Яблочко раздора в академии невест - Нелли Штерн

– О чем ты просишь меня, сокровище? – в предвкушении чувственной игры он улыбнулся так порочно и возбуждающе, что я со свистом выдохнула, а пальчики на ногах поджались сами собой.

Император ждал моего ответа, дразня шершавой подушечкой вход в лоно.

– Возьми меня, – проговорила вслух свое желание.

– Все что пожелаешь, моя императрица, – он жарко сверкнул глазами и подался вперед, закидывая мои ноги себе на спину.

Его упругий горячий член уперся в развилку и надавил, раздвигая мокрые складочки.

– О, боги! – прохрипела испуганно, ощущая невероятную растянутость. – Ты просто огромный!

– Тш-ш-ш-ш-ш, сладкая, расслабься. Я не причиню тебе боли, только удовольствие, – мягко проговорил он, спуская мои пятки на кровать. – Вот так, – шептал Дарион хрипло, тихонько раскачиваясь вперед и назад. – Почувствуй меня!

Его указательный палец опустился мне на губы, надавливая, требуя впустить. Я поддалась, вбирая его в рот и лаская языком.

– М-м-м-м, девочка, не искушай меня, я и так с трудом сдерживаюсь, чтобы не ворваться в тебя на всю длину, так глубоко, как только возможно, – горячечно выдохнул он, впиваясь губами в мои губы.

Вместе с легким опасением меня захлестнула волна дикого предвкушения. Мне и самой необходимо было почувствовать прямо сейчас его такого твердого и большого внутри, как плотно он будет растягивать меня, идеально совпадая с моим телом.

Дарион был нетороплив и очень внимателен, хотя я видела, как тяжело ему давался этот жесткий контроль. Он то и дело замирал и крупно вздрагивал всем телом. Его красивое лицо было напряжено. Глаза закрывались, длинные темные ресницы трепетали, смуглые скулы украшал румянец возбуждения. Мой император был великолепен, и я сама тянулась к нему, как мотылек летела на его огонь. Но в отличие от глупого насекомого, я плавилась в его лепестках, распаляясь все сильнее. Я почти ощущала его мимолетные жгучие поцелуи на коже, словно там и впрямь распускались огненные цветы, лаская мое тело вместе с чуткими руками.

– Девочка моя, – шептал он перемкнутым горлом и тяжело сглотнул.

Его бедра все также неумолимо и плавно покачивались. Твердая горячая плоть проникала все глубже, скользя во влажном лоне. Он положил ладонь мне на щеку, топя в бесконечной нежности и восхищении. Этот взгляд обезоруживал, ставил на колени и возносил к небесам. Такой уязвимый в своей проникновенной откровенности! Сильный и одновременно сомневающийся. Зато во мне больше не осталось сомнений. Мы принадлежим друг другу, так решили боги и магия, но и мы сами выбрали друг друга, совпадая, как идеальные части общего узора.

Окончательно расслабляясь, я подняла голову, вонзаясь в его приоткрытые в удивлении губы и развела бедра шире, впуская его до конца. Оплела руками мощную шею, перебирала жесткие чуть волнистые пряди и целовала… целовала… будто от нашего горячего долгого поцелуя зависело сейчас все. Оторвись мы друг от друга, и мир рухнет, просто перестанет существовать.

Дарион вжался в меня еще чуть сильнее и замер, наслаждаясь звенящим моментом единения.

– О, боги! – сладко простонал он и качнул бедрами… еще… и снова…

Его размашистые глубокие движения сводили с ума. Это что-то невероятное! Я потеряла счет времени совершенно растворяясь в ощущениях сильного мощного тела надо мной, его правильной тяжести, хриплого дыхания и шепота, проникновенного, волнующего:

– Вот так… любимая моя… сладкая… узенькая какая… кончить готов, как юнец.

Я закусила губу и с предвкушающей улыбкой проговорила:

– Хочу быть сверху…

Контрольный в голову. Темные зрачки расширились, затапливая почти всю янтарную радужку. Император замер на секунду, обжигая меня дикой страстью и предвкушением, а потом резким рывком перевернул нас обоих. Он все еще был во мне, такой же бескомпромиссно твердый. Мышцы под бархатной кожей перекатывались, буквально приковывая мой жадный взгляд. Идеальный! Невероятный! Такой, что дух захватывает. Опустила ладони на красивые кубики пресса, едва не мурлыкая от удовольствия, и описала бедрами восьмерку. Дарион зашипел и подкинул ягодицы мне навстречу. Даже так он не хотел отпускать контроль. Крепко ухватил меня за талию и прижал, не позволяя двигаться. Серия яростных толчков… он буквально пронзал меня. Я запрокинула голову и застонала, цепляясь за его пальцы.

– Вот так, малыш, – довольно рыкнул он.

Его ладони прочертили огненную дорожку от моих ключиц до пупка и еще ниже, чувственно обвел подушечками напряженный узелок, погладил раскрытую промежность, вызывая в моем теле неконтролируемую дрожь.

– Дар, – протянула сладко, выгибаясь ему навстречу.

– Да, любимая! – вторил мне император. – Хочу тебя еще.

Он облизал грешные губы и снова подкинул бедра. Император играл на моем теле яркую страстную мелодию, словно виртуозный музыкант. Он был неутомим, раз за разом вознося меня к небесам. Его ладони клеймили мое тело яростным огнем, Дар забирал себе всю меня, отдавая не меньше в ответ. Он поднялся, прижимая меня к своему совершенному телу и впился губами в губы, дурманя разум. Прикрыла глаза. В этой сладкой темноте вспыхивали звезды. Я видела его пламенную сущность. Он приподнял меня… поворот… парение… ощущение влажных простыней под коленями и его твердость, снова растягивающая мое трепещущее лоно сзади. Бесконечно медленно… мучительно… Каждое мое нервное окончание молило о разрядке.

– Пожалуйста, – бессвязно бормотала, подавая бедрами ему навстречу.

– Все, что угодно, моя императрица, – искушающе протянул он и вошел до самого конца, словно пронзая меня.

В ушах зазвенело, перед глазами разверзлась сама бездна, угрожая утянуть меня в свою глубину, но он не позволил. Толчок… еще один… и еще на грани боли и невозможного удовольствия. Позвоночник опалило жаром. Внутри меня взрывались галактики, умирали звезды. Освобождение, настолько мощное, невероятное, накрыло меня. Тело вздрогнуло, я громко застонала. Мне вторил феникс, нежно обнимая мое обмякшее тело. Его удовольствие крохотными электрическими зарядами пробежало по коже. Все еще твердый член пульсировал глубоко внутри. Он прижал меня спиной к своей груди, где громко билось большое, сильное, любящее сердце, и осыпал сладкими поцелуями плечи и спину.

– Невероятная… моя... – шептал он, я счастливо улыбалась и откидывала голову ему на плечо, подставляя шею под изысканную ласку.

Внезапный холодок пробежал по разгоряченному телу, дразня чувствительную кожу груди и острые вершинки.

– Это невозможная мука – чувствовать твою страсть, твое возбуждение, огонек, и не сметь присоединиться.

– Фаб, – прошептала я и распахнула глаза.

Мой змей стоял на коленях передо мной. Он был прекрасен в своей абсолютной наготе. Черные волосы блестящей шелковой волной