Снега Ниссы - Изабелла Халиди

— Тебе это нравится?

Смеясь над невозможностью ситуации, в которой она оказалась, Дуна в очередной раз провела пальцами по бархатистой гладкой шее Шаха, погружая их внутрь, когда она гладила легендарного хищника из легенд.

— Как я уже сказал, он, кажется, очень увлечен вами, леди Дамарис, — сказал король Лукан из-за ее спины, его голос был полон решимости.

— Похоже, что да. Хотя он не первый дикий зверь, который ведет себя так, — сказала она, ее мысли вернулись к тому ужасному волку, который мурлыкал, когда она гладила его. — Я никогда даже не слышала о подобных случаях, когда дикие существа так реагировали на людей. Интересно, означает ли это что-нибудь.

Король Лукан молча обдумал ее признание.

— Я помню одну легенду, которую читал, когда был маленьким мальчиком. Теперь, имейте в виду, это было много веков назад, так что мои воспоминания могут быть не совсем точными.

Она пожала плечами.

— Я бы хотела это услышать, Ваше Величество.

— Ну, — начал он, — в сказаниях говорится, что когда-то существовал бог-защитник, известный как Тот, Кто Спасает, или Чародей, который считался повелителем диких зверей и боевого оружия. В нем утверждалось, что он особенно искусно обращался с луком и стрелами, преследуя и убивая опасных животных, которые угрожали человеку, особенно детям.

— Что с ним случилось? Я думала, боги бессмертны и, следовательно, никогда не смогут умереть, — сказала она, все еще поглаживая хищную птицу, лежащую перед ней.

— Если я правильно помню, — сказал монарх, — было написано, что король Нкоси провозгласил его всеобщим богом защиты от всех болезней и вредоносной магии, при этом дав ему другое имя, таким образом оставив его предыдущую роль вакантной до тех пор, пока титул не будет присвоен новому богу, — он замолчал, пытаясь восстановить свои воспоминания.

Дуна задумалась над словами короля, прокручивая их в голове.

— Ты предлагаешь мне претендовать на эту роль? — посмеиваясь про себя над своим нелепо саркастичным замечанием, она добавила: — Шутки в сторону, я очень сомневаюсь, что оказываю такое чарующее воздействие на диких животных, Ваше Величество. Два таких примера не делают это общим правилом.

Когда мужчина не ответил, она повернула голову, чтобы спросить, что происходит, но короля там не было. Куда он делся?

Обойдя массивные горизонтальные каменные солнечные часы, стоявшие в центре террасы, Дуна направилась обратно в королевские покои, оставив Шаха сидеть снаружи.

Осмотрев обширное помещение, она обнаружила короля, сидящего на мягкой скамье, склонившегося над тяжелым томом в кожаном переплете. Он что-то читал, его глаза скользили по древнему тексту.

Он вскинул голову, его синие глаза уставились на Дуну.

— Что это? — спросила она. — Что вы нашли?

Король Лукан сидел совершенно неподвижно, его грудь едва двигалась, когда он делал натужные вдохи. Его руки дрожали, он отчаянно пытался удержать объемистую книгу, лежавшую у него на коленях.

— Я… я нашел его имя, — заикаясь, пробормотал он, пытаясь восстановить хоть какое-то самообладание, его глаза еще раз пробормотали слова, когда он бормотал себе под нос: — Я не могу в это поверить. Она была права.

Дуна стояла и ждала, делая вид, что не расслышала последнюю фразу.

Терпение лопнуло.

— Ну, и что же это? Его имя?

Король побледнел, костяшки его пальцев тоже изменили цвет, когда он открыл рот и тихо пробормотал так, что только Дуна могла услышать:

— Его звали Шед, — его взгляд пронзил ее насквозь. — Спаситель.



Дуну выпроводили из королевских покоев, как только она убедила Шаха вернуться в его гнездо. Могучая птица неохотно покидала ее, как будто опасность притаилась прямо за углом, ожидая, пока она останется одна, прежде чем наброситься.

Она не понимала этого, этой странной связи, которая была у нее с птицей. Было ли простым совпадением, что Дуна наткнулась на гнездо орла-гарпии в тропическом лесу? Или Шах почувствовал ее и после этого искал?

Это была такая дикая идея, что Дуна громко рассмеялась, направляясь на тренировочную площадку в Белом дворце.

Петра и Микелла набросились друг на друга, как две дикие кошки, готовые перегрызть друг другу глотки в любой момент. Обе женщины были грозными противницами, безжалостными и неумолимыми в своих нападениях.

— Как прошла твоя прогулка по тропическому лесу, Дуна? — Микелла защебетала, когда Дуна подошла к паре. — Я слышала, ты познакомилась с нашим Птичьим Королем.

— Кто тебе это сказал?

Женщина-воин ухмыльнулась, оценивающе глядя на нее из-за своего меча.

— Все в городе знают. Тебя видели верхом на спине Шаха в небе Ниссии. Ты на самом деле стала настоящей легендой, — убирая меч в ножны, она добавила: — Его Высочество не очень доволен всем этим.

— Это смешно, ему не на что злиться, — сказала Дуна, уперев руки в бедра. — Кроме того, у меня не было выбора. Зверь практически толкнул меня к себе на спину. Оставалось либо это, либо быть съеденной.

Она повернулась к Петре, прочищая горло.

— Есть кое-что, о чем я хотела с тобой поговорить.

— Просто по-дружески предупреждаю, — вмешалась Микелла. — Я позволю вам, леди, поговорить наедине.

Слегка поклонившись в шею, она вернула свое оружие на стену и неторопливо вышла из тренировочного зала.

— Это проблема, я скажу тебе прямо сейчас.

Петра указала концом своего меча в направлении, в котором только что ушла темноволосая женщина.

— Она что-то скрывает. И я готова поспорить, что это как-то связано с твоим принцем.

Дуна приподняла дугообразную бровь, сморщив черты лица в замешательстве.

— Мадир? Они как брат с сестрой, все в порядке.

— Тогда почему они всегда говорят вполголоса, когда я их вижу, только для того, чтобы быстро закончить разговор и заставить Микеллу отойти от него? И, черт возьми, из-за чего он так разозлился? — она покачала головой. — Что-то не так. Я просто чувствую это нутром.

— Да, хорошо, я позволю тебе разобраться с этим самой. Я хотела поговорить с тобой о нашей поездке в Скифию, — Дуна сделала паузу, глубоко вздохнув. — Я…

— Вообще-то, планы изменились. В конце концов, мы не поедем в Скифию, — положив свой меч обратно на подставку, Петра повернулась к ней. — Брор получила послание этим утром. Генерал вызвал нас в Навахо. Мы уезжаем утром.

Уставившись на женщину, Дуна с трудом свыклась с тем, что только что слетело с губ ее подруги.

— Я не поеду с тобой, — сказала она, вздернув подбородок. — Я решила остаться здесь, в Моринье.

— Что? Почему? — рыжая воительница внимательно посмотрела на нее, ее глаза были полны замешательства. — Это как-то связано с тем принцем?

Когда ответа не последовало, она