Жена герцога-палача хочет развода - Мария Ливи

грузы лично, и знавался с парой-тройкой каперов, перебравшихся на службу его величества. Там было множество историй. Даже о мифических кракенах. В коих отец мало верил.

Помнились его слова: если упаду в бездну — то уж точно встречу. А так — в жизни не поверю.

Теперь там, на севере, осталась часть моей жизни. Другой. Которую, как оказалось, я создала заново из первого кирпичика под названием ненависть. А он оброс мхом, смягчился. Метафора, но приятная сердцу. Кому рассказать — скажет: такого не бывает. Просто нереально простить своего палача. А если тот меняется с каждой секундой рядом, если судьба подшутила, дав шанс? Дурацкий, аляпистый, но подарила — делай с ним что душе угодно, главное не утопи в этом самом непринятии новой действительности. Второго такого не будет. Это уж точно. Шутка не пройдет во второй раз.

«Север, замок, Мод. И впереди — неизвестность».

— Замёрзнешь. — На мои плечи накинули плащ с меховой оторочкой. Это был Магнус.

— Нет, просто...

— Что?

— Когда мы плыли на север, я искренне возненавидела каждую минуту, приближающую меня к этим берегам, — призналась я, и стало легче на душе. Единственное, что я скрывала перед мужем, — то, что уже жила тут раньше. Но Магнус и никто вокруг меня не узнают о перерождении.

— А что изменилось? Насколько я понял, ты никогда не бываешь в прекрасном расположении духа, Мэриэн. Это портит тебе всё настроение.

«Да он насмехается надо мной! Чёртов Магнус Торн!» — но я проглотила эту досадную издёвку мужа. — «Припомню. В свое время».

— Время и события… Не того я ожидала, когда приехала в Торнхаус. Но это уже не важно, — прошептала я.

Магнус без слов понял, что сейчас ничего внятного не вытянет, будь я связана и стой я на раскалённых углях — бесполезно.

Приобняв меня покрепче и чуть впившись ладонью в талию, которая вскоре раздастся, он тихо нашептал на ухо:

— Пойдём в каюту. Отдохнёшь, мы оба не спали этой ночью...

* * *

Каюта капитана оказалась просторной и уютной.

Ослен уступил её нам, торжественно вручив ключи Магнусу, а сам перебрался в маленькую каюту шкипера, который почему-то не отплыл вместе с нами, откланявшись и сказав, что всё будет «в лучшем виде, герцог Торн».

Я же не стала уточнять, что за «лучшие виды» скрываются под красивым словом. Обычно это грязь, о которой даже думать страшно.

Внутри каюта приятно пахла деревом и смолой. На столе одиноко стояла масляная лампа, освещая карты следования судов по морским путям.

Пройдясь по слегка покачивающемуся на волнах дереву, я рухнула на кровать, прибитую к полу, чтобы та средь поднявшегося шторма не летала из стороны в сторону, а стояла на месте, как и вся мебель, находящаяся тут. Кроме стульев.

— Магнус, — начала я, зная, что, если не спрошу, умру от любопытства. И потом, мне необходимо самой знать план действий, чтобы подстроиться под ожидание неизбежного и… принять всё как есть. Возможно, даже доказать нашему государю, если, конечно, тот уже решил мою судьбу и вообще судьбу всех Эшфордов до последнего живого колена… Доказать невиновность себя, отца и кузена. Ведь, если на то идёт всё дело, что я подозреваю — нам несдобровать. — Что нас ждет, как только мы сойдём на берег? Нас будут поджидать, схватят?

Его взгляд в полумраке было невозможно прочесть, но молчание о многом говорит.

Он не знает точно, действует по ситуации. Как и все мужчины. Стратеги — одно слово. Они с Блэйком будто в шахматы играют.

— Мэриэн. Тебя это волновать не должно, я…

— Нет! Ты априори не прав! — я была несдержанна. Да и кто тут вообще может промолчать? — Магнус, ты ночью поклялся верить мне, что бы про меня ни сказали. Встать на мою сторону, быть защитником. И я ношу твоего ребёнка, в отличие от леди Блэйк, если уж та действительно понесёт от конюха! Он может не выжить, ты сам-то уверен?

— Мне плевать, я найду способ.

— Какой?

68 ГЛАВА

— Какой?

Мой голос сорвался на крик, и я сама себя испугалась. А Магнус смотрел на меня — не отводя глаз и не моргая. Как та чертова сова атлантов, осталось голову вывернуть и в плечах расправить крылья.

Сейчас он — фигура, наскоро высеченная из камня, да так и оставшаяся вросшей в скалу. Скрывает эмоции...

— Мэриэн, в таких случаях, как этот. Да и в других — никогда не знаешь, что произойдет на пару-тройку шагов вперед. В войне, на поле боя — мы предполагаем события, а не видим. Если, конечно, у тебя нет своего человека возле Блэйка. У меня нет. Возможно, я и предполагал, что он не оставит свои попытки со сватовством... Кхм!.. С захватом моих месторождений за счет...

— Вивьен. Ты должен был жениться на ней, — сухо закончила я.

— Я женился на той, которая мне...

— Что?!

— Небезразлична! Заканчивай истерику, Мэриэн! Неужели это будет продолжаться до твоих первых потуг?.. — Магнус нервно провел ладонью по лицу, как будто снимая маску.

«А может... Он прав. Я такой раньше не была. Ненормальной». — Слезы начали застилать взгляд. — «И рыдаю все чаще и чаще. Хочу ломать все вокруг. Вырвать из его шевелюры клок волос, чтобы душа моя на миг успокоилась».

— Ты довольна ответом?.. — его ладонь нежно коснулась моей щеки, которая уже раскраснелась от соленых бороздок. — Тшш...

Магнус внезапно и так нежно поцеловал меня в лоб, а после осыпал поцелуями, слизывая проклятые соленые слезы своим горячим языком. Отчего я, вздрогнув, прижалась к нему. Больше инстинктивно. Ища защиту от всего. От прошлого, будущего, что вскоре настанет. Когда мы ступим на берег столицы, держась за руки. Наверное...

«Если он будет со мной так же нежен, как сейчас».

— Веришь мне, что я тебя никому не отдам? — прошептал Магнус на ухо, которое уже чуть покраснело от смущения.

— Да.

Это и есть его признание в любви — большего ждать не стоит. Мужчины скупы на слова, но когда что-то делают, то на совесть. А на подлеца Магнус ну никак не похож.

Две недели спустя. Столичный порт...

Ранним утром, еще до рассвета, корабль пришвартовался, и мы с Магнусом сошли на берег. Чайки все так же летали и громко кричали, приветствуя прибывших путников. Так же, как и в мой отъезд из родного дома.

«Утренняя Звезда» за нашими спинами тихо покачивалась на волнах прибоя. Вокруг — склады для прибывших торговых судов, пара из которых принадлежала лично нашей семье и всегда