Стон океана - Эмма Хамм

– Мой вкус? – Тяжело дыша, она смотрела, как Фортис спускается вниз по ее телу и его лицо оказывается между ее ног.

Ах, запах Алексии был просто божественным! Насыщенным, терпким, женственным – как он и предполагал. И все для него. Фортис облизнул губы, глядя на глубокий розовый цвет перед ним, а потом приступил.

Зачем описывать, что он собирается сделать, когда можно просто показать?

Вкус Алексии окутал его язык, и Фортис застонал в ее плоть. Выступы на его языке скользнули глубже, нашли бугорок повыше, от прикосновений к которому она выгнулась сильнее всего остального.

Люди – хрупкие существа, напомнил он сам себе как в тумане, ублажая Алексию языком. Хотелось открыть челюсть шире, обхватить ее ртом сильнее, чтобы он весь оказался покрыт ее вкусом. Хотелось обмазать ею грудь, загнать глубоко под чешую, чтобы никогда не забыть этот момент, в котором бедра Алексии крепко сжали его голову.

Мало. Все равно мало.

Ухватив ее бедра и впиваясь в кожу когтями до крови, Фортис поднял голову и поймал ее взгляд.

– Дыши, – напомнил он, прежде чем войти языком глубоко в нее.

Глава 35. Алексия

Она не знала, что творилось с ее телом. Одновременно все горело и было жутко ледяным. Алексия ни на чем не могла сосредоточиться, кроме ощущений между ног, ребристого языка Фортиса, всех его выступов и стремительно покидающего ее рассудка. Она дышала так тяжело, словно только что закончила пробежку.

Руки глубинника поднялись по ее бокам, когти царапнули кожу. Перед глазами вспыхнули звезды, потому что его язык внезапно оказался в ней целиком. Потом вышел, потом погрузился снова. Алексия чувствовала каждый рельефный выступ так четко.

– Твою мать, – всхлипнула она. Цензурных слов у нее не было. Все заполонило неописуемое ощущение растущего напряжения, требующего разрядки, совсем как в прошлый раз. Оно все росло и росло, требуя большего, что бы Фортис ни делал. Его язык изгибался, пальцы прижимались к чему-то в верхней части, к тому самому месту, где было так приятно, когда Алексия впервые коснулась себя сама.

И тут вторая когтистая рука поднялась и схватила ее за грудь, играя большим пальцем с соском. Все остальные ощущения и так уже не давали дышать.

Все залила белая горячая вспышка, прямо как в прошлый раз. Алексия знала, даже не сомневалась, что Фортис довел ее до оргазма. У нее и самой это получилось, и вот опять. Но почему-то все было настолько более ярким, когда это делал кто-то другой. Ощущение, которое она не контролировала, не прекращалось, нарастая снова и снова, пока не начало казаться, что оно ее сломает.

Алексия кончила с резким ругательством и таким сильным вздохом, что заныла грудь. Каждая мышца в теле сжалась, пока она погрузилась в волну наслаждения, втираясь бедрами в лицо Фортиса. Он застонал в нее, и Алексия знала, что он упивается ее удовольствием не меньше. Почему-то от этого оно продолжалось дольше. Она не могла дышать. Она едва существовала. Все это из-за него – что первый раз, что второй, – и она просто…

Теряла дар речи, поняла Алексия, приходя в себя после пика.

На этот раз, впрочем, она не почувствовала на себе его спермы. Открыв глаза, она увидела, что Фортис, вопреки ожиданиям, не кончил. Оба его члена были напряжены еще сильнее, чем в прошлый раз. Выглядели они болезненно – бледного цвета, но такие твердые, что наверняка это было больно.

– Я тоже хочу тебя коснуться, – хрипло сказала Алексия. – Нечестно, что пока только ты меня трогал.

Она видела, как Фортис мысленно спорит сам с собой. Он не хотел давать ей касаться себя, потому что ему явно и так все нравилось. Но похоть победила. Подхватив Алексию под руки, он чуть поднял ее и перекатился с ней на спину. Так просто. Одно движение, и внезапно она оказалась на глубиннике на четвереньках. Он все еще был между ее ног, но теперь перед ее глазами были и его члены, и напряженные мышцы живота.

Вот это зрелище! Алексия никогда даже не думала, что ее могут привлекать члены. Человеческие она видела неоднократно, и они всегда были не впечатляющими, мягкими штуковинами. Болтались у мужчины между ног, да и в поднятом состоянии особо ее не интересовали.

А вот эти? Впечатляюще огромные, сужающиеся к кончикам – теперь Алексия была уверена, что они в нее войдут, даже если это будет ее первый раз. Надо просто не торопиться.

Облизнув губы, она попыталась сделать то, что неоднократно делала на ее глазах Харлоу. Обвела член языком и взяла в рот самую головку. Честно говоря, больше у нее бы и не получилось. Водя языком по спирали, Алексия выпустила воздух и всосала его в себя со всей силы.

Фортис качнул бедрами и схватил ее за затылок, зарываясь пальцами в волосы и оттягивая ее назад.

– Осторожнее, вираго, или все закончится слишком быстро.

Но Алексии понравилась эта идея. Ей хотелось тоже лишить его способности соображать – прямо как он ее. Хотела, чтобы Фортис потерял дар речи от того, что́ она будет творить с ним руками и языком.

Обхватив основание члена обеими руками, она провела вверх и вниз по всей впечатляющей длине.

– Так лучше?

Их взгляды столкнулись, и Алексия видела, что Фортис вот-вот сорвется.

– Осторожно, – тихо сказал он. – Я не знаю, что начну творить, если выйду из-под контроля.

– Что-нибудь потрясное, я надеюсь, – пробормотала она и втянула его обратно в рот.

К черту осторожность! К черту попытки Фортиса делать все медленно и наслаждаться моментом! Алексия хотела по-другому. Она хотела, чтобы он взял ее грубо. Чтобы когти впивались в ее кожу и пускали ей кровь, пока он входит в нее своими членами. Фортис уже заставил ее кончить один раз, должен же он был знать, что она хочет еще.

Так что Алексия дразнила его, мучила, облизывала и сосала, пока сама не вымокла пуще прежнего, и изо всех сил старалась не думать о том, что делает глубинник.

Потому что он снова вошел в нее языком и принялся им ворочать, растягивая ее мышцы, словно пытаясь подготовить ее к грядущему. Его пальцы тут не годились, Алексия тоже это знала. Из-за перепонок он не мог войти в нее глубже, чем на коготь и одну фалангу. К его членам ее бы это никак не подготовило.

А она, кстати,