Огненные сердца. Все, что осталось от нас - Кира Сорока

Задним бампером тараню морду припаркованного у кафе «Лексуса». Это ведь твоя тачка, тварь?

Из Ромы теперь сыплются только маты. Он вылетает из машины, чтобы посмотреть масштаб учиненной мной катастрофы. Но это еще цветочки. Серьезный экшен случится через несколько секунд.

Стянув пальто, я выхожу из тачки. Сжимаю кулаки. Мой взгляд не отрывается от окон кафе.

Тот урод встает из-за стола и спешит к выходу. Я бросаюсь к нему и хватаю за грудки, как только он выходит наружу. Швыряю его назад, и он, оступившись, падает и растягивается возле высокой урны. Самую малость не втыкается в нее головой. А жаль…

Сейчас внутри меня такой треш, что я наверняка могу убить.

Снова хватаю его за грудки, поднимаю. Успеваю отметить его офигевший взгляд, прежде чем замахиваюсь и бью со всей дури в челюсть.

– Егор!.. Господи… Не надо! – сквозь грохот пульса в ушах пробивается ее голос.

Я отвлекаюсь и выхватываю мощные удары в ребра и лицо. Трясу головой и вновь пру на этого Светлова. Удары у него мощные, но меня это не останавливает. Мое лицо быстро опухает, немеет, губа лопается. Плевать.

Мы яростно бьем друг друга. Мощным хуком ломаю ему нос. Взвизгнув, Светлов сжимает его рукой, сыплет проклятиями, угрозами… Я не разбираю слов. Повалив его, собираюсь добить ногами, уже мало что соображая.

– Так! Все! Все! – Меня кто-то таранит сбоку, обхватывает за плечи. – Ты сейчас столько проблем себе нажил! Твою ж мать, Егор! Все! Если он ее похитил, надо ментам звонить!

Ромчик. Сильный, гад. Вцепился в меня мертвой хваткой.

Я дергаюсь. Но он не отпускает. Оттащив от Светлова, он разворачивает меня на месте. Взгляд упирается в Алину. Она рыдает, закрыв ладошками лицо.

– Смотри, она в порядке! Она здесь! – шипит Рома и отпускает. – Не марайся об него. Лучше девочку обними свою.

Меня, как на шарнирах, разворачивает обратно к Светлову, который поднялся с асфальта и кому-то звонит. Я никак не могу перестроиться. Словно обязательно должен закончить начатое. Мое тело, разум и сердце не готовы оставлять такого ублюдка в живых. Он посмел забрать мое!

В меня что-то врезается спереди. Крепкая хватка на талии не дает сделать вдох. Алина… В моих объятиях. Прячет лицо на моей груди. Сотрясается от рыданий.

Я вжимаю ее в себя так, что наверняка причиняю боль. Но мне просто надо почувствовать, что я действительно ее нашел. Зарываюсь лицом в волосы и дышу, дышу, дышу… Стараюсь перебить ее ароматом запах собственной крови.

– Алин… – хриплю я. – Как?.. Как ты здесь оказалась?

Она медленно поднимает голову и с ужасом смотрит на меня. Тянется рукой к лицу, проводит пальчиком по скуле и начинает плакать сильнее.

– Больно?

Да. Нет. Я это переживу.

Почему она не отвечает на мой вопрос?

45

Алина

Я открываю рот и тут же его закрываю.

– Алин!.. – с надрывом произносит Егор.

В его глазах хаос. И боль.

– Он… – мои губы дрожат. – Он привез…

Взгляд скользит поверх плеча Егора. Светлов орет кому-то в трубку, я слышу обрывки фраз: «На меня напал какой-то отморозок!» и «Давай подъезжай сюда!».

Он не позвонил в полицию. Ну конечно, он туда не позвонил, он ведь не дурак.

Из его носа сочится кровь. Рома с брезгливым выражением на лице пытается оказать ему первую помощь, сбегав в кафе за салфетками. Вокруг нас уже собираются люди: просто прохожие, персонал и посетители кафе.

Нужно уезжать отсюда!

– Эй, мышка… Ну… Он привез, да… – Егор бережно берет мое лицо в ладони. Его пальцы подрагивают на моих щеках. – Что эта мразь тебе сделала? Он тебя чем-то опоил, да? Как ты оказалась тут?

Если я скажу правду, Егор просто убьет Светлова. Я не раз видела, как он теряет контроль в драке. И сейчас он очень близок к потере этого контроля. И даже жаждет перейти эту черту. Потому что слишком любит меня.

Это все из-за меня, черт возьми!

И раньше было всегда из-за меня.

Я не могу поступить с ним так снова.

– Алина, почему ты молчишь, а? Что он сделал? – звенит его голос. – Говори!

Я качаю головой, зажмуриваюсь и шепчу на одном дыхании:

– Ничего. Ничего не сделал. Просто предлагал работу.

Боже, мое сердце сейчас разобьется. Потому что Егор смотрит на меня в шокированном непонимании.

– Алин… – хрипнет его голос. Он сжимает руки и слегка встряхивает мою голову. – Ты что такое говоришь, малыш? Ты поехала с ним… добровольно?

– Да. И отказалась от этой работы. Ты… ты все неправильно понял.

По моим щекам бегут слезы. И, кажется, в глазах Егора тоже застывают слезы. Он отшатывается от меня. Отворачивается. Нервно проводит пальцами по волосам. Вновь резко поворачивается ко мне и, прижав кулак к губам, смотрит на меня отчаянным взглядом.

– Егор… – Я тяну к нему руки, но он делает шаг назад и рявкает:

– Быстро в машину села!

– Без тебя не пойду.

– Села. В машину. Твою мать!

Рома вдруг подталкивает меня сзади:

– Иди. Я здесь, с ним. Не переживай.

Я стою на месте, глядя Егору в глаза. А он смотрит на меня как на врага.

Не делай глупостей, умоляю! Да, Светлов поступил низко и подло, но… Нельзя же так! Мы могли в полицию обратиться, в конце концов! Все решить по закону.

Я пытаюсь сказать ему все это взглядом.

Егор отводит глаза.

Я ухожу к машине. Дверца распахнута, двигатель работает, на заднем бампере вмятина. А у машины Светлова разбит передний бампер.

Господи боже!

Я сажусь на переднее сиденье и, затаив дыхание, смотрю в окно.

Егор подходит к Светлову. Между ними сразу втискивается Рома. Я опускаю окно и слышу, как Гроз орет, что меня не интересует эта работа и чтобы Светлов засунул свои предложения себе в зад. А если он еще раз увидит его рожу рядом со мной, то вырвет ему хребет.

Светлов в долгу не остается. Угрожает. Обещает Егору, что тот ответит за сломанный нос. И они вновь почти сцепляются, но теперь не только Рома их удерживает, но еще двое каких-то крепких мужчин. Один из этих мужчин отводит Егора в сторону и что-то настойчиво ему говорит.

Работники кафе начинают разгонять собравшихся зевак и грозят полицией. Первым к своей машине срывается Светлов. Проходя мимо меня, он немного притормаживает и обжигает угрожающим взглядом.

Я негромко произношу:

– Тронете его – и я