Путешествие в Древний Китай - Лора Лей

Каждое движение и прием иномирянка подробно объясняла, показывала и рассказывала о правилах боя, сочетая физические нагрузки с философскими экскурсами. Парень открывал новый для себя мир труда и терпения, самосовершенствования и самопознания.

— Истинный мастер боевых искусств вступает в бой, когда нарушено равновесие сил, чтобы вернуть в мир гармонию. Не следует относится к реальному бою, жестокому и даже кровавому, как к образу жизни, понимаешь? Реальный бой — это крайность, экстрим, призванный восстановить паритет разнонаправленных векторов силы. Учись сохранять хладнокровие, чтобы твое сознание пребывало в покое и могло всегда принять и правильно оценить происходящие вокруг тебя события и соответственно на них реагировать. Для этого нужно изучить свое тело, натренировать его, познать себя и тогда уже начать постигать партнера, используя поединок как главный способ.

Бай Юн понял, что сестра хочет сказать ему: будь сильным, но не используй силу для неправедных дел. Не нападай первым в гневе, сохраняй спокойствие и рассудительность, изучай себя и других, чтобы избегать ошибок в оценках событий и людей. Цель изучения боевых искусств — защита, не нападение.

* * *

После тренировок ребята отдыхали в сени деревьев или собирали дары леса: грибы, коренья, дикие овощи и плоды, лекарственные растения, коих Ниу знала великое множество. Бай Юн запоминал их вид и назначение, ел необычнее продукты и продолжал удивляться тому, сколько знает его сестра.

— И как ты все запомнила, Ниу? — спрашивал попаданку парень.

— Да просто память у меня была хорошая, и интерес ее подогревал. Другие девчонки влюблялись, страдали, а я читала и помогала деду ремонтировать разные машинки. Мне этого так не хватает! Вот вернемся в город, начну изобретать хорошо позабытое новое, чтоб и руки занять, и денег заработать. А ты будешь помогать! Только в школе тебе надо восстановиться. Я хоть и натаскаю тебя, но мои знания отличаются от здешних, поэтому придется сочетать, чтобы не выделяться, понял? А пойдем купаться? Вода вроде бы не должна быть очень холодной… Мне плавания не хватает.

Температура воздуха в это время, по ощущениям Ниу, была в районе 25–27 градусов, воды — чуть ниже. В целом, довольно комфортное сочетание. Пользуясь уединением, Ниу раздевалась до чудных шортиков и лифа, пошитых Мо Лань, загоняла Юна в воду и учила плавать разными стилями, потом растирала льняным полотенцем и гнала бегом домой.

Странности хозяев у слуг поместья уже не вызывали удивления, но и одобрения тоже, поэтому, когда после получения приглашения префекта Баи уехали, жители деревни вздохнули с облегчением. Ну их, этих малахольных господ! Без них спокойнее.

* * *

Получив письмо, брат и сестра Бай в город не торопились: пребывание в деревне помогало им восстановиться. Однако пренебрегать приглашением не стоило, и еще через десятину ребята вернулись в гостиницу.

К этому времени сплетни о смерти наложницы уступили место другим новостям, и приезд семьи Бай никто не заметил. К префекту отправился Бай Юн в компании Гао Ронга как старшего — других взрослых у Баев не было. Благодаря связям дядьки Гао Бай Шан также получил сообщение о восстановлении прав наследования, но занятый по службе, смог только письмом выразить свою радость справедливым решением властей.

Пройдя формальности вступления во владение родовым особняком, брат и сестра покинули гостиницу Чжао Ливея, чем расстроили его (привык он к ним), но обещали видеться часто, поскольку идея Ниу о клубе для мужчин прочно засела в мозгу бизнесмена. За последнее время он сумел выкупить два соседних двора, договориться с властями о перестройке территории с учетом планов увлекшегося канализацией и водопроводом архитектора Хэ Вантана, и теперь жаждал вплотную заняться набором массажистов и прочей обслуги, для чего ему была нужна Ниу.

— Вей-даге, мне даже неловко, что моя идея стала для тебя таким наваждением — притворно огорчилась Ниу. — А вдруг не получиться, ты потеряешь деньги, и буду я демоницей в твоих глазах? Придется искать источник дохода и выплачивать тебе неустойку всю оставшуюся жизнь.

— Такого не будет, я уверен — ханьфу-мэн, потягивая чай, покачал головой. — Я делец, Ниу, поэтому любую идею воплощаю после тщательных раздумий и подсчетов. Я готов рискнуть, но чем больше я рисую в голове все описанные тобой этапы расслабления и прочие занятия в клубе, тем больше растет моя уверенность в успехе этой затеи. И больше всего убеждает меня то, что ты предложила элитное членство. Знаешь, богатые аристократы, чиновники, а уж ученые, тем более — все заносчивые и завистливые засранцы: прикрываясь высокими словами о скромности и аскезе, на деле стремятся выделиться и получить то, чего нет у других. Поэтому закрытый клуб, куда может войти не каждый, станет для них элементом престижа, и плата за этот, как ты сказала, экс-клю-зив (что за слово ты придумала?) не станет препятствием.

Инициативу в беседе перехватила попаданка:

— А если, помимо отдыха, они получат возможность высказаться в неформальной обстановке, связанные соглашениями о конфиденциальности при условии лояльности любых речей императору и власти, то из обсуждений подкинутых нами тем, касающихся развития страны и общества, может родиться много интересных проектов. Думают-то все про себя, а в пылу споров рождается истина.

Чжао Ливей, выслушав девушку, сначала удивился, а потом внезапно понял, что такое действительно возможно. Воображение нарисовало картинки диспутов на заданные темы, высказанные предложения и — опа! — новый проект типа водопровода на столе императора. Слава и уважение, награды и почет! Про крамольные идеи делец думать не хотел. Поживем — увидим.

— Когда сможем начать обучение? Хэ-шаое заканчивает расчеты, реконструкция зданий начнется в следующем месяце. Парилку будут делать под твоим присмотром, за остальным следить буду я. На тебе — массажисты, банщики, игры. Обустраивайте дом и начнем работать.

Глава 54

Бай Юн подходил к родному дому при свете дня и не мог сдержать слезы радости: он вернулся! Больше не нужно бояться, прятаться, оглядываться, ждать подвоха и терпеть обиды! Стоя на пороге семейного особняка Бай, он держал Ниу за руку и верил в прекрасное будущее.

— Пойдем, Ниу. Это наш дом, где теперь будет жить счастье — сказал парень и шагнул во двор. Ниу молча двинулась следом.

Поместье было небольшим, по меркам этого времени, но для попаданки чуть ли не гектар пространства казался огромным. Первые, высокие ворота в сплошной стене, открывали площадку, мощеную