Любовь, которую ты примешь - Рина Сивая

дожидаясь ответа, она вернулась в свою вотчину, оставив меня с глупой улыбкой на лице. Похвала от Розы Монтойя стоила больше, чем любое повышение. Это было признание на ее собственном, суровом языке. А недовольные взгляды… их осталось потерпеть всего три недели. Зато потом – только я, Арнау и суровые уроки от Паулы, половину которых я выучила заранее. Это будет лучший новый год в моей жизни. Я даже не сомневалась.

Глава 37. Арнау Серра

Глава 37. Арнау Серра

– Как ты думаешь, если я поменяю тематику блога, насколько сильно это по мне ударит? Мы сидели в моей гостиной. Точнее, я – сидел, пристроив ноутбук на колени и рассматривая документы для завтрашнего слушания, а Мария лежала на животе, отвоевав себе всю остальную часть дивана. Ее тонкие щиколотки постоянно перекрещивались в воздухе, и это сильно отвлекало, но почему-то не вызывало никакого желания попросить остановиться. Уже часа полтора мы прекрасно сосуществовали в этой мирной атмосфере. Рири не мешала меня работать, уткнувшись в свой телефон. Единственное, о чем она попросила – тихо включить музыку, и я согласился, хоть вкус на песни у нас с ней разительно отличался. Но мне доставляло удовольствие то, как Солер тихонько подпевала себе под нос или забавно двигала головой или бедрами, пританцовывая. Такие вечера меня неожиданно… умиротворяли. Мария оказалась на удивление мудрой женщиной, несмотря на свой возраст. Она не пыталась устанавливать свои правила на моей территории, не тащила сюда горы своих вещей, хоть и ночевала у меня не меньше трех ночей в неделю. Только завела себе зубную щетку, фен и собственные шампунь, гель для душа и еще пару тюбиков, которые хранила в шкафчике под зеркалом – куда я вообще не заглядывал. При этом она не отказывалась от работы по моему дому: запустить стирку, погладить мою рубашки, загрузить посудомойку, сменить полотенца в ванной. Порой я ловил себя на мысли, что в моей квартире Солер ориентируется лучше, чем я сам, и на секунду я замирал, пытаясь понять, как к этому отношусь. Ведь я не любил, когда лезли в мое личное пространство. Но Мария в него не лезла. Она в нем растворялась, становилась своей, естественной, привычной. Не-чужой. Словно она всегда была тут, на моем диване, на моей кухне, в моей постели. И, кажется, я был не против, чтобы она осталась здесь насовсем. – Зачем тебе ее менять? – я вернулся взглядом к экрану, когда понял, что слишком уж сосредоточен на заднице в миниатюрных шортах. Губы начинали пересыхать, а в штанах становилось предательски тесно. Это мы тоже уже проходили, поэтому я постарался отвлечься, пока моя работа не пошла по одному месту – тому самому, что тянуло, точно магнитом. – У тебя договора и реклама. Мне казалось, тебя все устраивает. Я не был фанатом основного блога Марии Солер, где она рассказывала про моду и косметику, но знал, что многие сотрудницы в офисе его читали. Меня куда больше прельщал тот, второй аккаунт, в котором Рири делилась по-настоящему личными вещами. Там я не пропускал ни одной публикации, правда, больше не палил себя лайками. – Устраивает, – признала Мария и села, сложив ноги по-турецки. – Но мне кажется, с учетом моей работы твоим личным помощником, он будет выглядеть несколько легкомысленно. Я закрыл ноутбук и отложил его в сторону. Этот разговор явно требовал моего полного внимания. – Легкомысленно, – повторил я, изучая задумчивое лицо. В глазах Солер читалась не просто неуверенность – было что-то более глубокое. Желание соответствовать. Не моим ожиданиям – своим собственным, новым представлениям о себе. – Ты думаешь, я нанял тебя из-за твоего блога? – Нет, – она покачала головой, и прядь волос упала на лицо. Она машинально откинула ее назад. – Но теперь я буду частью твоего имиджа. Твоего бренда. А у твоего бренда, – она сделала паузу, подбирая слова, – определенный уровень солидности. Я рассмеялся. – Мой «бренд», как ты это называешь, построен на моей репутации. А моя репутация – на результатах. Ни один из моих клиентов не придет проверять твою страничку, прежде чем подписать контракт. А если и придет, – я пожал плечами, – то увидит умную, стильную женщину с широким кругозором. Что в этом плохого? Сомнения в серых глазах быстро сменились блеском. – Ты… правда считаешь меня умной и стильной женщиной с широким кругозором? – уточнила Рири, закусывая губу. Вероятно, она сочла мои слова комплиментом, но это было совсем не так. Мои заявления – всегда подтвержденный факт. В данном случае – не только мной, но еще и тремя сотнями тысяч подписчиков. – Иначе я бы этого не говорил. Рири поджала губы, пытаясь удержать задорную улыбку, но все-таки не выдержала и бросилась мне на шею – я едва успел отставить ноутбук, чтобы она его не снесла, когда опускалась на мои колени. В такие моменты яркой стрелой проносилось воспоминание, в котором я сам разрешил Марии подобные фокусы, а вслед за ним приходила даже не мысль – уверенность, что это было чертовски правильное решение. То, как она искренне искала моей ласки или предлагала свою – нечто невероятное. Восхитительное. Что-то, чего я никогда не ждал, но что каждый раз пробивало меня до основания и запускало волны тепла в груди. – Знаешь, – оторвавшись от моих губ, произнесла эта удивительная девушка, – слышать от тебя «женщина» очень приятно после того, сколько раз ты назвал меня девчонкой. – Может, именно для этого я и называл, – усмехнулся я, скользя руками по тонкой талии и выше. – Чтобы сыграть на контрасте. – А вы хитрец, сеньор Серра! – не скрывая восхищения, произнесла моя ураганная девочка. – Учусь у вас, сеньорита Солер. – Возможно, стоит попробовать завести еще один аккаунт, – спустя сорок минут продолжила прерванную тему Мария, когда мы уже лежали в постели. Даже я уже выкинул работу из головы, смирившись, что сегодня досмотреть документы не удастся, а она все еще думала о чем-то, устроив голову на моем плече. – Такой, с внутренней адвокатской кухней. Думаю, найдутся те, кому будет это интересно. – Анонимный? – уточнил я, проводя рукой по ее обнаженному плечу. Идея была не лишена смысла. Подобные блоги набирали популярность, а ее живой, ироничный стиль мог привлечь внимание. – Нет, – она покачала головой, и волосы защекотали мне кожу. – От своего имени.