Стерва для ботана - Юлианна Клермон

Замечательно. Заодно попрошу этого Стёпу собрать хоть пару футболок и ещё какого белья для Глеба — он же так и не привёз свои вещи. Постельное и один комплект домашней одежды не считается.

— Элин, — шепчет Милка, когда мы уже сидим на социологии, — так у вас всё серьёзно? Или нет? Мне-то сказать можешь?

Киваю.

— Это как понять? — прищуривается она.

— Это «да» на все твои вопросы. Тихо.

— Класс, — резюмирует она и замолкает.

В обед пишу Глебу, спрашиваю температуру и напоминаю про таблетки.

«Тридцать шесть и девять, — приходит ответ. — Про таблетки не забыл». И смайлик с высунутым языком.

«Врунишка», — вставляю хмурый смайлик.

«Тебе — никогда», — и фото градусника.

Хм. Действительно тридцать шесть и девять. Это же замечательно.

«Значит, готовься к зачёту. Завтра Зорина будет вас всех… кхм», — смайлик со взорвавшимся мозгом.

Получаю в ответ смайлик, который отдаёт мне честь, и убираю телефон в карман.

После пар девчонки собираются пообедать в кафе, но у меня нет времени, поэтому быстро иду в общагу, здороваюсь с вахтёршей, изредка киваю знакомым. Это для Глеба я — самая обыкновенная. А здесь я всё ещё стерва. Или Снежная королева. Для кого как.

Поднимаюсь на пятый этаж. Стучу. Мне открывает Степан.

— Привет, — прохожу в комнату. — Мне нужно забрать конспекты Глеба. Соберёшь?

Он держит в руках битком набитый мусорный пакет и смотрит на меня как на исчадие ада. Да, запугала я их знатно. Зато хоть прибрался.

— Так соберёшь? Нет? — подбавляю в голос холода и приподнимаю бровь.

Он отступает на несколько шагов, едва не врезается в стол, разворачивается и мчится к окну. Хватает конспекты… и всё, что лежит на подоконнике, летит на пол.

— Ну ты и… — не договариваю, прохожу и помогаю собрать. — Осторожнее надо.

Ныряю под кровать, достаю улетевшие тетради и какую-то коробку. Она раскрылась, и всё содержимое вывалилось. Смотрю на неё и сажусь прямо на пол.

Нет. Не может быть.

Подхватываю похолодевшими пальцами ярко-алый телефон, переворачиваю. На задней крышке небольшая царапина…

Дыхание перехватывает.

Трясущимися руками достаю из кармана свой телефон, стягиваю резиновый чехол…

— О, у тебя телефон один в один, — выдаёт Степан, всё это время следящий за моими манипуляциями.

Один в один…

Сжимаю кулаки, с силой втягиваю в себя воздух сквозь плотно сжатые зубы.

Так вот как Глеб «починил» мой мёртвый гаджет. Никак.

Захлопываю крышку коробки, кидаю «мёртвый» телефон в сумку, резко встаю и иду на выход.

— А… конспекты? — слышу вслед.

— Сам заберёт, — говорю холодно.

В ушах шум, перед глазами — красные звёздочки.

Мы вместе?

Мы команда?

Нет.

В команде не решают за спиной. А вместе — не врут.

«Врунишка» — «Тебе — никогда…»

Никогда, Глеб?!

Да я тебя в сентябре ботаном называла, а ты пошёл и купил мне новый телефон. И скрыл это. Зачем?! И как?!

Я знаю, сколько он стоит. Я на бэушный месяц зарабатывала.

Значит, для тебя деньги — не вопрос?

Слетаю по лестнице, ничего не замечая. Чуть не врезаюсь в кого-то.

— Эй, осторожней…

— Отвали!

Задыхаюсь, перепрыгивая через две ступеньки.

Общага. Гарнизоны. Мать-учитель.

Да кто ты вообще такой?!

И что ещё ты решил за меня?!

В холле ловлю презрительный взгляд коменды и неожиданно остываю.

Нет. Стоп, Элина.

Глеб ответит мне на всё. Но без истерик.

— До свидания, Анна Викторовна, — улыбаюсь своей фирменной улыбочкой и выхожу на улицу.

Сердце продолжает колотиться в бешеном темпе. Но это уже неважно.

Возле лавочки толпятся девчонки и несколько парней. Что-то бурно обсуждают.

Прохожу не глядя.

— Эй, Ларина, совсем зазналась? Чё не здороваешься? — раздаётся язвительное в спину, и я резко разворачиваюсь.

— Что тебе надо, Лыгин? — сверлю его презрительным взглядом.

— Да мне ничё, — он лыбится и разводит руками, а потом показывает телефон. — Я тут с Дипломатом переписываюсь. Привет ему передать не хочешь? Правда, он у нас больше не Дипломат, а скорее, Полярник.

Он ржёт.

— Пошёл ты на хрен со своим Дипломатом. И с полярником тоже, — выплёвываю ядовито и разворачиваюсь, чтобы уйти.

Вот только этого козла мне сейчас не хватало. Я вообще не в ресурсе, чтобы спокойно воспринимать хоть какую-то информацию ещё и о нём.

— А зря, — кидает Макар в спину. — Его в армию загнали, ты в курсе? Будет служить в тундре. Гонять белых медведей.

Поджимаю губы.

— Макар, — оборачиваюсь и стискиваю кулаки, — мне плевать, кто и где теперь будет служить. И уж тем более плевать на Самерского.

— Вообще-то его туда из-за тебя загнали, — хмыкает он.

Вскидываю брови и кривлюсь.

— Ты ничего не попутал? Я тут при чём?

— А он мне по секрету сказал, что приезжал пару недель назад. Поговорить с тобой хотел. Только не знал, что ты ещё в больничке валяешься. Ну и нарвался на твоего ботана. Он его так-то нехило отделал, а потом в ментовку сдал.

Стою в шоке. Не знаю, как реагировать и что говорить.

Самерский приезжал? Глеб подрался? Накатал заяву?

— Ну и правильно сделал, — стараюсь говорить ровно, но голос предательски подрагивает. — Твой дружок заслужил.

Лыгин оглядывает парней, а потом приближается ко мне.

— Его вообще-то сразу из вуза вышибли, — гадко ухмыляется. — Административка, нападение. Неплохой набор? А потом его в ментовке припугнули. И очень вовремя нашлась альтернатива.

— И что?! — цежу. Держусь из последних сил.

— А то, что кто-то очень сильно подсуетился, чтобы запихнуть его как можно дальше. Соображаешь, Ларина?

Соображаю. Очень даже соображаю. У меня в голове будто пазлы складываются.