Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

– Представляю, – соглашаюсь я. – Только не знаю, как нам быть дальше, если ты мне не расскажешь, что произошло.

– Я не против секса, – отвечает Лили. – Понимаю, он тебе нужен. И после всего, что ты сделал, я не могу… не предложить.

– Что ты несешь? – говорю я прежде, чем успеваю обдумать свои слова.

Черт, не хватало только ее обидеть.

– Ты делаешь дорогие подарки. Как еще мне тебе ответить?

– Никак. Я делаю подарки не для того, чтобы что-то потом требовать взамен. Лили, это не так работает, и ты точно ничего мне не должна.

– Ты купил дорогой компьютер.

– Нет, так не пойдет, иди сюда.

Я беру Лили за плечи и притягиваю к себе, чтобы она могла чувствовать тепло моего тела. Она дрожит и успокаивается только тогда, когда мои руки смыкаются вокруг нее. Моя бедная девочка, сколько же говна положили ей в голову, что теперь она чувствует себя обязанной за какую-то железку?

Не только хер. Язык этому любителю обмена я бы тоже отрезал.

– Я купил тебе компьютер не потому, что хочу с тобой спать. Я купил тебе компьютер и хочу с тобой спать, это две разные вещи, и никакой связи между ними нет. Подарки делают не ради чего-то, а потому что хочется. Мне захотелось, чтобы после школы ты не потеряла возможность заниматься любимым делом.

– Но тогда…

– Тогда у нас остается вопрос: если ты мне ничем не обязана, я тебе вообще нравлюсь?

– Конечно! – задыхается от возмущения Лили.

– И когда я тебя целую, что ты чувствуешь?

Ответа нет. Я невольно вздыхаю: вести разговор очень сложно. Но разве можно оставить Лили один на один с этими демонами в голове? Еще надумает черт пойми что. И потом, как я вообще смогу раздеваться, если буду знать, что она не хочет со мной спать, а просто соглашается на это?

Раньше мне казалось, что Лили не готова. Но надо было сразу спросить: чувствовал же, что там не все в порядке.

– Мне нравится, когда ты меня целуешь, – наконец признается она.

– Уже что-то. Представляешь, как бы мы были вместе, если бы тебе и это не нравилось?

– Феликс!

– Лили, – ласково отвечаю я и добираюсь губами до ее щеки. – Как звали твоего учителя?

– Дон…

– И тебе не нравилось спать с Доном?

– Нет, – тихо выдыхает она. – Часто я просто ждала, когда все закончится.

– И ты боишься, что у нас тоже так будет?

Лили снова затихает. Я глажу ее по волосам, а потом опускаю руку вниз, к животу, и оставляю ее там. Может, так она быстрее привыкнет ко мне?

Черт, когда мы разговариваем, дурачимся или просто целуемся, она выглядит такой естественной. А сейчас будто боится меня, и это ощущается ужасно. Я даже начинаю перебирать в голове, может, что-то не так сделал или сказал?

– Не знаю, – отвечает Лили. – Может, мне вообще не нравится? Может, это я какая-то не такая?

– Он заставлял тебя делать неприятные вещи?

– Дон никогда не заставлял. Он… уговаривал. Рассказывал, что мужчинам нравится и как это важно. Я уже знаю, для вас секс – такая же необходимость, как воздух или еда.

– Чушь.

– Что?

– Это правда важная и приятная штука, – объясняю я. – Но с воздухом и едой не сравнится. Я не умру, если у меня не будет секса.

– И еще вам нужны некоторые ласки, которые мне… неприятны.

– Мне точно не нужны ласки, которые тебе неприятны. Переживу.

– Ты же не знаешь какие.

– Плевать.

– Но Дон говорил, это самые классные.

Начинаю подозревать, что ее учитель не только уебок, но еще и пиздобол. Не припомню, чтобы хоть одну из моих девушек приходилось уговаривать или даже просить.

– Чушь. Вся суть секса в том, чтобы оба получали удовольствие. А я не смогу его получить, если буду знать, что тебе неприятно, ведь все оно вот здесь. – Я тычу пальцем Лили в висок. – Я сегодня чуть с ума не сошел, когда поцеловал тебя вот сюда.

Опускаю руку к ее ямочке на бедре и аккуратно сжимаю нежную кожу.

– Тебе было приятно?

– Да, – с сомнением говорит Лили.

– Значит, есть что-то, что нравится нам обоим. Вот так и работает. Когда всем в кайф, все получается.

– Ну а когда тебе понадобится, чтобы я поцеловала тебя… там?

Я представляю ее губы у себя на члене и на секунду зависаю с ответом. Обезьянка в кроссовках.

– Если сама не захочешь, мне не понадобится.

– Но тогда тебе будет сложнее… кончить.

– Не думаю, – еле сдерживая смех, отвечаю я. – Если мы говорим честно, я больше боюсь, что будет наоборот.

Лили даже не понимает шутку, от которой меня самого мелко трясет. Она с сомнением мычит, давая мне успокаивающе гладить ее по бедру. Господи, это не кожа, а настоящий шелк. Она такая мягкая и нежная, что еще немного, и ко мне вернется прежнее состояние.

– Неужели он настолько врал? – спрашивает Лили в пустоту.

– Вообще парни разные. И никто не имеет права утверждать за всех мужчин, что мы не можем кончить без чужих губ у себя на члене.

– На члене? – переспрашивает она.

Стоп. Нет-нет-нет, только не… Стоп, а какое «там» она имела в виду?

Да твою же мать, что там было за чудовище?!

– Лили, – серьезно произношу я. – Прости, пожалуйста, но я должен спросить. Что именно Дон заст… уговаривал тебя делать?

– Феликс, – жалобно вздыхает она.

– Не хочешь говорить – покажи.

Лили выбирается из моих рук, и я даже встаю, чтобы стать манекеном, как в кабинете психолога. «Покажи на кукле, где дядя тебя трогал». Шутка сама по себе смешная, но мне совсем не до смеха. Вообще страшно осознавать, что с моей девушкой творили… извращения.

И кто! Человек, который должен был стать ее ментором! Помочь достичь своего светлого будущего!

Дона нужно наказать. Я принимаю это решение легко и просто, прямо тогда, когда встаю перед кроватью, чуть раздвинув ноги и расставив руки в стороны.

– Это глупо, Феликс.

– Зато сразу договоримся, что именно ты никогда не будешь должна делать. Вообще. В жизни.

– Ты точно не…

– А потом узнаем, где мне не нужно тебя трогать, – предлагаю я. – Так что смелее.

Она поднимается тоже и протягивает руку к ширинке моих джинс. Если не член, то что? Яйца? Вот же мерзкий тип!

– Не думай, что я глупая.

– Ты сдала экзамены в старшей школе и умеешь обращаться с компьютером, Лили, – уже даже с раздражением отвечаю я. – Для меня и всех моих друзей ты гений.

Ее пальцы скользят