Услуга за услугу - Нат Челони

— Она права, Джу. Ты изнуряешь себя, и тебе нужен отдых, — возразил Винс. — Ты можешь остаться с ней или прийти ко мне. Обещаю, я верну тебя утром.

Их слова могли бы остаться неуслышанными. Было немыслимо, чтобы Джулия оставила Дома, когда он боролся за свою жизнь.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Было раннее утро. Изможденный от стресса и недостатка сна, Бран решил, что пришло время сообщить новость своей тете, и он тянул время. Жизнь с мужем выковала из нее самую суровую женщину, которую знал Бран, но он боялся ее реакции. Как можно рассказать матери о том, что жизнь ее единственного сына висит на волоске?

После ночи без осложнений состояние Дома было стабильным, что было хорошим знаком, заверил его врач. Бран был сильно потрясен видом лежащего на кровати тела Дома, которое он заметил через открытую дверь, пока получал новости от хирурга. Слезы навернулись на глаза, и он прижал кулак к губам.

— При тяжелых GSW всегда есть осложнения, — сказал врач. — Тем не менее, это зависит от общего состояния здоровья пациента, а до проникающей травмы он был в отличном физическом состоянии. Пока он хорошо справляется. Сейчас мы даем ему седативные и обезболивающие.

Но все равно критично.

Бран не думал, что кто-то окажется настолько безумным, чтобы проскользнуть через отделение интенсивной терапии, чтобы закончить работу, но он был рад, когда Медицинский центр направил в отделение своего охранника, поскольку это было дело об убийстве.

Джоуи и Хаби вместе с двумя мужчинами остались в вестибюле, чтобы проверить, кто вошел и вышел.

— Я иду к тете. Позвони мне, если что-нибудь услышишь, ладно? — сказал Бран Джоуи, выходя.

Он надеялся, что никто не был настолько глуп, чтобы позвонить его тете из сочувствия и шокировать ее. Люди иногда бывают такими бесчувственными и беспечными. Удивительно, как быстро распространяются новости. Телефон Брана не переставал звонить, и он чертовски долго пытался удержать обеспокоенных родственников, деловых партнеров и друзей Дома от скопления людей в этом месте.

— Ты говорил с Пепом? — спросил Джонни, пока они шли через парковку BMC.

Бран кивнул. Он позвонил Пепу в панике, как только услышал о стрельбе. Старший мужчина был вне себя от беспокойства, готовый присоединиться к ним в больнице, но они оба согласились, что будет лучше, если он не появится. Присутствие бывшего советника преступной семьи свяжет дело с убийством, связанным с мафией, а это было последнее, чего они хотели. Ситуация и так была достаточно плохой, учитывая, что за ними следовали детективы, а двое любопытных репортеров, которых они обнаружили, шныряли в поисках сенсации. И это было только начало.

Бран отпер машину и сел за руль, а Джонни пристегнулся рядом с ним.

— Я не могу в это поверить. — Джонни покачал головой после нескольких минут молчания. — Несмотря на все наши защитные меры, мы крупно облажались, не так ли?

Они облажались. Руки Брана сжались на руле. Они позорно подвели человека, который был им как брат. А что, если Дом не... Его мускулы напряглись.

— Я понятия не имел о Доме и о ней, понимаешь? Я имею в виду, я думал, что это просто интрижка. Так много вещей имеют смысл в его поведении, — сказал Джонни, и на его лице отразилось благоговение. — И она ждет. Вот это паршивое время.

— Откуда ты знаешь?

Джонни пожал плечами. — Слышал, как она разговаривала со своей подругой.

Бран задумался. Его тетя обязательно увидит Джулию, так что ей придется рассказать о ней. Может, ему даже стоит рассказать ей о ребенке, чтобы смягчить удар.

Дом Франчески был под круглосуточной охраной. Люди Джоуи заняли серый фургон, припаркованный через дорогу. Они знали, что он и Джонни прибудут. Подъехав к фургону, Бран заглушил двигатель.

— Я сейчас вернусь, — сказал он Джонни и выбрался из машины.

Франческа встретила его в халате и тапочках, очевидно, только что встав с постели на завтрак. Один взгляд на необычно мрачное лицо племянника, и ее рука потянулась к горлу.

— Что случилось? — спросила она и побледнела как полотно, когда он мягко сообщил ей эту новость. — О, Боже. Я знала это. Я знала.

— Ну, ну, — Бран держал ее на руках, боясь, что она ударит его.

— Сейчас он стабилен. Врачи говорят, что он уже прошел критическую фазу, — солгал он, отчаяние тяготило его. Он ожидал, что она будет плакать и кричать, но она не проронила ни слезинки, и эта молчаливая, сдерживаемая тоска пугала его.

— Отведи меня к нему. Дерни за любые возможные ниточки, чтобы они пустили меня к нему. — Она вырвалась от него. — Я оденусь, — сказала она и скрылась в своей спальне. Бран не стал долго ждать, так как она была готова в мгновение ока.

Увидев, как дрожат ее руки, когда она схватила пальто с вешалки, он прочистил горло и сказал: — Послушай, тетя. Тебе нужно кое-что узнать, прежде чем мы уйдем. У Дома гостит женщина.

Это привлекло ее внимание. — Какая женщина? — Франческа моргнула.

Он сказал ей. — И между ними все серьезно. — Он улыбнулся в ее потрясенный взгляд. — Это не мой секрет, и я не должен тебе этого говорить, но, черт возьми, я думаю, нет ничего плохого, если ты узнаешь это от меня. Ты станешь бабушкой.

— О, Боже! — Она зажала рот рукой, и из ее глаз хлынули слезы. — Правда? — Громко всхлипнув, она разразилась потоком вопросов на смеси английского и итальянского. — Но как? Когда и где они познакомились? Как долго это продолжается? Когда она должна родить? Почему он не сказал мне или тебе?

— Я не мог. Они держали это в секрете.

Волна удивления и надежды на ее лице сменила отчаяние, которое было минуту назад, и Бран был рад, что она смогла выплеснуть свои эмоции. Он рассказал ей все, что знал, по дороге в медицинский центр.

— Сукин сын, они снова здесь, — пробормотал Джонни себе под нос, как только они вошли в вестибюль и увидели, как детективы разговаривают с Джоуи.

— Иди, поговори с ними, — сказал ему Бран и повел тетю на пост медсестер, чтобы ее перевели в отделение интенсивной терапии.

Две вещи поразили Франческу одновременно и едва не заставили ее упасть на колени: неподвижное тело ее сына, перевязанное вокруг груди и подключенное к нескольким аппаратам и капельницам, и молодая женщина, дремавшая в кресле-качалке рядом с его кроватью, ее рука покровительственно обнимала его руку.

Доменико, губы