Любовь, рожденная в аду - Светлана Тимина

Ветер трепал волосы, обдувал лицо, горячий воздух щипал слизистые глотки и глаз.

Но она стояла, не моргая, глядя, как рушится каркас здания.

Как взрывается внутри канистр и коробок надёжно спрятанный товар.

Арс подошел к ней первым и единственным, кто решился. Остальные не рискнули: побаивались будущую донну, у которой не было тормозов и, как они иногда говорили, логики в действиях. Но Арс ее не боялся.

— Джулия! Ты слишком близко. Может рвануть в любой момент, полетят обломки. Я был в боевой точке, я видел, это убивает.

— Тихо, — мягко, но непреклонно сказала она.

Он замолчал.

Все всегда молчали, когда она говорила таким голосом. Но Арс не испугался. Он просто прочитал между строк, что чувствует эта совсем еще девчонка, которую он како-гот о хрена полюбил без взаимности.

…Горели три главных склада.

Те самые, которые никто, никто не должен был найти.

Система двойных маршрутов. Ложные GPS.

Перестроенные контуры собственности.

Даже Валентина не всегда помнила, где именно находятся реальные узлы.

Но Кей — узнал.

Он ударил без крови.

Значит, послал сообщение.

Джулия смотрела, как пламя поднимается выше, и только одна мысль резала мозг:

Он понял.

Он понял, куда больнее всего.

Она не разозлилась.

Она почувствовала, как в груди появляется пустота.

Холодная, чёрная, слишком тихая, чтобы назвать её гневом.

И тут телефон дрогнул в руке.

Сообщение.

От него.

«Не хочешь продолжения — надо поговорить. Или ты думала, я дам себя уничтожать?»

Она перечитала фразу несколько раз.

Пальцы непроизвольно сжали телефон.

Кей.

Тот, кто умел быть зверем.

Кто умел быть лезвием.

Кто умел быть молчанием.

Но вот это…

Это было что-то другое. Жуткое, неотвратимое.

Слишком личное.

Арс увидел её лицо — и отступил на шаг.

Он уже знал: когда Джулия молчит слишком долго, возле неё лучше не дышать.

Наконец она медленно вдохнула.

— Арс, — сказала тихо, — попробуй найти всё, что осталось. Возможно, нижние ярусы остались невредимы. Там алмазы с шахты моего брата. Разберись с пожарными, чтобы не видели того, что им не предназначено. Уведи зевак и поясни им, что будет, если они будут много болтать. Проверь телефоны, сотри все записи.

— А ты?

— А мне сейчас придется уехать.

— Куда? Я поеду с тобой. Тебе сейчас опасно передвигаться в одиночестве.

Она подняла на него взгляд.

- Я возьму твою машину. И не беспокойся. Есть законы, которые у нас чтят строго. Во время переговоров никто не смеет выстрелить в спину…

Он пристально смотрел на нее. С тоской и болью. Джулия как прежде делала вид, что этого не замечает.

Поколебавшись, Арс заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо. При этом нежно коснулся кожи, слегка задержав пальцы. Их глаза встретились.

Он смотрел на нее слишком пристально. Будто знал, что у нее внутри.

- К нему. – кивнул, словно призвав поражение. – И ты… не бежишь от этого столкновения. Ты будто начала его уважать за то, что он дал тебе отпор.

- Арс… Не говори ерунды. Это переговоры. И я… уважать могу, но ненавидеть не перестану.

- Не мое имя ты шептала вчера, засыпая в моих руках. – он выдохнул. – Все в порядке, Джули. Я все понимаю. Это стокгольмский синдром. Но я буду рядом и сделаю все, чтобы не дать тебе в него погрузиться.

- Это синдром мстителя, не придумывай ерунды. И не надо меня преследовать. Ты этим сотрешь мой авторитет, понимаешь? Есть нерушимые законы.

Переговоры – если не оговорено заранее иначе – только с глазу на глаз.

- Ты веришь, что Кастелло будет играть по правилам? Он идет простив системы. И Оливии вряд ли это понравится.

Джулия криво усмехнулась.

- Лив мне не босс. Она просто удобная фигура на престоле этого клана, и пока нам выгодно действовать вместе. Но ее, скорее всего, не пустят править. Кей только что перехватил пальму первенства. Умный ублюдок…

- Пообещай, что будешь осторожна. В твоем мире выигрывают те, кто нарушает правила.

Джулия криво усмехнулась. Подняла руку. В отсветах огня сверкнуло кольцо с Изумрудом.

Валентина еще не короновала дочь как свою наследницу, но передала один из символов власти.

Пальцы коснулись щеки Арса. Изумруд оставил на его щеке слегка белеющий след от нажатия.

- Кто тебе сказал, что я не собираюсь их нарушать?..

75

Машина неслась по горному серпантину Белла Веры.

По пути Джулия не включала музыку.

Не проговаривала про себя речь, которую толкнет при столкновении с Кеем.

Не думала даже. Знала – слова придут сразу, как только увидит. Слишком долго молчала.

Но внутри неё двигалось что‑то новое.

Не ненависть.

И не страх.

Что-то, похожее на уважение. Болезненное, опасное.

От которого хотелось и ударить себя по лбу, и улыбнуться. Она не должна была чувствовать такое, только не к нему. Но ничего не удавалось с собой поделать.

Джулия с удивлением отметила, что у нее нет желания разрядить обойму между его ебейших темных глаз. Столкнуть с обрыва – тоже. Хотя ранее она и смаковала эти подробности с экстазом.

И даже взрывы на основных складах какого-то хрена не повлияли на ее решение.

Джулия Санторелли поняла:

Он не просто отбивается.

Кей Кастелло не играет.

Он понимает её язык.

И впервые — говорит на нём так же сильно и жестко, как и она сама.

---

Кей ждал её на пустом причале.

Обычно в предрассветное время здесь уже было какое-то движение. Рыбаки спешили к своим лодкам. Владельцы яхт снимали брезент, готовясь отойти в море. Сновали работники дальнего дока.

Но когда объявляется встреча тех, кто наделен настоящей властью на побережье, здесь будет пусто.

Город просыпается, просыпается мафия…

Прохладный рассвет размывал черты, но не скрывал его напряжённую фигуру. Никакого костюма. Обычные джинсы и темная рубашка. Те же расстёгнутые на груди пуговицы.

Он стоял так, будто ожидал нападения — но хотел разговора. Уставший за эти дни, как и она сама. Но только на юном лице Джулии следов усталости не было

Джулия вышла из машины, огляделась. Шла так. Будто у нее времени предостаточно, и никуда она не спешит.

Тишина между ними была гуще тумана. До Кея оставалось только несколько метров, когда он нарушил тишину.

— Красиво горит? — спросил он, без издевки, просто констатируя