Тень Сицилийского ястреба - Полина Каминская

— Дело в том, что тебе потом с этим жить.

Его слова ударили, как ледяная вода.

— Мы будем спать спокойно после всего, что сделали в этой жизни, — продолжил он. — Легко. Без кошмаров. Потому что давно привыкли. А ты? Ты сможешь спать, если узнаешь хотя бы каплю того, чем мы живём?

Владлена растерялась.

Она хотела возразить. Хотела сказать, что он не имеет права решать за неё. Что она уже не ребёнок. Что её собственная жизнь давно перестала быть нормальной.

Но где-то глубоко внутри понимала: он, возможно, прав.

— Я уже видела достаточно, чтобы не спать по ночам, — тихо сказала она. — Особенно когда вы вот так запираетесь в кабинете. Или уезжаете с Риком посреди ночи, ничего не объясняя. Я лежу в темноте и думаю… думаю о худшем. И чем дольше вы молчите, тем страшнее становятся мои догадки.

Маттео отвёл взгляд, будто её слова всё-таки задели его.

Но лишь на мгновение.

— Пока ты не знаешь правды, ты можешь сказать себе, что это просто фантазии, — произнёс он глухо. — Страх. Воображение. Ночные кошмары. Но если я скажу тебе, что происходит на самом деле, ты уже не сможешь сделать вид, что этого нет.

Он выпрямился, и воздух между ними словно стал плотнее.

— Это не игра, Влада. Нам нужно это сделать. И мы сделаем. Хочешь ты того или нет.

Она вздрогнула не от громкости — он говорил спокойно, — а от окончательности в его голосе.

Маттео кивнул на дверь.

— За стенами этого особняка люди несколько дней не спали, чтобы найти человека, чьё имя написано на этой папке. Они рисковали собой. Они ждут моего решения. А вместо того чтобы наконец со всем покончить, я стою здесь и объясняю тебе очевидное, как ребёнку.

Владлена резко вдохнула.

Эти слова должны были разозлить её. Должны были заставить вспыхнуть, ответить, хлопнуть дверью. Но Маттео произнёс их не с раздражением и не со злостью. В его голосе слышалась усталость. Тяжёлая, вымотанная, почти человеческая.

И именно это лишило её возможности спорить.

Он провёл рукой по лицу и уже тише добавил:

— Поэтому, пожалуйста… не сейчас.

Владлена смотрела на него ещё несколько секунд. На напряжённые плечи. На сжатые пальцы. На лицо человека, который слишком давно перестал ждать прощения.

Ей хотелось остаться. Хотелось потребовать правду. Хотелось доказать, что она выдержит.

Но слова застряли в горле.

Она развернулась и вышла из кабинета.

Дверь закрылась за её спиной тихо, почти беззвучно. И всё же этот звук показался ей приговором.

Владлена

Владлена остановилась в коридоре, чувствуя, как по коже проходит холод. За этой дверью они продолжали свои грязные дела. Без неё. Ради неё. Или, может быть, прикрываясь её именем.

К вечеру подготовка была завершена. В холле собрались все: Маттео, Рик, Сильвия и Джулио — молчаливый мужчина в очках, специалист по техническому наблюдению. Владлена наблюдала за ними со второго этажа, сжимая перила. Она видела, как профессионально они распределяли роли. Это была слаженная машина уничтожения.

— Ты можешь остаться рядом со мной в машине, — вдруг сказал Маттео, глядя на Владлену снизу вверх. — Но из салона ты не выйдешь. Это компромисс, на который я иду только ради того, чтобы ты не сделала какую-нибудь глупость в мое отсутствие.

— Это уже лучше, чем сидеть запертой в комнате с Терезой, — пробормотала она, спускаясь.

Сильвия и Рик обменялись быстрыми взглядами.

— Они еще два дня так продержатся? — шепнула Сильвия.

— Если повезет, — отозвался Рик. — Если нет, этот дом развалится от их искр раньше, чем на нас нападут враги.

Владлена сидела на заднем сиденье, отвернувшись к окну, за которым мокрый город расплывался в длинные полосы света. Машина шла быстро, но плавно, будто Рик знал каждую трещину на дороге и заранее обходил её одним едва заметным движением руля.

Маттео уехал с Джулио в другой машине, и от этого внутри неприятно холодело. Не потому, что Владлена боялась остаться без него. Она давно уже запретила себе эту мысль. Просто рядом с Маттео даже опасность казалась чем-то очерченным, понятным. Без него всё снова превращалось в туман.

Сильвия сидела рядом, безупречная и прямая, как лезвие. От неё пахло дорогими духами и чем-то металлическим — может, оружием, а может, просто характером. Она даже не смотрела на Владлену, когда заговорила с Риком по-итальянски.

Сначала Владлена решила, что это случайность. Потом — что демонстрация.

Сильвия говорила мягко, почти лениво, но в этой мягкости чувствовался яд. Рик отвечал коротко. Сухо. Его пальцы на руле сжались чуть сильнее, когда она произнесла имя Маттео.

Владлена не знала итальянского. Не по-настоящему. Но за последние дни ей пришлось услышать достаточно, чтобы выцеплять отдельные слова, интонации, смыслы между паузами.

Маттео.

Проблема.

Слабость.

Она медленно перевела взгляд на отражение Рика в зеркале. Он как раз смотрел на неё. Встретившись с её глазами, тут же отвёл взгляд, будто его поймали на чём-то недопустимом.

Сильвия усмехнулась и сказала ещё что-то. На этот раз тише.

Владлена уловила только обрывок:

— …Якорь.

Якорь.

Слово врезалось неожиданно чётко.

Владлена не шелохнулась. Даже дыхание выровняла, продолжая смотреть в окно так, словно ночные витрины интересовали её куда больше разговора в машине.

Но внутри что-то неприятно сжалось.

Якорь.

Та, кто тянет вниз. Та, из-за кого Маттео не может думать холодно. Работать нормально. Принимать решения без лишнего риска.

Сильвия не сказала это прямо ей в лицо, но, возможно, именно поэтому было обиднее.

Рик резко выдохнул через нос.

— Довольно, Сильвия — произнёс он тихо.

В машине на секунду стало так тихо, что Владлена услышала, как шины шуршат по мокрому асфальту.

Сильвия повернула к нему голову.

— Это ещё почему? — в её голосе скользнул вызов.

Рик не повысил тона. Даже не посмотрел на неё. Но от его спокойствия стало холоднее.

— Я сказал: хватит.

Он перешёл на русский нарочито ровно, будто разговор внезапно перестал быть личным. Будто Владлена действительно ни при чём. Будто он просто устал от шума в салоне.

Сильвия прищурилась.

— Ты стал слишком мягким, Рик.

— Нет, — он улыбнулся одним уголком губ, но улыбка вышла злой. — Просто я не люблю, когда в машине говорят глупости.

Владлена почувствовала, как Сильвия посмотрела на неё. Острый, оценивающий взгляд скользнул по лицу, по рукам,