Любовь, которую ты примешь - Рина Сивая

В его глазах вспыхнула злоба, но я видел и нечто другое – страх. Страх перед тем, что его жалкие попытки уколоть меня провалились, и теперь он остался с носом. – Она сделала неправильный выбор, – прошипел Агилар, но его голос дрогнул. – О, я с этим полностью согласен, – парировал я, наслаждаясь его растерянностью. – Ей следовало выбрать кого-то… безопасного. Посредственного. Такого, как вы. Кто не станет бросать вызов и не посмеет требовать от нее большего. К счастью, у нее хватило ума не вестись на скучную предсказуемость. Мария тихо хмыкнула, прижимаясь щекой к моему плечу. Она давала мне право вести эту дуэль за ее честь и не собиралась мешать. Впрочем, как и помогать – но это точно было бы лишним. – Ты… – Карлос попытался что-то сказать, но я перебил его без зазрений совести. – Советую остановиться, пока ваша репутация не пострадала еще сильнее, – мягко, но недвусмысленно заметил я. – Или вам мало того, что все в этом зале уже видят, как вы пытаетесь унизить женщину, которая вас отвергла? Я видел, как он окинул взглядом окружающее пространство, и по его лицу промелькнула тень. Несколько человек действительно наблюдали за нашей сценой с нескрываемым любопытством. – На этом разговор считаю законченным, – не став дожидаться ответной ремарки, заключил я и обратился к Рири. – Пойдем. Хочу перед сном просмотреть кое-какие документы по последнему тендеру Мартенов. Внезапно появились сомнения в надежности одного из подрядчиков. Я видел, как на мгновение глаза Карлоса расширились – он понял, что своими словами подставлял не только себя, и что я не собирался мелочиться. Если мне кто-то не нравился, я его устранял – всеми возможными способами. А младший Агилар категорически меня не устраивал, особенно тем, что в каждую встречу он пытался очернить Марию. – Вы не можете, – Карлос шагнул вперед, но я уже обходил его по дуге, утягивая за собой Солер. – Могу, сеньор Агилар. И сделаю. Хорошего вам вечера, передавайте привет отцу. Мы развернулись и пошли прочь, оставив его в гордом одиночестве. Я чувствовал его взгляд на своей спине – жгучий, полный бессильной ярости. Но это меня больше не касалось. Он сделал свой выбор, когда решил оскорбить мою женщину. Теперь ему предстояло жить с последствиями. Всю дорогу до лифта Мария прижималась ко мне, и пусть я не видел, но буквально кожей чувствовал ее улыбку. Она была довольная моим поведением. И мне это… нравилось. Не мое заступничество, а ее удовлетворение от него. – Ты действительно пересмотришь тендер? – тихо спросила она, пока мы ждали кабину. – Возможно, – я пожал плечами. – В любом случае попрошу Розу проверить документы – лишним не будет. А если уж она в них что-то найдет, дальше решать Мартенам. Солер покачала головой, признавая и мое право, и мое заключение. А после, шагнув в лифт, резко развернулась и поцеловала меня: внезапно, бескомпромиссно, путаясь пальцами в волосах на моем затылке. – Спасибо, – когда воздух в легких закончился, произнесла она, поднимая на меня свой горящий взгляд. – Что стал моим рыцарем. Я улыбнулся. Такая – покорная, но счастливая – Рири нравилась мне не меньше той, что сносила мои барьеры одной только фразой. – Никто не имеет права задевать мою женщину, – подтвердил я, все еще чувствуя вкус ее помады на своих губах. – Надо же, – ее ответная улыбка стала шире. – Я уже не девочка и не девушка, а твоя женщина? Я усмехнулся. Умела она положить на лопатки одним вопросом. – До тех пор, пока ты не выкинешь что-нибудь эдакое, – оставил себе лазейку. Зря. Суда по мелькнувшей в глазах цвета хмурого неба идее, «что-нибудь эдакое» Мария Солер уже придумала. – Думаю, я согласна побыть и твоей девушкой, и твоей девочкой. Особенно если ты будешь таскать меня на руках – как тогда, после аварии, помнишь? О, я прекрасно помнил, как она взобралась на меня точно обезьянка. Но еще до того, как я ответил, Мария закинула руки мне за шею и подпрыгнула, практически вынуждая меня подхватить ее. Что же. Я сам разрешил ей вешаться мне на шею. Пришла пора пожинать плоды. – Похоже, с женщиной я все-таки погорячился, – должно было прозвучать разочарованно, но глупая улыбка на моем лице все портила. Рири рассмеялась, довольная своей победой, и прижалась своей щекой к моей. Ее ноги обвились вокруг моих бедер так естественно, словно здесь ей и было самое место – в моих объятиях. – Ага, – прошептала она мне на ухо, пока я нес ее в номер. – Твоя женщина точно так бы не поступила. Она бы гордо прошла рядом. А твоя девочка… ей нравится, когда ее носят. А мне внезапно нравилось ее носить – еще одно послание всему миру, подтверждающее мои права на Марию Солер. Поэтому черт с ней, пусть демонстрирует наши отношения всем попало. Кажется, в этом все-таки была какая-то своя, незнакомая мне раньше прелесть.

Глава 36. Мария Солер

Глава 36. Мария Солер

Разумеется, по возвращении из Парижа меня ждал серьезный разговор с родственниками – со всеми, не только с Диего. Потому что этот великовозрастный засранец растрепал и Хави, и Саре, что их любимая младшая сестренка замутила шашни не просто с взрослым мужиком, а с самим Арнау Сера. Спокойнее всех к моему выбору отнеслась сестра. Она ограничилась телефонным звонком: поинтересовалась, как меня так угораздило и посоветовала не обольщаться лишний раз – мол, такие, как Арнау, обычно рассчитывают на мимолетное увлечение, а не семью и детей. Хавьер явился лично – недовольный. Долго расхаживал по моей кухне, размахивал руками и предлагал познакомить со своими друзьями, которые старше меня не больше чем на десять лет. Я слушала молча, потягивая кофе. А когда брат выдохся, спросила у него: – Скажи мне честно, Хави: я выгляжу несчастной? Он осмотрел меня пристально, но я прекрасно знала, что именно он увидит на моем лице. Счастье. Потому что каждое утро, просыпаясь или в компании Арнау, или одна, я чувствовала именно это: безграничное, нереальное счастье. Счастье от того, что у меня есть любимый мужчина, в котором я уверена. И пусть он не готов был назвать меня любимой, я верила, что все у нас впереди. – Если он тебя обидит, я сброшу гирю на его БМВ, – сдался