Сделка, окрашенная кровью - Василиса Дрейк

от ощущения, что за мной наблюдают, но, возможно, это было связано с тем, что все видели, как король вампиров выходил из моей спальни. Я не сомневалась, что вампиры столь же неутомимые сплетники, как и люди. Моя мать пришла бы в ужас. Еще больше, если бы узнала, что прошлой ночью я предложила себя этому мужчине… и была отвергнута. Но воображаемый упрек исчез, когда я спешила настолько, насколько могла, чуть ли не переходя на бег.

Когда я открыла дверь в тренировочный зал, Амалтея и Демос уже были там. Более того, они сражались. В отличие от тренировочных палок, которыми пользовались мы с Демосом, у них было настоящее оружие, и они двигались быстро. Демос не использовал вампирскую скорость, но все равно выигрывал.

Я какое-то время наблюдала. Амалтея часто носила безмятежное, дразнящее выражение, ее круглое лицо было ангельским. Но в пылу боя она была свирепой. Я не замечала этого, когда мы спарринговались, слишком сосредоточенная на том, чтобы увернуться от ее посоха.

Теперь на ней были боевые кожаные доспехи, а в руках клинок в форме листа длиной примерно с ее руку. Демос был одет в свою обычную черную одежду. Его клинок был столь же темным. Странно. Он не отражал свет, словно был покрашен. Я никогда не видела его с обнаженным оружием. Более того, во многом, несмотря на то, что я знала о его статусе, я привыкла воспринимать его как учителя, как друга.

Иадемос был воином. Воином-вампиром.

А потом он победил. Острие его клинка оказалось у ее горла, на волосок от того, чтобы перерезать его. Амалтея опустила руку в знак того, что сдается, но выражение ее лица было раздраженным. Они, казалось, не замечали моего присутствия.

— Ты сегодня медлительна, — сказал он. — Такая небрежность может тебя убить.

Она отвела клинок тыльной стороной предплечья.

— Не все мы так быстро усваиваем алкоголь.

— Амалтея, ты ведешь себя жалко.

В моем животе внезапно поднялась бурная волна гнева.

— Не смей так с ней говорить, — резко сказала я.

Обе головы одновременно повернулись ко мне, глаза расширились. Я шагнула на арену, сжимая руки в кулаки. Вид вампира с клинком у горла моей подруги, отчитывающего ее… Что-то чужое и чудовищное во мне взревело.

— Извинись перед ней, — прорычала я.

— Амалтея, я извиняюсь, — немедленно сказал Демос, не отводя от меня взгляда.

Часть гнева во мне улеглась, успокоилась.

Амалтея перевела взгляд с него на меня.

— Сэм, все в порядке. Правда. Ты же знаешь, какой Демос. И я отвечаю тем же. — Она ткнула вампира локтем, но он все еще смотрел на меня.

Я покраснела. В одно мгновение стало ясно, что я перегнула палку.

— Прости. Я… мне нехорошо. — Я попыталась разобраться в своих чувствах и понять, где ошиблась. Было ли это из-за того, что Титус напомнил мне, какая я слабая? Или из-за воспоминаний прошлой ночи? Или во мне всегда было что-то хрупкое, на грани разрушения?

Неуверенность делала мое дыхание поверхностным.

Амалтея подошла и легко провела рукой по моей руке.

— Все хорошо, Сэм. Извиняться не нужно. Мы с Демосом можем быть немного резкими, но постараемся сдерживаться.

Я покачала головой.

— Нет, нет. На меня что-то нашло, но теперь все в порядке. — Это была лишь наполовину правда. Внезапная черная ярость прошла, но до «в порядке» мне было далеко. — Ты в тренировочной одежде, — заметила я, отчаянно пытаясь сменить тему.

— Амалтея проиграла пари прошлой ночью, так что согласилась тренироваться с тобой, — объяснил Демос.

Мне хотелось спросить, о чем было пари, но я все еще чувствовала себя странно из-за того, что сорвалась на Демоса, поэтому просто кивнула. Он начал с нами новую серию упражнений с настоящими клинками, и я с радостью ухватилась за это отвлечение. Было приятно тренироваться с кем-то еще, тем более что Амалтея даже с похмельем была в лучшей форме, чем я. Демос работал со мной так, словно ничего не произошло, будто весь инцидент был забыт.

Но это было не так.

Что-то изменилось. То, как он на меня смотрел.

Я не была уверена, что мне это нравится.

Вернувшись в свою комнату, заметила, что что-то было… не так. Мне понадобилось немного времени, чтобы понять, что изменилось. Моя кровать. Одеяло было тем же, четыре столба были идентичны, но из-под задрапированного одеяла выглядывала небольшая деревянная рама. На прикроватном столике лежала записка.

«Проверь правый нижний угол, — Р».

Я сделала, как было сказано. Раньше кровать стояла на четырех ножках. Теперь же под матрасом деревянная рама тянулась до самого пола. С правой стороны, напротив входа, находился небольшой запирающий механизм. Я залюбовалась его изяществом. Если бы Рафаэль не указал на него, я бы ни за что не заметила. Когда я сдвинула панель, деревянная створка откинулась, оказавшись на удивление легкой.

Это было наименьшим из чудес, которые теперь скрывала кровать. Внутри лежали две подушки и одеяло, идеально подходящее по размеру. Я прижала ладонь к одеялу. Более того, Рафаэль позаботился о том, чтобы ковер под кроватью стал еще мягче. Внутри находились маленькие часы. Я нахмурилась, заглядывая дальше.

Хотя снаружи дерево выглядело сплошным, свет все же мог проникать внутрь. Я осторожно забралась под кровать. Резное основание было продумано так, что я могла видеть, если кто-то войдет в комнату. Раньше я натягивала покрывала основной кровати, чтобы меня не было видно, если кто-нибудь заходил, но теперь в этом не было нужды, вместо этого я могла чувствовать себя в безопасности, зная, что никого не пропущу.

Отсек под кроватью был поразительным инженерным достижением. Как это все удалось сделать за один день?

Из-под одной из подушек выпала вторая записка:

«Чтобы тебе не приходилось каждый вечер брать свежее белье. Увидимся завтра».

Не было ни малейшего сомнения, что Рафаэль не пропустил волну моей благодарности по нашей ментальной связи. И хотя я любила свою приватность… может, это и не было самым плохим.

Глава тридцать восьмая

Я постучала в дверь покоев Рафаэля, и, не услышав ответа, стала нетерпеливо колотить ногой.

Я никогда прежде не была в его покоях, и Рафаэль вообще ни разу не говорил мне, где находятся его личные апартаменты. Когда я спросила об этом Амалтею, она расхохоталась.

— Ты, наверное, шутишь.

«Разве я похожа на человека, который пытается застать Рафаэля в постели?» — хотела я ответить. Но от одной только этой мысли покраснела. К тому же он меня отверг. Он не