Болевой порог - Ольга Вечная

Мгновенно вспыхиваю:

- Что за бред?!

- Подумайте до конца недели, пока готовятся проекты новых предложений, - добавляет вполголоса, даже ещё тише, словно рядом спит ребёнок. И предельно серьёзно.

Неосознанно тоже понижаю голос:

- Деньги - для меня не главное.

- Разумеется, первоначальное значение для вас имеет ваш ребёнок, ее достаток и удобства. Я понимаю. А пока сделаем следующим образом: коллектив вам доверяет, опросите всех по поводу жалоб и предложений. Оформите тезисно, завтра утром обсудим. Ну вот видите, ничего страшного.

Выводит на том же стикере: «Коммерческое предложение».

И ниже подписывается: «3 Моря».

Двигает листочек в мою сторону. Видимо, чтобы я смотрела на записку, дабы убедиться, что не привиделось. И вместо того, чтобы разорвать стикер и швырнуть гаду в лицо, я молчу. Просто... не знаю, не готова была к такому, поэтому теряюсь. На моем языке болтаются фразы:

Гордись этим, если больше нечем.

Всего лишь избалованный психопат, от которого нормальным людям стоит держаться подальше.

Какое было животное, такое и осталось. Хотя, животное - это слишком щедрая похвала.

И ни одна вдруг не звучит уместно.

В тот момент, когда я, наконец, готова обороняться, он решает не нападать. Беру стикер со стола, дверь вновь открывается. Матвей Андреевич ставит перед нами два стакана с водой.

- Чуток расплескал, пока нес со второго этажа. Надо везде поставить кулеры, Захар. Задолбаешься бегать вверх-вниз.

- Кулеры здесь далеко не главная проблема. Я в некотором недоумении от того, как много надо, - откидывается на спинку кресла и трет лицо. - Какие дыры в бюджете. Они отгуляли зимний корпоратив в «Астории», но арендуют УЗИ-аппарат по ставке, от которой у меня дергается глаз. А освещение на втором этаже? Ты сейчас ходил, обратил внимание? Если не выключить половину ламп, у пациентов начнутся мигрени.

- Ну вот. А с мигренью как раз на твой третий этаж - продумано.

Морев бросает в зама долгий взгляд, хотя шутка, на мой взгляд, нормальная.

Матвей Андреевич качает головой и выдает насмешливо:

- Ладно, а что там за корпоратив? Софи Максимовна, это была, надеюсь, не ваша идея, как финдиректора?

Жар ударяет в щеки, и я развожу руками. Не думаю, что будет уместно перед новым начальством хаять предыдущее, но когда Семенов забронировал тот ресторан, мы с Ольгой Андреевной рвали на себе волосы.

- Не пугай мне девочку, она и так на грани, - отмахивается Морев. - Сейчас будет все по-другому.

- Ты сегодня вообще к шуткам не расположен.

- Не факт, что лучше, - встреваю я. Тоже мне амазонка: тявкнула из-за угла, словно мелкая собачонка.

- Не факт, - соглашается Морев. - Но текущая система сама себя убила, поэтому вариантов нет.

С этими словами он встает и идет на меня. Машинально зажмуриваюсь, но Морев не сдергивает с меня очки, не толкает и даже не плюется. Проходит мимо прямо к выходу.

Краем глаза отмечаю реакцию Матвея Андреевича на мою эмоцию. Он насторожился.

- Софи Максимовна, идемте, - зовет беззаботно Морев и, когда мы выходим из кабинета, врубает все свое обаяние.

- Уважаемые коллеги, - улыбается, и все, словно завороженные, замолкают и тоже ему улыбаются. - Спасибо всем, вы очень помогаете. Сегодня с вами продолжит говорить Софи Максимовна, она в курсе проблем и сильных сторон «Искреннего сердца». Не стесняйтесь, каждое мнение сегодня важно, и к каждому мы прислушаемся, - льет им в уши. Быстро сжимает мои плечи, я каменею, и он убирает руки. - И проведите голосование за смену названия.

Вновь морщится, а получив ответную реакцию, возвращается в кабинет.

Последнее, что я слышу, прежде чем закрывается дверь:

- Не лучше? - голос зама.

- Будто горю заживо.

О чём это он?...

- Софи Максимовна, я подготовила список, но хотела бы лично дополнить, - говорит одна из эстетистов.

- У меня накопилось с десяток вопросов.

- Мне нужно точно знать, будет ли у меня личный кабинет. Этот вопрос принципиальный.

- Пойдемте. Я все запишу.

Перед тем, как продолжить проводить интервью, сидя в своем неплохом стеклянном кабинете в удобном кресле, я ещё раз смотрю на стикер.

Икс два - это очень много. Не могу сказать, что мы с дочкой нуждаемся, я из кожи вон лезу, чтобы она не чувствовала себя ущемленной хоть в чем-то! Но правда в том, что ипотека и кредиты на мебель съедают половину зарплаты. Лиза родилась в бабушкиной квартире - небольшой старой-престарой двушке, которая располагалась на пятом этаже дома, в подъезде которого странно пахнет. Лифта не было. Соседи частенько буянили, дрались и мусорили. Я родилась в той же самой квартире и в какой-то момент после рождения ребёнка вдруг поняла, что ситуация может повториться, и Лиза окажется ее заложницей. Волосы встали дыбом.

Надо что-то менять.

Мой ребёнок будет расти в других условиях.

Сейчас мы живем в новеньком доме, двор которого огорожен забором - лишний не зайдет, клумбы летом утопают в цветах, подъезд выложен сверкающей плиткой под мрамор, а в лифте огромное зеркало. Лиза не помнит того подъезда, и я этим горжусь.

Деньги не главное, это правда. Но если я три месяца проработаю здесь, то смогу закрыть кредит за кухню и оплатить нам с дочкой поездку на море.

Качаю головой. Не понимаю, зачем ему это надо. Если он подпишет трудовой договор, то не сможет не заплатить. Ни один суд не встанет на его сторону. Хочет повесить на меня долги? Подсунуть серую схему? Вряд ли у него получится, я всегда читаю то, что подписываю, а теперь утрою внимание.

Приставать? От этой мысли вдруг начинаю смеяться. Вот был бы прикол. Нет, его высочество не полезет под юбку к убогой.

Заходит первый коллега, и я сминаю стикер в руке. Хорошая идея - как бы невзначай оставить его на столе, тем самым пустить слух, что можно просить об удвоении зарплаты. Неплохая месть - перед уходом внести в коллектив раскол, всех перессорить. И я всеми руками и ногами за! Какая я коварная! В теории. А на практике - почему-то убираю его в сумку.

Завтра утром мы снова увидимся - он будет ждать результаты собеседований, а я морально подготовлюсь. И задам ему прямой вопрос: помнит ли он меня. Хватит мучить себя недосказанностью.

 Глава 6

- Мама, ты только не нервничай.

Лизе восемь, и она пока не понимает, какая именно фраза