Когда имеешь дело с драконами - Дана Свифт

– Снаружи мы будем ненавидеть друг друга.

– А где-то еще?..

– Но где-то еще знай, что эту накидку я создал специально для тебя.

Глава 35. Когда идешь на свадьбу

ДЖЕЙМС

Первое свидание проходит удивительно гладко. Возможно, оно немного слишком откровенное, слишком интимное, но быть рядом с Фаррен, в любом качестве, – это то, о чем я мечтал всю жизнь. Теперь, когда я знаю, что она любит меня и приняла накидку, которую я для нее сделал, это кажется почти нереальным. Я чувствую себя безмерно счастливым.

Я стою достаточно близко, чтобы услышать, как ее мама замечает накидку:

– Это ты сделала, Фаррен? Я думала, ты выберешь что-то более простое.

– Я передумала и выбрала это.

Мама Фаррен щурится, пытаясь разглядеть.

– Ну, это великолепная работа.

Когда ее мать встречается со мной взглядом, я делаю вид, что увлечен стаканом воды, стараясь выглядеть невозмутимым, словно слова Фаррен не тронули меня. Но она действительно выбрала меня, и то, что она носит мое творение, наполняет меня глубоким удовлетворением.

Через несколько минут в воздухе разносится музыка – это наш сигнал. Я убираю улыбку с лица и надеваю привычную стоическую маску, но начинаю осознавать, что сдерживать горе легче, чем радость. Возможно, однажды мне не придется делать ни то ни другое.

– Давай покончим с этим, да? – притворно ворчу я, протягивая ей руку.

– Как скажешь, – отвечает Фаррен, обвивая мою руку своей.

Шелли и Джеффри выбрали ровный участок у холмистого утеса, недалеко от своего дома. Они позволили красоте своего двора говорить самой за себя: лишь легкая россыпь фиолетовых лепестков украсила проход, а белые стулья аккуратно расставлены на траве по обе стороны. Океан виднеется вдали, создавая приятный синий контраст с зеленью. Просто. Элегантно. Приветливо.

Когда мы с Фаррен идем по проходу рука об руку, мой разум наполняется мыслями о нашей собственной свадьбе. Слишком быстро мы расстаемся: я направляюсь к Джеффри, а Фаррен – к Шелли. Затем доктор Уолш ведет Шелли к алтарю. Она выглядит более чем здоровой и счастливой.

Музыка затихает, и начинается церемония.

Железо плотно обвивает их запястья, соединяя их в единое целое. Это древняя традиция: драконий металл, сплетенный вокруг рук так, что уже невозможно различить, чье железо кому принадлежит. Именно отсюда и пошло выражение: «металлы не должны смешиваться». Если бы они были разными, каждый мог бы видеть, где заканчивается один металл и начинается другой. Не было бы единства. Один всегда был бы сильнее другого, что порождало бы напряжение. Но я мечтаю о дне, когда золото и серебро обовьют наши запястья с Фаррен.

Я выныриваю из своих грез, чтобы услышать клятвы. Воздух наполнен словами о любви, единстве и партнерстве.

– Шелли Прайс, я клянусь быть рядом с тобой с этого дня и до конца нашей жизни.

– Джеффри Дейли, я обещаю быть рядом с тобой с этого дня и до конца нашей жизни.

Я стараюсь не смотреть на Фаррен, но наши взгляды встречаются. Она уже смотрит на меня. Я не могу отвести глаз и почти пропускаю момент поцелуя, пока из толпы не раздаются аплодисменты.

После церемонии нас с Фаррен затягивает водоворот фотосессий. Небольшая группа гостей направляется к дому Джеффри и Шелли, где на улице накрыты столы. Меня втягивают в общение. Я в основном разговариваю с клиентами, которых мы встретили, объезжая близлежащие фермы. Я уклоняюсь от вопросов о будущем и стажировке в заповеднике. Большинство гостей, осознав, что я не Фаррен Уолш, которая могла болтать с кем угодно и о чем угодно, особенно о драконах, быстро заканчивают разговор.

– Ты всегда утверждаешь, что такой общительный, но никто не хочет с тобой разговаривать… – Фаррен внезапно появляется рядом.

– Ну ты же разговариваешь со мной. Не смогла найти никого получше?

Она фыркает, затем оглядывается и уводит меня за коттедж, туда, где нас никто не увидит. Наконец-то мы снова одни.

– Привет, – говорит Фаррен, ее щеки заливает румянец.

– Привет, – отвечаю я, позволяя своей маске растаять. Мои истинные чувства начинают проявляться.

– Свадьба была хорошей, правда?

– Я не мог сосредоточиться на большей части, – признаюсь я.

Фаррен отворачивается, не желая подыгрывать моему намеку. Или, скорее, факту, ведь она тоже смотрела на меня.

– Мне нравятся эти цветы. У Шелли отличный вкус, – говорит она вместо этого.

Я оцениваю обстановку: короткая дорожка к алтарю за ее плечом, полевые цветы во множестве оттенков фиолетового. Понял.

– Что это за взгляд? Почему кажется, будто ты делаешь заметки? – смеется она.

Я улыбаюсь:

– Потому что так и есть.

Ее глаза расширяются.

– Ты не можешь просто… не можешь говорить такие вещи.

– Почему нет?

– Потому что.

Мне стоит огромных усилий не сказать, что у нас будет своя дорожка, усыпанная лепестками, если она этого хочет. Я не должен слишком много играть с Фаррен, но бо́льшую часть времени я не играю. Сейчас точно.

Взгляд Фаррен внезапно устремляется к скалам, ее брови сдвигаются.

– Что случилось? – спрашиваю я.

– Ты подумаешь, что я преувеличиваю, но я беспокоюсь о них. Это единственный день, когда мы не проверили их со времен твоего отца и…

– И ты волнуешься, – заканчиваю я.

Она вздыхает:

– Да.

– Тогда пойдем.

– Прямо сейчас?

Я тоже не против проверить их. Оглядываюсь по сторонам на вечеринке – никто не обращает на нас внимания. Но я знаю: если откажусь от ее предложения, нам придется расстаться на этот вечер, прекратить общение. Мы не сможем притворяться, что ненавидим друг друга, если проведем всю ночь вместе.

– К тому же там я смогу с тобой потанцевать, – добавляет она.

Я увожу ее от шумной толпы, и мы направляемся по дороге. Как только гости остаются позади, Фаррен хватает меня за руку. Наши пальцы переплетаются, когда мы спускаемся по скалам. Даже в сгущающихся сумерках это намного легче, чем под дождем и в тревоге.

Мы проскальзываем в пещеру, и нас окутывает прохлада. Это чувство ассоциируется у меня с безопасностью, с той маленькой семьей, которой мы стали. Нити поднимает голову, когда мы входим, но снова ложится, заметив, что это только мы. Мне нравится, как расслабленно она ведет себя рядом со мной в последнее время. Осмелюсь сказать, даже нежно.

Огни фейлингов вспыхивают чуть раньше обычного, их разноцветное сияние играет на накидке Фаррен, заставляя ее мерцать, а платье – сверкать.

– Ты потанцуешь со мной? – спрашиваю я, и мой голос звучит тише, чем обычно.

– Тебе вообще нравится танцевать? – В ее глазах мелькает легкое сомнение.

– Мне нравится идея держать тебя