Огненные сердца. Все, что осталось от нас - Кира Сорока

именно так Алина показывает, что я могу ей доверять. Вместо тысячи слов – нежное, чувственное прикосновение… Я впитываю эти ощущения, пьянея от них, и немного расслабляюсь.

– Ты потрясающе выглядишь, – наконец выдаю что-то вменяемое.

– Спасибо. – Она задирает голову, ее глаза улыбаются. – Ты тоже.

Ловлю ее губы своими. К черту помаду.

Минут через пять Алина пересаживается обратно и пристегивается. Я неохотно жму на газ. Даже чертовы пробки сегодня не на моей стороне, потому что их нет.

Паркуюсь возле входа в «Минор». Самый обычный ресторан, я ожидал чего-то более шикарного. Правда, на входе два амбала-охранника. Это меня радует.

– Егор, – шепчет Алина, повернувшись ко мне. – Роберт сказал, что я должна прийти одна, – еще сильнее садится ее голос. – Мне очень жаль, что я иду без тебя.

– Все нормально. – Я сжимаю ее пальчики. Вновь растягиваю на губах неживую улыбку. – Будь осторожна. И позвони, когда будешь готова уехать. Я тут же примчусь.

– Надеюсь, это будет не слишком долго. Ладно, я пошла…

Еще один короткий, но запоминающийся поцелуй, и мне приходится ее отпустить. Алина медленно, словно нехотя выбирается из машины. Не моргая смотрю, как моя красивая девочка проходит мимо охраны. На входе ее встречает тот тип – Роберт. Сквозь панорамные окна вижу, как он помогает ей снять куртку и уводит, приобняв за талию.

41

Алина

– О-о… Вот это видок! – расплывается в улыбке Рома. – Я тебя прямо не узнаю! Шикардос!

Хорошо, что он здесь. С ним мне немного спокойнее.

– Ты тоже ничего, – усмехаюсь я.

– О да! – Он деловито одергивает пиджак.

У стены накрыт шведский стол, тут и там стоят диванчики и стулья, но многочисленная яркая публика в основном перемещается по залу, приветствуя друг друга, общаясь, смеясь. Очевидно, что присутствующие не первый год знакомы.

Мои будущие работодатели еще не подходили ко мне, но я видела их в зале. Тот, что постарше, – Морозов Игорь Павлович – просто скользнул по мне внимательным оценивающим взглядом, а Светлов Тимур Дмитриевич подмигнул и расплылся в улыбке. Потом сказал одними губами, что скоро меня найдет. Ни с тем, ни с другим мне общаться не хочется. Мне неуютно в их компании. Особенно если рядом нет Роберта.

– Динка мне всю плешь проела с этим банкетом, – жалуется Рома, делая селфи. – Отчеты ей шлю каждые десять минут.

– Зачем? – прыскаю я от смеха.

– Чтобы доказать, что не зажигаю тут ни с кем, – кривится он. – Дурочка… Не понимает, что я и не вижу никого, кроме нее.

Рома так нежно это произносит, что я проникаюсь к нему еще больше.

– Как думаешь, ревность – это плохо? – решаюсь спросить.

– Хрен знает, – небрежно дергает он плечами. – Вроде как это остро поднимает вопрос доверия. Дина ревнует – значит, не доверяет. А я ей повода ни разу не давал.

А вот я давала. Егор не доверяет мне из-за Тимофея.

– Но наш случай особенный, – продолжает Ромчик, и на его губах расцветает хитрая улыбка. – Ревность – это удел девушек, у которых парни модели. Ну, короче, я очень красивый, вот она и ревнует.

Что? Не сдержавшись, начинаю хохотать. Ну и Рома! Понимаю его Динку. Невозможный тип! Но очень классный.

Он тоже смеется, довольный своей шуткой.

– Ой, все, – внезапно пихает он меня в бок. – К нам босс идет.

Я прослеживаю за его взглядом. К нам действительно шагает Роберт. Точнее, ко мне.

– Алина, ты так и собираешься весь вечер провести в углу? – сразу же начинает поучать он. – Не прячься. Покажи себя, пообщайся с людьми. О тебе уже шепчутся. Тебя заметили. На подобных встречах обрастают связями. Не получится с «Lunaviere» – наверняка появится возможность сотрудничать с другой компанией.

– Кто сказал, что не получится? – раздается голос у меня за спиной.

К нам подходит Морозов.

– Да это я так, – усмехается Роберт. – Пытаюсь Алину взбодрить.

– Я сам. – Морозов весьма скабрезно улыбается мне и подставляет локоть. – Пойдем, познакомлю тебя со всеми.

А мне так не хочется…

Рома слегка подталкивает меня в спину, и я нерешительно беру Морозова под руку. Мы неторопливо двигаемся по залу. Официант предлагает мне бокал с игристым вином, но я отказываюсь от напитка. Никого здесь не волнует, что мне семнадцать.

Отрешенным взглядом смотрю по сторонам, а Морозов тем временем наглаживает мою кисть своей мягкой ладонью.

Стоп! Мне это совсем-совсем не нравится!

Когда мы подходим к какой-то компании, я решительно отодвигаюсь от него и забираю руку. Нахмурившись, Морозов сухо знакомит меня с моделью Аленой и директором фирмы, лицом которой является эта девушка. Тут же стоит главный редактор какого-то журнала высокой моды. И еще кто-то. Очень много разных лиц и имен.

Потерянно и невнятно я здороваюсь со всеми. В горле пересыхает, ужасно хочется пить.

Второй учредитель, Светлов, в отличие от Морозова, не так деликатен – он не предлагает мне свой локоть, а сразу обнимает за талию и ведет к другой группе людей. Когда я пытаюсь высвободиться, его ладонь скользит по моей пояснице, и пальцы касаются голой кожи в вырезе на спине. Я останавливаюсь и решительно отстраняюсь от Светлова.

– Что случилось? – спрашивает он с искренним непониманием во взгляде.

– Я не уверена…

– В чем? – мягко улыбается он. – В том, что хочешь стать известной? Обеспеченной?

Ну а кто не хочет? Но какой ценой?

– Мне неуютно тут, – шепотом признаюсь я. – На меня так странно смотрят.

– Потому что ты необычная, – пожимает он плечами. – Твой тип лица сейчас в тренде. Люди завидуют тебе и восхищаются. Привыкай.

Вот если бы нечто подобное сказали о Юлиане, я бы поверила. Но обо мне… Ну не знаю…

– Хочешь передохнуть? – благожелательно уточняет Тимур Дмитриевич.

– Да, спасибо.

Мой взгляд устремляется в тот угол, где мы стояли с Ромой, но его там уже нет.

– Пойдем присядем. – Светлов отводит меня в сторону, сажает на стул, сам садится рядом и начинает деловым тоном: – Я скажу прямо. Мы не сработаемся, Алина, если ты будешь бояться публики.

Тут же цепляюсь за эту фразу и активно киваю:

– Не сработаемся, да.

– Хм… Это не то, что я хотел услышать. Сейчас ты должна сказать, что все в порядке, перевести дух, натянуть на лицо улыбку от уха до уха и провести время с пользой.

– А если я не хочу? – Я прямо смотрю ему в глаза.

Между нами появляется ощутимое напряжение.

– Не хочешь? – шокированно переспрашивает Светлов.

– Наверное, нет. Я… – обвожу взглядом зал ресторана, – я не думаю, что это все мое. Мне здесь не