Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

Бесчисленные неизвестные продолжали заполнять её разум, и она сомневалась, что хоть какие-то ответы явятся сами собой. Поэтому она предпочла спросить напрямую:

— Где кандалы?

Дрэвин так и зашелся смехом, его голова откинулась назад от веселья.

— Ты ведь это не серьезно.

Губа Эсмиры презрительно выгнулась.

— Что ж, на твоих запястьях их нет.

Его голова склонилась набок, а на лбу пролегла складка.

— Что ты помнишь?

— Всё, — прошипела она. — Просто не была уверена, хватило ли у кого-то из нас ума прихватить кандалы, как только я тебя освободила.

Еще один смешок вырвался у него, и раздражение вскипело внутри неё.

— Ты, — он указал на неё пальцем, — не освобождала меня. Я освободил себя сам, вытащив ключ из твоего кармана.

— Потому что я позволила тебе это сделать.

— Потому что ты бы стала кормом для кречумов, если бы не сделала этого.

Эсмира прищурилась, глядя на него.

— Да, но равно как и ты.

Она терпеть не могла то, что не знала, находятся ли они в его распоряжении и просто ли он водит её за нос.

Дрэвин вздохнул, покачав головой.

— У меня нет кандалов. Я их бросил. И не стану лгать… я даже не подумал прихватить их, как только оказался на свободе. Я был слишком занят тем, чтобы вытащить тебя.

На сей раз пришел черед Эсмиры вскинуть бровь. С какой стати его должно было заботить её спасение?

Он прочистил горло.

— Я был слишком занят тем, чтобы спастись самому, — исправился он. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — бросила она, отводя от него взгляд. — Лучше не бывало.

Глубокий смешок рокотом вырвался из его груди:

— Тебе не обязательно лгать. Ты исчерпала свой источник. С тобой такого никогда раньше не случалось?

Эсмира в замешательстве склонила голову набок:

— Источник?

— Конец твоей магии.

— Моя магия не знает конца, — отрезала она тоном, не терпящим возражений. Это было правдой… по крайней мере, до сегодняшнего дня.

В свете костра на губах Дрэвина заиграла ухмылка:

— У любой магии есть предел. Я удивлен, что ты достигла своего так скоро.

Она моргнула, её разум лихорадочно прокручивал, что всё это могло значить. Когда она заговорила вновь, её голос прозвучал тихо:

— Я не могу создавать воду из ничего — только управлять тем, что уже есть.

— Интересно, — заметил он.

— Рада, что ты так думаешь, — из-за того, что она закатила глаза, он снова расплылся в улыбке. Она протянула руку и указала на него, и при этом движении у неё высунулись когти. — Похоже, твоя магия работает иначе, чем моя.

— Для огня нужен только воздух. К счастью, здесь, внизу, он у нас еще не закончился, — он сделал паузу. — Пока что.

— И как мне верить, что ты не зажаришь меня заживо, стоит мне повернуться спиной?

Дрэвин пожал плечами:

— Если бы я планировал это сделать, добиться своего было бы куда проще, пока ты лежала без сознания, — при его словах её челюсть сжалась. — К тому же, похоже, какая бы магия ни таилась здесь, внизу, она реагирует на твое прикосновение. Каждая новая пещера, которую ты открываешь, судя по всему, являет нам еще более опасную угрозу, чем предыдущая. Ты можешь оказаться моим единственным билетом на волю из этого кошмара.

После нескольких минут неловкого молчания Эсмира шумно выдохнула:

— Итак, я полагаю, ты уже разведал тут обстановку, пока я валялась без чувств. Это еще одна пещера?

Он выпрямил спину:

— К слову, я тебя поймал. Ты не рухнула на землю. Я сам уложил тебя туда, где ты сейчас сидишь, — пока он говорил, её глаза сканировали окружение, и Дрэвин повторил её жест, оглядывая пространство. — Да, думаю, это пещера. Вот только она разительно отличается от любого другого места, на которое мы натыкались до сих пор.

Эсмира нахмурилась. Она лежала на холодном, неровном полу, прислонившись к чему-то, что походило на обломки древней каменной колонны. Костер отбрасывал длинные тени по пещере, но в его отсветах она видела, что они находятся уже далеко не в обычном гроте.

— Что это?.. — прошептала она себе под нос. Поднявшись на ноги, она вытянула шею вверх, впитывая взглядом всё, что позволял разглядеть свет костра, пока Дрэвин наблюдал за ней.

Они стояли в огромном, похожем на храм пространстве, спрятанном глубоко в недрах земли. Потолок взмывал высоко вверх, теряясь в тени, а стены были покрыты слоями кристаллизовавшихся минералов. Они мерцали в едва уловимом свете, точь-в-точь как её чешуя — опаловые синие и зеленые оттенки смешивались с мягкой белизной окаменевших ракушек, которые слились с камнем в единое целое.

Эсмира едва не улыбнулась, почувствовав странное тепло в груди при виде этой картины. Её глаза изменились, их сияние озарило пространство перед ними, пока Дрэвин держал огненный шар над своей ладонью.

Повсюду вокруг них из скалы проступали остатки архитектуры — полузасыпанные древние колонны, облепленные морскими уточками, и резные узоры, похожие на кораллы, которые вились по камню вверх, точно подводные лозы.

— Мы нашли его, — прошептала Эсмира, и её губы приоткрылись.

Она повернулась к Дрэвину.

— Похоже, что так, — ответил он.

Тепло в её груди, начавшееся как едва заметное, утешительное прикосновение, от его подтверждения едва не переросло в бушующий пожар; она ощутила чувство дома — похожее на то, что она испытывала в море, но в то же время как будто гораздо большее.

«Ты нашел меня в морском королевстве и лгал об этом всю мою жизнь. Зачем тебе вообще было лгать?! Ты украл меня. Ведь так?» — последние слова, которые она кричала в лицо отцу на борту их корабля, с ревом зазвучали у неё в ушах.

Существовала причина, по которой эта подводная, забытая сокровищница казалась такой знакомой.

Вся пещера гудела от тихой магии, словно затаив дыхание в ожидании того, кто пробудит королевство, затерянное в океанских пучинах — а ныне погребенное в самом сердце этого мира.

— Это место, — пробормотала она охрипшим голосом, — забыто если не всеми, то большинством. Я никогда не видела ничего прекраснее.

Она повернулась к нему и обнаружила, что выражение его лица невозможно прочесть.

— Возможно, оно не столько забыто, сколько потеряно, — их взгляды блуждали по сторонам, пока он говорил. — Потому что именно таковым оно и является, Эсмира. Потерянным. Прямо как мы с тобой. И мы, скорее всего, подохнем здесь, внизу точно так же, как они девять веков назад.

Её сердце болезненно сжалось от его слов, но не из-за того, что потерялись они, — а из-за