– Не прощает, подтверждаю! – поддакнула Ленка, попутно пялясь в крошечный серый экран. – Этот лютый волчара держит в ежовых рукавицах всю пацанскую компашку!

– Малейшая ошибка – и назад в тусовку не попадёшь, – продолжила Ната. – Так что у обосравшегося на консервном бухаря Конохина нет шансов. Ни-ка-ких!

– Фигня собачья! – поморщилась Поспелова. – Ничего подобного за Имиром не замечала… Я в это не верю.

– Можешь и не верить. Но последнее слово в тусовке всегда остаётся за ним.

– Откуда ты это взяла?

– Справки навела, пока ты глазами хлопала, – отшутилась Наталья. Внимательная девушка запомнила, как зимним вечером в парке отличник поменялся в лице, едва она выдала, что у Паши с Любой наклёвываются отнюдь не приятельские отношения. Свет уличного фонаря освещал брюнета полностью, поэтому от рыжей не утаилась краткосрочная тень душевной муки, что пробежала по лицу юноши от услышанного. Наташа быстро смекнула, что к чему. Открыла, что у цыгана есть болевая зона, но тыкать туда палкой не собиралась во имя собственной безопасности. Ей достаточно было знать, что Ибрагимов Имир не такой уж бесчувственный да непробиваемый, – и это знание кокетку очень даже грело.

***

Тем не менее Поспелова, привыкнув не доверять никому, приятельнице на слово не поверила. То, что поведала Ната про чувства второго Ибрагимова, десятиклассница решительно считала совершенно невозможным.

«Выдумки! Сказки для простачков», – отмахивалась от услышанного встревоженная девушка, в одиночестве топая домой после уроков. Апрельское солнце ласкало кожу, тёплый ветер обдувал вспотевшее тело, приподнимал полы полушерстяной юбки-клёш, которую Сэро купил ей в подарок на одном из краснодарских базаров.

Сама мысль хотя бы попробовать робко вступить на скользкий путь заигрываний с гордым неприступным отличником вводила тихоню в коматозное состояние. Девочка даже боялась представить, как в перспективе брюнет отреагирует на нарушение границ с её стороны: выскребать ошмётки и так низкой самооценки из-под плинтуса ей совсем не улыбалось.

Тихоня проанализировала все случившиеся контакты с Имиром: беседы, общие посиделки, совместные походы домой, просто обмены взглядами – и нигде не смогла найти даже намёка на малейший интерес к собственной персоне. Имир был с ней всегда сдержан, приветлив, уважителен, предельно тактичен и в меру откровенен – но не более. Подобным образом парень держался со всеми девушками, так что ни о каком особом отношении речи идти не могло.

«Ната, как втрескалась в Коробкина, последние мозги растеряла! – злилась Люба. – И чего её понесло?!.. Имир никогда повода не давал даже мельком подозревать, что имеет на меня виды. Может, Денис сказал Нате, что я разболтала ему её секреты, и тогда звезда решила отомстить? Похоже больше всего на правду… «Дай ему шанс!», ага! Совсем я, что ли, ополоумела?!.. И не подумаю! Чур меня, чур! Сэро за такую выходку по отношению к родному брату меня с гавном сожрёт и не подавится».

Позади раздались мягкие поспешные шаги. Кто-то обхватил тоненькую фигуру девочки, приподнял над землёй да крепко прижал к себе, с наслаждением вдыхая запах её кожи. Люба от неожиданности резко обернулась и обнаружила Тимофея.

– Бог мой! Ты чего творишь?!..

– Испугалась? – обрадовался довольный одноклассник. – Вкусно пахнешь, Поспелова! Так бы всю жизнь и нюхал!

Девочка высвободилась из объятий Степанченко да в недоумении уставилась на него.

– Пьяный, что ли?!

– Ни капельки! Поговорить с тобой хотел. Расставить все точки над i.

– О чём?

– О тебе. И обо мне. О нас, короче.

Люба, нахмурившись, отвернулась и пошла прочь.

– Говорить тут не о чем.

– Не юли, Любаша! – поспорил самоуверенный пацан, схватив её за локоть. – Цыган к тебе не вернётся. Чувак, как ни крути, выбрал Виноградову!

– Тим, – вздохнув и закатив глаза, назидательно заговорила тихоня. – Ты кое-что напутал. Я, в отличие от Камиллы, на сердце Ибрагимова не претендовала.