Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

— На рассвете… — начал твёрдым и чётким голосом, лишённым всяких эмоций. — На рассвете принца Ричарда и его подельников арестуют и поместят под стражу, тайная полиция начнёт работать, едва ты покинешь эту комнату. Тебе же, Амелия, я предлагаю остаться под моей защитой здесь, во дворце.

— Боюсь, я вынуждена отказаться, — с улыбкой покачала головой я. — До двенадцатого дня я отправляюсь в наше родовое имение вместе с отцом и братом. Там я буду в безопасности и вдали от всей суеты.

— Добро. Можешь идти.

Я, шелестя платьем, встала с дивана, отошла к выходу и снова присела в коротком реверансе перед королём. Когда моя рука уже коснулась ручки двери, услышала сзади чёткое, но тихое:

— Спасибо за правду.

В ответ я, не поворачиваясь, лишь кивнула и вышла за дверь. Коридор встретил меня прохладой и обеспокоенным выражением лица дожидавшейся девушки. Я тепло улыбнулась ей и порывисто обняла, прошептав тихое:

— Слава Богине… Всё получилось.

«Служанка» в моих объятиях дрогнула и вдруг крепко-крепко обняла в ответ, будто вцепившись. Её тело мелко дрожало, но она тихо-тихо прошептала мне:

— Спасибо, леди. От всех нас спасибо.

— Благодарить будешь, когда увидишь обидчика своей сестры на казни. А теперь пора возвращаться, — кивнула в сторону коридора, ведущего, как мне казалось, к выходу наружу. — Только на этот раз обычными коридорами.

Мы отстранились, и я увидела её глаза. Светлые, полные надежд и слёз. Все её страдания закончены. Теперь пришло время правосудия, которое принесёт рассвет.

Стук моих каблуков и шелест платья нарушал привычную тишину вечерних коридоров дворца. Я не была излишне шумной, нет, просто слуги ходили очень тихо из-за плоской подошвы обуви, да и одежда их была не такой длинной и из простых тканей. Тёплый свет светильников освещал нам путь и создавал на атласе забавные блики. Мы подошли почти к выходу в сад, оставалось буквально два поворота, когда я увидела смутно знакомую фигуру в одном из примыкающих к центральному коридору ходов. Сопровождавшая вся напряглась, я даже увидела краем глаза, как блеснул в её руке металл, она была готова меня защищать, если это понадобится.

— Попроси её убрать оружие, — послышался знакомый насмешливый голос.

— Вы?.. — спросила немного шокированная я, смотря на излишне довольного собой императора.

— Мы можем поговорить наедине? — спросил он, взглядом указывая на уже присевшую в реверансе «служанку».

— Конечно, — с улыбкой ответила я, а затем обратилась к девушке: — Подожди меня здесь. Я быстро вернусь.

— Он не причинит Вам вреда, леди? — спросила она, недобро поглядывая на Константина.

— Нет, конечно, — хихикнула от её слов я, а после прошептала ей тихое: — Это император.

Девушка ойкнула, и вся её маска суровой воительницы слетела, оставив лишь смущение. Император мягко взял меня за руку, и мы скрылись за дверьми ближайшей комнаты. Это была обычная комната отдыха, каких десятки во дворце. Залитая последними лучами закатного солнца, она пахла немного пылью, старой тканью и совсем немного разгорячённой от солнца шерстью ковра.

— О чём ты хотел поговорить?

Я мирно прошла вглубь комнаты и только тогда повернулась к всё ещё стоящему в двери Константина. Он смотрел на меня с нескрываемым восхищением, а ещё с чем-то неосязаемо тёплым, обволакивающим словно уютным одеялом в холодную зимнюю ночь.

— В свете солнца ты ещё краше. Особенно с этой причёской, — произнёс он, подходя ближе.

— Благодарю, — со смущённой улыбкой произнесла я, уже желая утонуть в его серых глазах, здесь и сейчас. — Так всё же?

— Я бы хотел пригласить тебя на прогулку. Инкогнито, в простой одежде, — он поднёс мои ладони к своим губам и оставил на них невесомый поцелуй.

— Боюсь, это невозможно. Я уезжаю, — ответила с уже немного виноватой улыбкой.

— Куда? — немного ошарашенно произнёс он. — Надолго?

— Нет, — помотала головой я. — Мы завтра уезжаем в родовое имение, инвесторы хотят посмотреть землю, чтобы решить, где лучше всего строить порт. На двенадцатый день будем уже тут.

На его лице я увидела лёгкую грусть, сменившуюся хитрым выражением. Он что-то явно задумал, но я не могла понять, что именно. Интересно, что вообще творится в голове у этого несносного, но такого прекрасного мужчины?

— Я была у короля, — выдала на выдохе я, желая вернуться к серьёзному разговору. — Завтра утром будет очень весело.

— Это уж точно! — рассмеялся на мои слова Константин. — Жаль, что ты не увидишь всего этого хаоса.

— Скорее уж это к счастью. Хочется в последствии узнать, что случилось и с кем.

— Отдохни там, — его ладонь легко легла на мою щёку, к ней я поспешила немного прижаться, подставляясь под ласки как кошка. — Выглядишь уставшей.

— Обязательно.

Наши глаза снова встретились, и я почувствовала внутреннее желание сделать кое-что очень несвойственное благовоспитанным леди. Мои руки вцепились в края воротника его одежды и притянула к себе, найдя губы своими. Он не отпрянул, но на мгновение замер. А после перенял инициативу в свои руки, притянув к себе за талию, вызвав у меня судорожный вздох. Я успела лишь обхватить его шею, прежде чем ноги предательски подкосились. Константин резко, но при этом аккуратно приподнял меня под попу, прижимая крепко-крепко к себе и не позволяя упасть. Его язык нагло проник в мой рот и принялся там хозяйничать с наглой нежностью и напором, проходясь по ряду зубов и сплетая мой язык в странном танце.

Слишком горячо, слишком страстно. Я чувствовала, как его руки блуждают по моему телу, сжимая его так, словно боялся, что я испарюсь, исчезну как морок. Внизу живота поселилось знакомое тягучее тепло от накатившего возбуждения. Богиня, что он творит со мной?.. Но с ума сходила явно не одна я, ведь в какой-то миг почувствовала тепло на своём животе, исходившее от него. Это вызвало у меня непроизвольный глухой стон, сорвавшийся с губ, когда мы в поисках кислорода ненадолго отпустили друг друга.

Дыхание сбилось к чертям, став излишне тяжёлым и горячим. Его серые глаза потемнели