Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

подойти никто не решается. Меня преследует ощущение, что Бистон наконец-то становится безопаснее и чище. Еще лет пять назад тут не стоило даже появляться в такое время, если не хочешь напороться на нож.

Хотя теперь я сам – тот самый парень с ножом. Может, Бистон становится безопаснее только для меня?

Вместе поднимаемся в лифте, девочки прощаются, договариваясь завтра встретиться в городе, и мы с Лили выходим на семнадцатом, пока Люси отправляется выше.

– Ты о чем-то переживаешь, – говорит Лили, когда мы останавливаемся у ее двери.

– Нет, – зачем-то вру я. – Просто… разные мысли.

– Зайдешь?

На секунду я даже сомневаюсь, что это говорит Лили, а не просто мое сознание принимает желаемое за действительное. Но она кладет ладонь мне на грудь, поднимает огромные нежные глаза и повторяет:

– Зайдешь?

– Миссис Хармон не будет рада.

– Она в больнице до утра.

– Лили…

Я не уверен, что говорит в ней: настоящее желание или алкоголь. Но когда пальцы сжимаются на моей футболке, отказаться становится невозможно.

– Хорошо, – соглашаюсь я.

Сердце моментально набирает скорость, как гоночный болид, а кровь стучит в ушах. Черт, даже драка не заставляет его сходить с ума настолько, а тут… Лили заводит меня в квартиру за руку, и я невольно скольжу взглядом по точеной фигуре и этому соблазнительному изгибу бедер.

Мы начинаем целоваться еще в гостиной, где с моих плеч, повинуясь движению тонких рук, спадает куртка. Я забываю о ней моментально: Лили забирается пальцами мне под футболку и щекотно пробегается по коже.

С каждой минутой все сложнее держать себя в руках: хочется быстрее избавиться от одежды и ощутить мягкость белоснежной кожи. Увидеть, какой будет Лили, когда не сможет прятаться за плотными джинсами и черной футболкой с очередной музыкальной бандой. Не хочу превращаться в животное, но оно отчаянно рвется наружу, требуя прекратить медленную пытку поцелуями и нежными ласками.

Как только мои пальцы забираются под футболку – аккуратно, чтобы не напугать напором, – мышцы под тонкой кожей Лили напрягаются в ответ на прикосновение, а ее собственные движения немного замедляются. Одновременно с тем, как я хочу убедиться, что с ней все в порядке, ничего не могу с собой поделать, и руки упрямо тащат края футболки наверх.

Лили поднимает руки, помогая себя раздевать. Боже, как же она красива… Я делаю несколько шагов назад, упираясь спиной в дверь ее спальни. Тонкий лифчик не скрывает почти ничего: я вижу округлую грудь, которая отчетливо выдает возбуждение Лили, но она не единственное, что в этой девушке идеально.

Косточки ключиц, хрупкие острые плечи и линия талии, которая сужается, привлекая взгляд к мягкому нежному животу. Я затыкаю инстинкты и специально задерживаюсь, чтобы рассмотреть каждую впадинку на этом теле. Лили удивительно прекрасна в тусклом желтом свете лампы, и от того, как она краснеет, когда по коже скользит мой взгляд, становится еще невероятнее.

– Иди ко мне, – наконец говорю я и маню ее пальцем.

Лили делает пару робких шагов, но я встречаю ее на полпути и подхватываю на руки, давая обхватить себя ногами. Мы снова тонем в долгом глубоком поцелуе, который с каждой секундой становится все более страстным танцем.

Поверить не могу, что она моя. Такая красивая, женственная, тонкая, и вся – от копны каштановых волос со светлыми прядями до нежных маленьких ступней – моя. Я нащупываю ручку двери не глядя, и через еще несколько шагов мы оказываемся в спальне.

Узкая кровать проседает под нашими телами, но я едва замечаю этот скрип: все мое внимание приковано к Лили. Зубами я отодвигаю край кружевной ткани, завоевывая доступ к груди, которая так и требует ласки. В то же время чужие пальцы настойчиво стягивают с меня футболку, и приходится прерваться на то, чтобы раздеться.

Та летит на пол, и к ней присоединяются мои джинсы, которые я снимаю бездумно и быстро: не хочу, чтобы мне хоть что-то мешало наслаждаться моей Лили.

Теперь она не пугается так, как в прошлый раз: я вижу, что ей нравится, когда мои губы касаются нежных и чувствительных мест на ее теле. Подается вперед, заставляя продлить ласку, а сама зарывается пальцами в мои волосы и царапает кожу короткими ногтями, посылая по телу приятные мурашки.

Негнущимися пальцами я расстегиваю на Лили джинсы и на секунду останавливаюсь, поднимаю взгляд – проверить, все ли в порядке. В тот же миг на мои пальцы ложатся ее, помогая закончить дело.

Ее ноги… Как получилось это произведение искусства? Они длинные, с соблазнительными ямочками на бедрах, будто созданными для поцелуев. Я мгновенно прижимаюсь к ним губами и получаю в награду тихий вздох. Собрав последние остатки терпения, которого никогда не было много, я запрещаю себе торопиться и ласково пробегаюсь пальцами от ступней до выпирающей косточки на бедре.

– Ты самая красивая, – говорю я.

Вернувшись губами к ее груди, я чувствую, как Лили тоже начинает гореть от возбуждения. С ее губ срывается нежный стон. Она тянется к моей шее, потом ниже, к плечам, и выгибается навстречу моему языку. Мозг отключается, и кажется, что если я не окажусь в ней, то точно сойду с ума.

Надеясь хоть немного прийти в себя, я снова поднимаюсь к губам Лили за поцелуем. Сам только не замечаю, как взбираюсь поверх и нависаю над ней, оказавшись между восхитительных ног.

Не думаю, что хотел кого-то еще так сильно. Лили пьянит меня, от ее запаха возбуждение приходит моментально. А когда она сама прерывает поцелуй, чтобы провести языком по моей шее и потом прикусить мочку уха… Мир расплывается перед глазами.

– Боже, как же долго я этого ждал, – вырывается у меня.

– Да, я знаю, – почему-то отвечает Лили.

Это… странно.

Я останавливаюсь, приподнимаюсь над ней на руках и заглядываю в глаза, но не могу ничего понять в тусклом свете.

– Лили, все в порядке?

– Д-да, конечно, – деревянно говорит она. – Я просто… поняла, что ты этого ждешь.

Что-то очень сильно не так. И хоть все внутри меня рычит и горит, требуя продолжения, я должен остановиться.

– Феликс? – В голосе Лили сквозит тревога.

Я заставляю себя подняться, сознание борется с телом за право контроля и оказывается сильнее. Даже если у меня лопнут яйца, никогда в жизни я не смогу позволить себе переспать с девушкой, которая на самом деле этого не хочет.

– Так, – пытаюсь сообразить, как теперь поступить, я, – так, так, так. Ты позвала меня сегодня, потому что подумала, что я хочу с тобой переспать?

– Когда ты так говоришь, звучит… плохо, – неловко отвечает