Один неверный шаг - Оливия Хейл

Я никогда раньше такого не делала.

Я продолжаю смотреть в глаза Яношу, кивая всему, что он говорит, и скольжу пальцами ног вверх по голени Нейта. Нахожу его колено, затем внутреннюю сторону бедра, прижимая стопу ближе к паху.

Нейт издает сдавленный звук и тянется к вину.

— Ты в порядке? — спрашивает Янош.

— Да. Все в порядке. Просто... колом встало, — говорит он. — Мясо, я имею в виду. Баранина жесткая.

— О, мне очень жаль, — искренне говорит Тьерри. — Стоит позвать официанта. Это место славится своим...

Нейт отмахивается от его предложений.

— Нет-нет, все нормально, — говорит он, откладывая вилку.

Пока он расспрашивает Тьерри о предстоящей конференции в Копенгагене, рука Нейта исчезает под столом и обхватывает мою лодыжку стальной хваткой.

Удерживая ее на месте.

Он бросает на меня мрачный взгляд.

Я широко улыбаюсь.

— Копенгаген? Ты поедешь?

— Возможно, — говорит он. Голос звучит необычайно напряженно.

Тьерри, сидящий рядом, слегка толкает меня в плечо.

— Вам стоит поехать с ним, если будет время. Это прекрасный город, Копенгаген. Совсем не похож на Париж или Лондон. Он действительно уникален.

— Это неплохая идея, — говорю я и снова смотрю на Нейта.

— Конечно, неплохая, — подхватывает Янош. — Прекрасная леди — лучший спутник в путешествии.

Оба улыбаются нам, как паре. Этот намек, явное ожидание в их глазах вызывают тепло в груди.

Нейт смотрит на меня, пока под столом большой палец медленно выводит круги на моей икре.

— Безусловно, — констатирует он. Но затем делает несколько быстрых движений пальцем по моей коже, и я слышу то, что Нейт не может произнести вслух: «Если она будет вести себя прилично».

Я прячу улыбку в салфетке.

Когда все заканчивают с основным блюдом и заказывают еще одну бутылку вина, я извиняюсь и выхожу из-за стола. Нейт наблюдает, как я встаю и поправляю юбку, чтобы убедиться, что все прикрыто. Я улыбаюсь ему перед тем, как уйти. Я не использую вибратор на этом восхитительном мужчине, но определенно выбиваю Нейта из колеи, и мне никогда еще так не нравилось кого-то дразнить.

Я чувствую себя потрясающе, зная, что он хочет меня.

И что не стесняется говорить об этом или показывать, насколько сильно. Я спрашиваю официанта, где уборная, и он указывает в конец зала.

Пробираясь между столиками, я в итоге оказываюсь в небольшом коридоре с двумя дверьми, на которых четко обозначено: «М» и «Ж».

Когда открываю дверь в женский туалет, чья-то рука ложится рядом с моей на деревянную поверхность.

— Заходи внутрь, — говорит Нейт.

Мы оба оказываемся в маленькой красной комнате, и Нейт запирает дверь. Это красивая уборная, под стать интерьеру снаружи, с приглушенным светом и обоями в стиле будуара.

Руки Нейта находят мою талию.

— Ты сегодня просто безумна.

— Да? Или свожу тебя с ума?

— А есть разница? — спрашивает он охрипшим голосом. — Иногда кажется, что мы — один и тот же человек, — его руки скользят по моей блузке, по бедрам, вниз к ягодицам. Пальцы находят край юбки. — Мне нужно проверить.

Дыхание раскаляется примерно на миллиард градусов.

— Я сказала правду.

— Может, и сказала, — грубо роняет он и начинает задирать юбку. — А может, сидя там и касаясь сиденья голой киской, была готова наклониться за салфеткой и показать Тьерри все, что принадлежит мне.

Я вцепляюсь в его плечи. Жар уже течет по венам, обжигая кожу.

— Ты действительно собираешься проверить.

— Я действительно собираюсь проверить, — говорит он прямо мне в губы, и рука проскальзывает между ног.

30. Харпер

Ладонь полностью накрывает меня там.

— Черт, — бормочет он. — Ты не солгала.

Я приподнимаюсь на цыпочки и прижимаюсь губами к его уху.

— Я бы никогда тебе не солгала.

Нейт снова ругается, и пальцы приходят в движение, поглаживая мои складки. Он прижимает большой палец к клитору, и волна наслаждения разливается по всему телу.

— Знаешь, — произносит он, едва касаясь губами раковины моего уха, пока рука продолжает ласкать киску, — у нас ведь еще не было секса.

Дыхание становится частым и поверхностным.

— Знаю.

— Если вытворяешь такое... значит ли это, что ты хочешь? Потому что, касаясь тебя вот так... — он проводит длинным пальцем вдоль моей щели, останавливаясь на клиторе, — и узнав, какой сладкой ты можешь быть... — пальцы начинают описывать круги, — невольно задаюсь вопросом, каково будет тебе принять член.

— О-х, — выдыхаю я. Руки крепко вцепляются в плечи Нейта. Через его плечо я вижу дверь уборной. Все еще закрытую и запертую. Ограждающую от всех остальных. Мысль о закрытой двери заставляет сердце биться так часто, что слышу грохот в самой груди. — Может, стоит... попробовать. Давай вычеркнем пункт номер... тринадцать.

Переспать с кем-то, кто мне не подходит.

Но все, что делаю с ним, кажется подходящим и правильным.

— Попробовать, — бормочет он. — Никаких «попробовать» не будет, Харп. Как только мы займемся сексом... — его пальцы покидают клитор. Скользят ниже, поглаживая, а затем Нейт вталкивает два пальца внутрь. Мои глаза прикрываются от сладостного ощущения.

— Да? — шепчу я.

Он сгибает их внутри.

— Наша близость не будет разовой акцией. Ты ведь это понимаешь? Как только я узнаю, насколько это приятно — так же, как сейчас сжимать пальцы — ты будешь нужна мне снова и снова. А мы живем вместе, малышка. Так что это будет часто. Каждый день. Каждый чертов день.

Меня еще никогда так не заводило, как рядом с ним. На премьере фильма. На заднем сиденье машины. На жестком кафельном полу в душе. Тело будто полностью сдается ему. Каждый импульс, жажда, все, что я чувствую... Мозг полностью отключается. И я просто растворяюсь в моменте.

— Ты справишься с этим, Харпер? — спрашивает он. Голос звучит у самого уха, щека прижата к моей. Я глубоко вдыхаю, и для меня не существует ничего, кроме него — этого мужчины, запаха его одеколона и мыла. — Оргазм за оргазмом, за оргазмом...

— Звучит тяжело, — выдыхаю я.

— Тяжело будет скрыть стояк, это уж точно, — бормочет он. — Черт, ты безумно мне необходима.

Мой голос звучит едва слышно.

— Тогда возьми меня.

— Не здесь, — говорит он и снова чертыхается. Пальцы все еще внутри меня, восхитительно плотные, но все же недостаточные, медленно поглаживают изнутри. — Когда трахну тебя в первый раз, я хочу иметь возможность видеть тебя. Полностью.

— Тогда вези в отель.

Он целует меня одну жаркую секунду, а затем вынимает пальцы. От внезапной потери перехватывает дыхание.

— Жаль, что нет с собой той игрушки, — бормочет он. Затем, не разрывая нашего пристального взгляда, отправляет