Кровь Олимпа - Кейт Ашер

Ту-дум.

Кульминация ярости моего сердца, задавала темп моему мстительному духу. Кронос больше не осквернит ни один город. Он больше не украдет ни одной души до того, как Смерть по праву заявит на них свои права, когда придет их истинный срок. И он больше не будет тратить время, дыша в этом мире или в любом другом.

Просто отправить его обратно в ледяные ямы Тартара было уже недостаточно.

Я уничтожу его. И тело, и душу.

— Спасайте всех, кого сможете! — крикнула я своей ожидающей армии. — Убивайте всё, что пытается убить вас. А если ваша боль утихнет и мир внезапно станет ярче — передавайте привет Танатосу, когда он отправит вас в следующее место.

Несколько приглушенных смешков эхом разнеслись в колышущейся тьме.

— Вы слышали нашу Королеву! — крикнул Арос. — Достать мечи! Щиты вверх! Копья вперед! Лучники наготове!

Келис и Афина повторили его команды по шеренгам.

Доверяя своих воинов в надежные руки, я в мгновение ока вскочила на Вел, взлетев по её передней лапе и опустившись в искусно сделанную сбрую, которую изготовил Арх. Как только мои бедра были зафиксированы кожаными ремнями, она пригнулась. Её мышцы напряглись в подготовке, и с новым ревом, на этот раз наполненным могучим сиянием фиолетового пламени, она прыгнула в небо, взмахнула кожистыми крыльями и вознесла нас высоко над горящим городом.

С нашей высоты, и благодаря заимствованному зрению дракона, мы смогли разглядеть, что по городу рыщут орды темных тварей, выхватывая смертных, как орлы выхватывают рыбу из мелководья. У них не было ни четкой стратегии, ни лидера. Безмозглые чудовища, одержимые желанием разорвать следующую цель на куски.

Велира приметила существо, полуволка-полуящерицу, которое выслеживало одинокую, совсем маленькую, фигурку неподалеку от центра города. Я огляделась: воины были рядом, но каждый был поглощен собственным боем, никто не видел, что вот-вот произойдет.

Прежде чем я успела хотя бы подумать её имя, Велира резко накренилась вниз и влево, пикируя по ровной дуге к земле.

«Ты забываешь, что мы неразрывно связаны, — сказала она, чувствуя мое замешательство.»

«Иногда я об этом забываю, да.»

«А иногда я жалею, что у тебя недостаточно самообладания, чтобы помнить об этом и блокировать меня.»

Я фыркнула.

«Двуногие занимаются сексом гораздо менее элегантно, чем те, у кого четыре ноги,» — фыркнула она.

«И откуда же ты это знаешь?» — усмехнулась я.

«Сейчас не время для вопросов, — прорычала она. — Сейчас время охоты.»

«Тогда потом.»

Она не удостоила меня ответом, вместо этого расправила крылья и рванула головой вниз, смыкая сияющие клыки на шее зверя. Тот умер мгновенно, так обычно и бывает, когда голову отделяют от тела.

Прежде чем мы успели отпраздновать спасение маленького стратосского мальчика от верной смерти, из-за угла выскочил другой тартарийский зверь, нацелившись на него.

— Угх! Они просто не заканчиваются!

«И мы будем отправлять их обратно в бездну.»

Я вызвала привычный вес теневого кинжала в одну ладонь, а в другой соткала длинную теневую веревку.

— Готова. На счет три… Два… Один!

Она перестала махать крыльями ровно на два удара сердца — этого времени мне хватило, чтобы запустить кинжал в воздух. Он кувыркался, пока аккуратно не вонзился в глаз волкоглавого хищника. В то же мгновение, когда я выпустила клинок, я выбросила левую руку вперед. Веревка пролетела по воздуху и обвилась вокруг тела ребенка, который всё еще стоял с открытым ртом посреди улицы. И когда крылья Велиры возобновили свой мерный ритм, мы взмыли высоко над зданиями, унося с собой связанного тенью мальчика.

Он закричал, когда его ноги оторвались от земли, отчаянно пытаясь вырваться из пут. Но мои тени не отпустили бы его, пока я не была бы готова.

Вел направилась к плоскому пустому песчаному пространству за границей города, куда бежали немногочисленные беженцы. Они закричали, когда она приблизилась, боясь погибнуть от языка дракона — дракона, который, как они не знали, готов был принять за них смерть.

Я заерзала в седле, их крики тяжелым грузом ложились на мои плечи.

«Не бойся, — успокоила Вел. — Они еще не знают меня. Они еще не знают нас. Но узнают.»

Сотня смертных сжалась в комок, когда Велира зависла над ними. К счастью, среди них я заметила высокую, стройную фигуру бога врачевания. Аполлон метался между людьми, перевязывая их раны так быстро, как только мог, а Гестия следовала за ним, помогая чем могла.

Когда я опустила мальчика в ждущие руки афинского воина, я встретилась взглядом с богом солнца. Быстрее, чем бегущий заяц, его правая рука взметнулась, складывая знаки в одно слово:

Приземляйся.

— Вел, Аполлон хочет, чтобы мы приземлились на мгновение.

«Как пожелаешь, хотя мои когти еще не пропитались кровью врагов.»

«Терпение, ты, кровожадное чудовище. День еще молод.»

Она издала низкий рык глубоко в горле, такой вибрирующий, что я почувствовала его ногами, но сделала, как я просила, и опустилась чуть южнее группы смертных.

Аполлон был рядом еще до того, как она успела сложить крылья. Не дожидаясь, пока я спущусь, его смуглые руки задвигались в воздухе с гораздо меньшим изяществом, чем я привыкла видеть.

Он здесь. Я чувствую его.

Кто? — ответила я жестами. — Кронос? — Моя кровь закипела от одной мысли о том, что этот фаллособразный бог-переросток может быть здесь… что сегодня может наступить день, когда я утолю свою жажду мести.

Аполлон покачал головой, золотые бусины в его дредах ловили солнечный свет.

Нет. Не Кронос… его брат.

Я нахмурилась, оглядываясь на горящий город. Я быстро просканировала его, ища то, что мы могли упустить, какую-то зацепку, указывающую на то, какого именно брата чувствует Аполлон.

— Ой! — рявкнула я на камешек, который приземлился мне на колени, успешно отскочив от головы, и яростно уставилась на бога, который посмел его бросить.

Прошу прощения, — он скривился. — Но ты лишняя меня возможности продолжить разговор, когда перевела взгляд на руины Геллеспонта. — Он поднял одну темную бровь в немом упреке.

У меня всё внутри екнуло, когда я осознала правоту его слов.

— Упс, — показала я жестами, поморщившись.

Его вторая бровь взлетела вверх. — Именно, «упс». В любом случае, ты заметила, что огонь горит без жара? Или что день настолько ослепительно ярок, что кажется, будто Гелиос сосредоточил всё свое внимание исключительно на нас?

Я обдумала его вопросы и с удивлением поняла, что он заметил то, что я не замечала, пока мне не указали.

— Гелиос здесь? Но он не брат Кроноса.

Аполлон скрестил руки на груди, давая мне возможность