Что случилось на балу? - Сабрина Джеффрис

дорогая, продолжаешь настаивать на том, что не желаешь выходить замуж. Если бы не дом, который мне оставила бабушка, не было бы никаких «Элегантных событий», а вы с Дианой все еще жили бы под одной крышей с нашим отцом.

Обе сестры невольно вздрогнули.

Элиза вздохнула:

— Так что, если мы намереваемся вести комфортную жизнь в преклонном возрасте и если никто из нас не выйдет замуж, нам придется заключать сделки с обеспеченными и высокопоставленными клиентами.

— Лорд Фокстед подходит по обоим критериям, поэтому нам следует помочь миссис Марч.

— Совершенно верно. — Элиза предпочитала не думать, что больше всего ей хотелось хорошенько поколотить графа, когда он начинал заигрывать с другими женщинами. — Однако, мне кажется, во время сегодняшнего визита нелишне будет за ними понаблюдать, чтобы не пропустить и малейшего намека на какие-либо недопустимые отношения между ними.

— Согласна. Мы должны докопаться до истинной природы их отношений. До сих пор нам сопутствовала удача, потому что наши клиенты безоговорочно нам доверяли, невзирая на неблаговидное поведение наших родителей.

— Ты права. — И если выяснится, что миссис Марч оказалась во власти лорда Фокстеда, который воспользовался ее юностью и неопытностью, Элиза поможет девушке спастись от его влияния, прежде чем ее будущее будет разрушено. — Я рада, что наши взгляды совпадают.

Элиза решила на время отложить разговор на эту тему, так как им предстояло обсудить кое-что еще.

— Раз уж зашла речь о поведении наших родителей… Когда ты в последний раз общалась с кем-нибудь из них?

— Я редко вижу маменьку, но вот отец иногда посещает вечера, устроенные нашей компанией, так что с ним я пересекаюсь чаще. На прошлой неделе он присутствовал на балу, который мы организовали.

— Я видела его там. Слава богу, мне не пришлось с ним разговаривать: я была слишком занята прической, а потом мне нужно было помочь тебе с угощением для гостей.

Верити бросила на нее скептический взгляд.

— Мне не требовалась твоя помощь. Ты просто всеми силами избегала встречи с ним. Он все еще твой отец, не забывай об этом.

— Который сначала отказался выделить мне приданое, что косвенно отразилось на моем финансовом положении в браке, а затем, после смерти Сэмьюэла, попытался силой выдать меня замуж за своего друга. Хорош отец, ничего не скажешь.

— Обычно из нас троих ты проявляешь больше всего снисхождения.

Элиза упрямо вздернула подбородок.

— Он не заслуживает моего снисхождения. — На то были и другие причины, о которых она не хотела говорить. — Кроме того, ты видела, как он вел себя с матушкой на свадьбе Дианы.

— Маменька тоже не выказала особой любезности. Мне кажется, они вели себя по отношению друг к другу достаточно неплохо для заклятых врагов.

— Знаешь, что меня беспокоит? — Элиза поставила на стол пиалу с кашей, но садиться не стала. Вместо этого она начала ходить из угла в угол. — Когда Диана благополучно разрешится от бремени, она захочет, чтобы мы занялись приготовлениями к крестинам малыша, которые, разумеется, оплатит Джеффри. Кроме того, Диана пожелает устроить по этому случаю семейное торжество, если сможет уговорить на это своего мужа. Вне всякого сомнения, и мама, и папа захотят присутствовать на крестинах, причем, вместе со своими нынешними супругами. Ты можешь себе представить их всех под одной крышей в течение нескольких дней?

— К несчастью, могу. Ожидаются обильные кровопотери, так что нам понадобятся швабры для уборки.

— И ватные тампоны для ушей гостей, чтобы защитить их от диких воплей.

В это мгновение, откуда ни возьмись, маленький мальчик в голубом комбинезоне вбежал в комнату и закричал:

— Каета!

— Карета? Я уже готова к путешествию! Ты куда хочешь? — весело отозвалась Верити, всегда готовая подурачиться, в том числе и с маленькими детьми.

Элиза улыбнулась белокурому мальчугану, чьи пухлые губы своим нежно-розовым цветом могли соперничать лишь с его румяными щеками.

— Как вас зовут, молодой человек? — спросила Элиза, несмотря на то что она вполне могла догадаться: этот ребенок прибыл с теми, кого сестры ожидали с минуты на минуту.

— Дзимми. — Он раскачивался из стороны в сторону, переминался с ноги на ногу и задумчиво хмурил брови. — А када мама зится… — Он выпятил грудь вперед и выкрикнул: — Дземс! Уиям! Мач!

Сестры рассмеялись.

— А твоя мама часто злится? — поинтересовалась Элиза, мгновенно очарованная малышом.

— Мама не зится, — покачал головой ребенок. — Дзимми холосый матик.

— Я вижу, — заметила Элиза.

Он бросил на нее озорной взгляд.

— Дземс Уиям Мач пахо-о-о-ой матик.

Миссис Марч вбежала в комнату.

— Что правда, то правда.

Вслед за ней вошел дворецкий Элизы, Норрис. Он выглядел растерянным.

— Миссис Уильям Марч, мастер Джеймс Марч и лорд Фокстед, мадам, — возвестил он о прибытии гостей.

Покраснев, миссис Марч присела в реверансе перед Элизой и Верити.

— Прошу прощения. Право же, мне крайне неловко. — Она нагнулась, чтобы встретиться глазами со своим проказником сыном, который забрался под стол, чтобы спастись от наказания. — Джеймс Уи… Джимми, немедленно вылезай оттуда!

К удивлению Элизы, тот подчинился.

— Каета, мама!

— Нельзя выпрашивать еду в гостях, приятель, — мягко сказал лорд Фокстед, входя в комнату.

— Ах, так это конфета, — выдохнули Элиза и Верити в один голос.

— У нас есть конфеты. — Элиза подбежала к буфету. — Сколько конфет ты хочешь, Джимми?

Мальчик уставился на свои руки, как будто пытаясь разобраться в правильном счете. Затем он поднял обе ладошки вверх, растопырив пальцы:

— Вот стока!

Лорд Фокстед подошел к буфету.

— Вы не получите десять конфет, маленький негодник. Хватит с вас и двух. — Он указал на щипцы для конфет в руке Элизы и спросил: — Вы позволите?

— Конечно, — ответила она. Их руки соприкоснулись, когда она передавала ему щипцы, и ее ноги слегка подкосились. Как глупо.

Очевидно, слишком давно в ее окружении не появлялся привлекательный мужчина, способный вызвать волнение в крови. И, боже правый, в своем камзоле стального цвета он выглядел еще притягательнее, чем в более официальном наряде прошлым вечером. В любом случае этот камзол был ему весьма к лицу.

— Вас, вероятно, удивил изрядный аппетит Джимми, — непринужденным тоном сказал лорд Фокстед. — И вы решили, что мы держим мальчика впроголодь.

— Право, он уже съел достаточно конфет, милорд, — проговорила миссис Марч.

Лорд Фокстед с улыбкой посмотрел на Джимми.

— Парень вроде тебя никогда не откажется от конфет, верно, Джимми?

— Каета!

Рассмеявшись, граф поставил тарелку на стол и, приподняв малыша, усадил его на один из стульев рядом. Нос Джимми оказался на уровне стола.

— Позвольте мне принести ему подушку, — предложила Элиза.

Но прежде чем она успела хоть что-то сделать, лорд Фокстед уселся на стул рядом с