Один неверный шаг - Оливия Хейл

Я остаюсь дрожащей и ненасытной, а его рот все еще там, язык по-прежнему выписывает полукруги вокруг клитора, а палец ласкает меня внутри, и он нужен мне.

— Нейт, — говорю я и тянусь вниз. Я хочу, чтобы он был полностью на мне, во мне, но тот не двигается. Все еще зажат между моих бедер, а рот движется по чувствительной коже.

— Нейт, — настаиваю я. — Я хочу почувствовать тебя внутри.

— Не раньше, чем кончишь еще раз.

— Нет, сейчас, — я тяжело дышу от усилий, пытаясь потянуть его за плечи, но не продвигаюсь ни на йоту. Затем Нейт медленно проводит плоской стороной языка по клитору, и я снова падаю на роскошный густой ворс. — Черт возьми, — бросаю я в потолок. — Почему тебе так трудно получить собственное удовольствие?

Язык на мгновение замирает.

— Что ты имеешь в виду?

— Все всегда крутится вокруг меня, — я приподнимаюсь на локтях и смотрю на Нейта, устроившегося между моих бедер. Это одно из самых горячих зрелищ, что видела в жизни. Его глаза темные и пламенные, руки широко разводят мои ноги. — Я хочу, чтобы ты тоже кончил, и сильно. Мне понравилось доводить тебя до оргазма в ванной.

— Потому что мне нужно контролировать себя, — говорит он, впиваясь в меня взглядом почти черных глаз. Огромные руки сильнее сжимают бедра. — Харпер, я очень долго думал о разных способах, которыми хотел бы обладать тобой, и не намерен торопить события.

Мои брови взлетают вверх.

— Думал?

— Да, — произносит он грубо. — Ты думаешь, я не хочу трахнуть тебя на этом полу до потери сознания? Нагнуть через тот диван или прижать к стене в душе?

Я не могу дышать. Не могу говорить.

Он проводит пальцами по моей киске, останавливаясь, чтобы погрузить один глубоко внутрь.

— Я же сказал. Я буду ненасытен, как только мы начнем.

— Я не против, — шепчу я. Слова даются с трудом.

Его губы растягиваются в той самой кривой ухмылке, которую люблю больше всего.

— Запомни свои слова.

— Запомню. Нейт, я хочу, чтобы ты сорвался.

Он прижимается лбом к моему бедру. Горячее дыхание посылает дрожь по моей коже. Его плечи напряжены.

Секунда. Две...

А затем смотрит на меня с такой ненасытностью, что все внутри сжимается.

— Ты пьешь таблетки, — говорит он. — А я никогда не занимался сексом без презерватива. Я чист.

— Не занимался? — выдыхаю я.

Он снова качает головой.

— Сегодня я кончу внутрь тебя. Столько раз, сколько смогу. Если ты против, скажи...

— Я не против, — быстро выпаливаю я. — Да. Пожалуйста.

Следует еще одна из тех кривых ухмылок, и Нейт приподнимается на коленях. Сидит между моих раздвинутых бедер, с растрепанными волосами и наполовину расстегнутой белой рубашкой.

— Пожалуйста, — повторяет он. — Кажется, мне нравится, когда ты это произносишь.

Я снимаю блузку и позволяю той упасть на пол.

— Пожалуйста.

Его глаза вспыхивают, блуждая по моему телу. Я раскинулась перед ним и не чувствую ни капли смущения. Полумрак в комнате и благоговение в его глазах делают это невозможным.

Он расстегивает оставшиеся пуговицы рубашки и сбрасывает ее.

— До кровати мы доберемся позже, — заверяет он и хватается за ремень. Я смотрю, как Нейт снимает его, пока грудь тяжело вздымается. Как расстегивает ширинку и стаскивает брюки.

Член вырывается на свободу. Он выглядит возбужденным докрасна, головка почти багровая и влажная. Кажется, это одна из тех болезненных, ноющих эрекций.

Нейт хватает меня за бедра и подтягивает ближе. На мне все еще короткая юбка, которая теперь превратилась просто в пояс на талии.

Он обхватывает себя рукой и проводит головкой члена по моим складкам. Мы оба наблюдаем за этим движением, и я содрогаюсь, когда он задевает клитор.

— Харпер, — Нейт приставляет расширенную головку к моему входу. Голос звучит мучительно и вырывается почти стоном. — После этой ночи ты будешь моей.

И затем толкается внутрь.

От внезапной полноты у меня перехватывает дыхание. Он втискивается глубже, сантиметр за сантиметром растягивая самым восхитительным образом. Погрузившись до упора, он замирает, а руки сжимают мои бедра.

Глаза Нейта закрыты, а на скулах разливается яркий румянец. Он стоит на коленях между моих бедер, будто молится.

Будто поклоняется.

Я издаю тихий жалобный звук. Двигайся, думаю я. Мне нужно, чтобы ты двигался.

Его глаза открываются, и Нейт начинает. Он вращает бедрами в медленном, изнуряющем ритме, и от этого угла мое дыхание становится коротким и быстрым. Кажется, с каждым толчком давит на ту самую точку внутри.

Его большой палец находит мой клитор и надавливает, создавая постоянное давление. Все, что я могу — это тяжело дышать и держаться, руки скребут по мягкому ковролину в поисках хоть какой-то опоры. И все это время его глаза прикованы ко мне. К соскам, животу, бедрам, моим глазам, губам и к тому месту, где входит в меня.

Я чувствую себя опьяненной от его взгляда.

Движения бедер ускоряются, на лбу выступает испарина. В этот момент я понимаю, что он все еще сдерживается.

Все еще пытается контролировать неконтролируемое.

— Нейт, — шепчу я и тянусь вверх, сжимая грудь, выгибая спину. Я никогда не делала этого раньше, никогда не стремилась устроить представление, но это кажется забавным. Освобождающим, интуитивным, и я не думаю. Просто существую.

Движения Нейта сбиваются. Проходит всего мгновение, и он уже оказывается на мне. Руки упираются по бокам от головы, а бедра двигаются быстро и сильно, необузданно, безо всякого тщательного планирования.

Он действительно вколачивает меня в пол.

Я обвиваю его ногой, и ритмичные толчки снова сбиваются, становясь рваными. Глаза закрываются, а лицо напрягается. Резкие толчки заставляют его задевать клитор, и я снова кончаю, совершенно ошеломленная оргазмом. Мой вздох превращается в стон, а пальцы — в когти на его плечах.

Нейт рычит, и вот тоже кончает. Он стонет при каждой пульсации члена, при каждом резком движении бедер, а когда все заканчивается, обрушивается на меня всем телом.

Он тяжелый, и это ощущение восхитительно — чувствовать себя пригвозжденной к земле. Я обхватываю его обеими ногами и крепче прижимаю к себе.

— Хорошо, — наконец бормочет он, целуя меня в щеку. Приподнимается на локте. — Ты не была ни капельки тихой.

Краска заливает мое лицо.

— Ой. Извини.

Нейт качает головой, и кривая ухмылка возвращается. Внутри себя я уже чувствую, как он снова становится твердым.

— Никогда не извиняйся за это. В следующий раз я хочу заставить тебя кричать громче, — говорит он. — Давай шокируем весь Париж, Харп.

31. Нейт

Я просыпаюсь от того, что сонная Харпер ерзает в