Когда имеешь дело с драконами - Дана Свифт

мы были как Джеффри и Шелли: признались в чувствах и просто начали встречаться. Хочу выбрать его, но без ощущения, что при этом придется скрывать другие части себя, вечно притворяться и лгать.

Я подхожу к двери чердака, надеясь, что Джеймса еще нет дома. Тогда я смогу выполнить просьбу Шелли, не оставаясь с ним наедине. Ведь в прошлый раз, когда мы остались одни… Я не знаю, что произойдет, если это повторится.

Дверь распахивается, и на пороге стоит он. Темно-серый костюм, фиолетовый галстук – идеально подходит к моему платью. Его кудри выглядят аккуратнее. Я замираю, пораженная его неотразимостью.

Джеймс тоже застывает, увидев меня. Сердце замедляется в нервном ожидании его реакции. Он видел это платье раньше, когда я, охваченная паникой, держала его в руках. Но теперь оно сидит идеально, а швея добавила подкладки, сделав мою фигуру по-настоящему пропорциональной. И, по просьбе Шелли, я прикрепила накидку, чтобы вырез держался на месте.

– Привет, – выдыхаю я.

– Привет, – повторяет он. – Ты выглядишь…

– Ты тоже, – перебиваю я, махнув рукой. – Ты выглядишь…

Мой смех вызывает его улыбку.

– Ты выглядишь прекрасно, Уолш.

– Шелли сказала прийти и забрать тебя. Я не совсем понимаю зачем, – лгу я.

Его взгляд скользит по моему платью, по накидке. Он прикусывает губу, улыбаясь.

– Я знаю зачем. Хочешь зайти на секунду? – Он открывает дверь шире.

– Я не уверена, что…

– Поверь мне, я делаю только то, чего хотела бы Шелли.

Я осторожно вхожу, сердце колотится от волнения, когда он закрывает дверь. Мой взгляд невольно скользит к кровати, но я тут же возвращаю его к Джеймсу. Боже мой, почему это так нервирует? Неужели он всегда чувствовал себя так, когда мы оставались наедине?

– Так почему Шелли решила, что я не смогу прийти на свадьбу без сопровождения?

Он ухмыляется.

– Ну ты же знаешь, как мало она обо мне думает.

Я смеюсь, понимая всю иронию ситуации. Как же сильно моя семья и друзья любят Джеймса. Это горько-сладкое чувство. Все было бы так просто – просто парень и девушка, которые нравятся друг другу, если бы только мир был другим.

– Шелли хотела дать тебе выбор.

Я выныриваю из своих мыслей:

– Что?

Он указывает на мои плечи:

– Ты, скорее всего, откажешься, но я сшил тебе накидку. Я рассказал Шелли о ней два дня назад. Она просто хочет, чтобы ты ее увидела, чтобы у тебя был выбор надеть ее.

– Ты не мог…

Теперь я ясно понимаю замысел Шелли. Она хотела, чтобы я сняла свою накидку и надела его. Маленькая сваха работает даже в свой свадебный день.

– Твоя прекрасна. Но ты… ты хочешь увидеть, что я для тебя сделал?

Мой мозг затуманен эмоциями, я лишь киваю. Пока Джеймс поворачивается за коробкой и вытаскивает ее из-под кровати, я решаю разрядить напряжение юмором.

– Посмотрим, – говорю я с нарочитой, изысканной металлической высокомерностью. – Но, как ты знаешь, я ношу только лучшее, поэтому ожидаю того же.

Джеймс оборачивается с коробкой в руках, улыбаясь. Он ставит ее на стол с тихим стуком.

– Похоже, у тебя хороший вкус. Вероятно, это не достойно тебя и даже твоей критики. Но для меня будет честью услышать твои мысли о том, как я могу отточить свое мастерство.

Я машу рукой, погружаясь в роль глубже, чем ожидала.

– Да. Да, покажи мне.

Джеймс открывает коробку и эффектным жестом приглашает взглянуть.

Шутка улетучивается, моя притворная бравада и высокомерие тают. Я знаю, что он смотрит на меня, но не могу отвести глаз от медной накидки, покоящейся на фиолетовом бархате. Я думала, она будет просто отличаться от моей. Но нет, это… это самое великолепное исполнение, которое я когда-либо видела. Без драконьей чешуи или цветов, задняя металлическая часть выкована в виде бесконечного городского пейзажа. В этом резном небе кружат три дракона. Хотя они и не выглядят детенышами, я точно знаю, что это Зилар, Электрум и Ория. Он поворачивает металлическую работу в коробке, чтобы показать переднюю сторону. Оба плеча напоминают драконьи крылья. Это знакомый мне дизайн, но детализация и изысканность крыльев просто поражают… Я осторожно провожу пальцами по гладким линиям.

– Джеймс, – выдыхаю я. – Я не могу. Я не могу это носить.

Он становится очень серьезным.

– Думаю, я правильно снял мерки.

Я смеюсь над абсурдностью его предположения, что я говорю именно о размерах.

– Шелли и Джеффри сразу поймут.

– Пусть знают. Они уже в курсе.

Это действительно так. По тому, как Шелли чуть ли не вытолкнула меня за дверь, желая, чтобы я выбрала работу Джеймса, все понятно. И мои родители тоже в курсе, даже если мы стараемся скрыть наши отношения.

– Они на нашей стороне. Или, ну… – Он улыбается. – На моей стороне точно.

– Они мои друзья.

– И как я говорил тебе множество раз, я располагаю к себе. – Его мальчишеская улыбка с ямочками обезоруживает меня. – Остальным можешь сказать, что эту накидку ты сделала сама.

– И кто в это поверит?

– Любой, кто знает тебя по-настоящему.

От комплимента у меня перехватывает дыхание.

– Хотелось бы увидеть тебя в ней, – говорит Джеймс.

Я понимаю, что между нами всего один шаг.

Не знаю, откуда берется смелость, но я делаю шаг навстречу и говорю:

– Сначала тебе придется снять эту.

Теперь он замирает, сглатывая от желания.

Он расстегивает застежки, и я чувствую, как тяжесть металла вот-вот упадет мне на спину. Но Джеймс не позволяет этому случиться. Его пальцы касаются моих ключиц, когда он снимает медь.

Прикрепляя накидку, он не скупится на прикосновения. Его пальцы ласкают мою шею, очерчивают ключицы, задерживаясь на мгновение, пока ткань не укрывает меня. Затем костяшки его пальцев скользят к вырезу платья, где предстоит закрепить металлическое украшение в петлях. Это движение одновременно функционально и завораживающе.

Моя кожа горит, дыхание становится прерывистым. Я осмеливаюсь поднять взгляд, и его глаза полностью сосредоточены на мне, на тех застежках, которые он колеблется застегнуть, словно боясь, что этот момент закончится. С мучительной медлительностью он продевает металл сквозь петли, фиксируя украшение. Теперь этот металл на мне – символ нашего негласного союза. В меньшем масштабе этот акт предвещает то, что Джеффри сделает через час, обещая себя Шелли.

Наконец Джеймс отступает, и возникает ощущение, будто мы целовались все это время, а не надевали украшение на мои плечи.

– Ты пойдешь со мной на эту свадьбу? – тихо спрашивает он.

– Если наши сделки останутся в силе?

В его глазах бушует шторм, словно одним лишь взглядом он мог бы разорвать все договоренности.

– Если наши сделки останутся в силе.

– Значит, снаружи мы