Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

– Мы долго будем ждать? – не унимается Лили.

– Извини, Феликс, – выдавливает из себя Пиппа, оценив ситуацию.

– То-то же. Это называется уважение. А теперь вон отсюда, обе!

Когда дверь захлопывается с жутким треском, Лили кивает вслед девчонкам и поворачивается ко мне.

– Это к слову об опасностях и «милой», – говорит она. – Ты меня мало знаешь, Феликс Ниббс.

– Отчитать подростков и справиться с вооруженными мачете ямайцами – разный уровень опасности.

– Ладно, – на удивление легко соглашается она. – Потом вернемся к этой теме.

– Только не делай ничего опасного, – тут же предупреждаю я.

– Не буду.

– Лили, пообещай.

Она искренне, открыто улыбается и прикладывает ладонь к сердцу.

– Буду держаться подальше от опасностей, – отвечает Лили.

В сладком голосе сквозит подвох, но мне пока достаточно и этого обещания. По крайней мере, если она попробует доказать свою храбрость в моем присутствии, у меня будет возможность ее защитить. И на чужую территорию мы точно не сунемся, а значит, можно не бояться, что она нахамит ямайцам.

По крайней мере, я очень надеюсь на это.

– Автомойка, – описываю рукой большое помещение я. – Вот тут есть скрытая дверь, видишь?

Я веду Лили за фальшстену, которую поставили здесь первой.

– Аккуратнее, мы еще не заменили пол, так что не провались.

Комната, которая задумана для наших собраний, получилась большой, хоть и довольно узкой, зато длинной, человек десять поместятся без проблем. Мы уже притащили сюда старый диван из дома Маккормака, осталось только добавить пару кресел и столов, стулья и сейф для денег.

– Здесь бухгалтерия, хранение и место для встреч, – объясняю я. – И у тебя тоже будет ключ, на всякий случай. Мне в этом здании очень пригодится надежный человек.

– Если вы не возьмете меня в банду, зачем мне здесь быть? – все еще немного обиженно спрашивает Лили.

– Не торопи события, – прошу я. – Запомнила, где дверь?

– Да. Там даже есть еще одна, не скрытая.

– Отлично, нам туда.

Мне нравится это чувство – показывать Лили то, что мы успели сделать. Здание досталось нам по бросовой цене, потому что слишком долго простояло пустующим, и как только мы сюда приехали, никакое другое смотреть уже не хотелось.

Идеально зонированное, с этими своими кирпичными стенами, оно одновременно стало якорем, благодаря которому мы сможем оставаться приземленными, и парусом, который хочется расправить навстречу приключениям.

А главное – это может стать нашим специальным местом с Лили.

Я веду ее в последнее помещение.

– Вот, смотри. Здесь раньше был кабинет, поэтому химикатами почти не пахнет. И вот там – отдельный вход, как и в закусочной.

– Но это помещение меньше.

– Да, но нам и не нужно много места.

Я обнимаю ее за плечи и разворачиваю к двери.

– Представь: вот здесь стеллажи, с этой стороны – тоже. Вот сюда поставим стойку, такую вертикальную и крутящуюся, а на это место прилавок. Представила?

– Ты не сказал, чем будете торговать. Это же магазин?

– Не мы, Лили. Ты. Это твой музыкальный магазин.

Украдкой скосив глаза на ее лицо, вижу, как вспыхивают румянцем бледные щеки. Лили застывает, еще раз оглядывает помещение и – готов поклясться – видит его в совсем новом свете.

– Ты шутишь? – тихо спрашивает она.

– Нет. Мы, правда, с Кемалом еще спорим, стоит ли здесь торговать контрафактом… Но думаю, я договорюсь, чтобы нас прикрыли.

– Феликс! – поворачивается ко мне Лили. – Я не… Еще раз скажи, что ты не шутишь.

– Не шучу, – успокаиваю ее я. – И если компьютер был подарком, то… это скорее деловое предложение.

– Я смогу уволиться из центра?

– Конечно. Только сначала лучше бы перетащить твоих клиентов сюда. Пару недель мы будем ремонтироваться, за это время предупреди тех, кто к тебе ходит, что открывается новый магазин.

Лили опасно молчит, глядя мне в глаза, и я даже побаиваюсь, что она снова расплачется, но вместо этого моя девочка крепко обнимает меня и сама тянется за поцелуем.

– Спасибо тебе, – шепчет она мне в губы.

– Пока не за что.

– Есть за что. Спасибо, что ты есть в моей жизни. Когда ты пришел, в ней забрезжил хоть какой-то свет.

– Лили, – выдыхаю я, чувствуя, что теперь слезы подступают уже к моим глазам. – Я сделаю все, чтобы у тебя было прекрасное будущее. Абсолютно все.

Глава 22

Лили

Коттингли Хайтс, 17-й этаж

Бабушка до сих пор не вернулась с работы, так что на свою я собираюсь в полном одиночестве. Компанию мне составляет только голос Ширли Мэнсон, который помогает настроиться на весь день. Мне в последнее время нравится чуть подкручивать волосы, чтобы было видно высветленные пряди, а для вечернего свидания нужно заранее добавить немного макияжа и сразу продумать, что надеть.

За все время работы в центре сегодня у меня было самое приятное пробуждение: осталась пара недель. Больше никакого Кирри, идиотов, переворачивающих стеллажи вверх дном, а главное – никакой группы Aqua. Еще одно предложение барби-девочки сделать с ней что угодно, и меня вырвет.

Я почти не спала этой ночью, представляя, как будет выглядеть мой магазин. Придумывала варианты расстановки товара, декор, концепты. Не думаю, что хоть раз с момента переезда чувствовала себя настолько счастливой.

Конечно, в каждой картинке, возникавшей в моей голове, присутствовал и Феликс. Без него все это просто невозможно.

Мне повезло? Как я умудрилась заполучить такого парня? Сначала он подарил мне компьютер, который я, не выдержав, включила ночью. Операционная система там уже установлена, что сэкономило мне несколько часов жизни, которые я потратила не очень рационально: тупо пялилась в яркий экран, пытаясь снова не расплакаться.

Но как будто этого было мало, Феликс дал мне место в своем бизнесе. И в это сложно поверить, ведь даже в самых смелых мечтах я ни разу не представляла такой возможности.

Вчера он проводил меня до двери, поцеловал и впервые опустил руки вниз, к моим бедрам. Это почти не вызвало паники – хороший знак. Мне нужно научиться жить в новом мире без постоянных воспоминаний о Доне, и Феликс пока очень хорошо заменяет их собой. Жаль, что не до конца.

Написать хоть что-то из кода вчера не получилось. Сложно даже смотреть на паскаль, в голове снова появляется чужой голос, который никак не хочет уходить. Боюсь думать, что он никогда до конца не исчезнет, и это будет значить, что моя жизнь отравлена до самого основания. Феликс такого не заслужил.

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть: почему так рано? Бабушка просто открыла бы ее своим ключом, а больше я никого