Драконье счастье - Марина Ефиминюк

— Дай гарантию, владыка, что не отправишь меня на эшафот. — Обрюзгший, лысоватый процентщик поднял на Киана глубоко посаженные глаза.

— Моего слова достаточно?

— Я не знаю, где он ее держит. Он не сумел найти драконов, готовых связаться с владыкой. Дворцовые стражи не в счет — они из его клана, и должны были пустить тебя по ложному следу. С твоей женой мои люди, и я велел привезти ее в Валлею в целости и сохранности. Думал оставить магичку себе. Может, с тобой поторговаться. Ты тогда задел меня, владыка. Очень сильно…

Виктор растянул губы в издевательской улыбке, понимая, что даже в вонючей тюремной камере, именно он кейрим. Киану нестерпимо хотелось свернуть ему шею.

— Я почти готов забрать свое слово, — вымолвил он.

— Ярвуд, — коротко сдал подельника Виктор. — Эвер Ярвуд украл твою жену…

Выходя из королевской тюрьмы, он приказал дворцовой страже разрушить замок Ярвудов до основания, если клан начнет сопротивляться аресту главы.

В середине ночи, ближе к рассвету, распахнулись портальные ворота дворца. В центре зала Фрейз и Оттави крепко держали сбежавших стражей, видимо, укрывшихся в замке. Перед ними, высоко подняв голову, с презрительным видом стоял старик Ярвуд. Змеиные глаза метали молнии.

— Твои стражи окружили мой замок, ворвались в мои покои! — посмел поднять он голос на кейрима. — Ты сошел с ума?!

— Определенно, — тихо произнес тот.

Взгляд застила красная пелена. Киан стремительно пересек зал и, не произнося ни слова, сдавил горло старика дрожащими от ярости пальцами. Ярвуд явно не ожидал от сдержанного кейрима открытого нападения.

— Твое право мне солгать, старик, — прошипел он. — Но, изрыгая ложь, помни: я вырву твой клан с корнями и выставлю с Фьорета. Они станут скитальцами, без рода и гнезда.

— Не смей мне грозить! — Хрипя и цепляясь за руку Киана, он все равно умудрялся источать надменность.

— Похоже, что я грожу? — вкрадчиво уточнил кейрим. — Я даю обещание, и у тебя только одна попытка, чтобы спасти свою семью от изгнания. Где она?

От нехватки воздуха советник покрывался красными пятнами. На коже выступили драконьи покровы: усыпали кляксами лицо и кисти рук, протянулись по пальцам до самых ногтей.

— Заброшенный храм Трех ветров! — выдохнул он. — На северном крае острова!

— На землях Ярвудов? Там, где ее якобы искали твои драконы?

Киан резко разжал пальцы. Старик пошатнулся и едва не упал, но никто не кинулся ему помогать.

— В дворцовую темницу их, — бросил Киан находу.

На рассвете он наконец нашел исчезнувшее сокровище. Когда затерянный между лесов, заброшенный храм появился в поле зрения, крылья словно опалили кипятком. От ярости кейрим заревел и выдохнул пламя, затопив огненно-рыжим облаком небеса…

— О чем задумался, мой кейрим? — позвала его Анна с верхотуры.

— Ты закончила? — спросил он, поднимаясь с дивана.

— Да, картина сейчас проснется.

Пока Анна ловко слезала с лесов, пейзаж действительно ожил. Небо стало дымным, появился снег, а воды пролива потемнели.

— Отличная работа! — Киан подхватил жену за талию и крепко прижал к себе.

Когда-то их умные предки решили породниться и заключили магический договор. Вряд ли в то время они понимали, что вручат потомкам бесценный дар — счастье любить и быть любимыми. Простое драконье счастье.

ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

Иногда мне казалось, что Ульвин и Бриэм Тьер нас глубоко ненавидят. Они все время делали крайне странные подарки, которые ошибочно называли «оригинальными». На седьмую годовщину нашей с Кианом свадьбы дорогие друзья очень оригинально выписали из Родолесса художника Янгеля Подлунного и заказали ему наш семейный портрет. С натуры.

Всю натуру для начала следовало согнать в один зал, усадить на стулья минимум на пару часов и при этом ни в кого не плюнуть драконьим пламенем. Старшего Йорна придется заманивать хитростью и шантажом, младшего — запрещенным барабаном или, прости господи, бубном! В общем, уже на этапе планирования этого сложно организуемого действа, у меня начинал дергаться глаз.

Сразу видно, люди плохо представляли жизнь с занятым мужем-кейримом и четырехлетним бойким сыном. Их дочь, еще совсем малышка, лежала в люльке и не гоняла на самокате по широким коридорам с безмолвного попустительства смотрителя Вигдиса.

— Просто поверить не могу, что сейчас увижу живого Янгеля Подлунного! — прошептала Ирина, внезапно оказавшаяся поклонницей гения.

— Да, если бы он добрался до Фьорета мертвым, вышло бы неловко, — пробормотала я.

Наконец вспыхнули древние драконьи письмена на портальных воротах, створки медленно распахнулись. В центре зала под высоченным куполом стояла прехорошенькая блондинка, а Фрейз с Оттави с двух сторон держали высокого, худющего типа в аляповатом костюме и с агрессивным начесом на вихрастой башке.

Знаменитый Янгель Подлунный добрался до Фьорета в средней кондиции: не жив и не мертв. Очевидно, что бедняга страдал от жесткой портальной болезни.

— Добрый вечер, кайрими Анна. Меня зовут Данри, — прощебетала блондинка на прекрасном эсхире. — Благодарю, что вы доверили моему мужу рисовать ваш семейный портрет!

— Нужно скорее отнести… проводить вашего мужа в покои! — всполошилась я.

— Ох, все в порядке!

— Вообще, выглядит так, будто все не особо в порядке, — с сомнением заметила я.

— Ян ужасно переносит перемещения. Обычное дело. Поверьте, через пару часов он будет прекрасно себя чувствовать! Не волнуйтесь! — с мягкой улыбкой она пожала мои руки. — Но вы правы, сейчас он точно не сможет вас поприветствовать как полагается.

В этот момент гений художественного искусства окончательно позеленел лицом и что-то промычал на родолесском языке. Надеюсь, не просил позвать душеприказчика, чтобы написать завещание и уйти в лед на острове Фьорет.

— Привет, родной, — тихонечко поздоровалась с мужем Ирина, когда Фрейз протаскивал стонущего Янгеля Подлунного.

— Здравствуй, козочка, — пробубнил страж под нос.

Художник приходил в себя двое суток, что безмерно радовало Киана, как-то особенно загруженного в эти дни. Наконец великий момент настал, и гений выбрался из покоев! В сопровождении своей супруги он не вошел, а скорее ворвался в гостевую столовую, где третье утро подряд по случаю родолесских гостей накрывали завтраки.

Костюмчик на нем цвел лиловыми оттенками, начес агрессивно стоял колом. Он широко расставил худые руки и громко поприветствовал на чудовищном эсхире:

— Мой кейрим, огня тебе под хвост!

У Киана натуральным образом отпала челюсть. Я подавилась чаем.

—