Когда сталкиваются звезды - Сьюзен Элизабет Филлипс

— Деннис — это не Кристофер Марсден. Даже близко не он. Марсден опасный мерзавец. Деннис хороший человек.

— Но, может, не такой хороший для меня. Никогда не выходи замуж за человека, у которого нет собственной жизни, если только не хочешь, чтобы он взял на себя твою жизнь.

Оливия опустилась на табурет.

— Ты никогда мне этого не говорила. Вы с Деннисом — то, чего я всегда хотела для себя.

— Да знаю я и скажу, что от этого чувствую себя недовольной, титулованной, неблагодарной сукой. — Она схватила ложку и направила ее в лицо Оливии. — Завтра вечером ты будешь петь «Амнерис» хорошо до чертиков. Ты меня слышишь? Ты будешь царствовать на этой сцене. И не позволишь никому — ни Марсдену, ни Деннису, ни мне — ни на секунду больше украсть твой голос. Ты будешь петь, как никогда раньше, иначе я больше не буду с тобой разговаривать.

Рэйчел была не в том положении, чтобы угрожать, но Оливия поняла и слабо улыбнулась ей.

— Мне бы самой хотелось этого больше всего, но…

— Так сделай их всех! Не смей позволить этим придуркам победить.

* * *

Рэйчел поехала обратно в Индианаполис, а Оливия то переваривала сногсшибательные новости о супружеской жизни Рэйчел и Денниса, то мучилась по поводу завтрашнего выступления, то страдала по Таду. Когда неразбериха в голове стала совсем уж нестерпимой, Оливия уселась за компьютер, чем она и занималась периодически, когда ей следовало уже спать.

Ее браслет явно не был простым элементом костюма, согласно выдумке Юджина, или копией, как заявили ювелиры из Лас-Вегаса. Но украденные артефакты время от времени появлялись на аукционах. Все, что нужно было сделать руководству, это сослаться на неведение и попытаться вернуть вещь владельцу. Почему Кэтрин этого не сделала? Что такого особенного в этом браслете?

Хотя Оливия не являлась дипломированным египтологом, она изучала историю Египта так же, как изучала историю каждого персонажа, которого исполняла. Она уже погуглила египетские украшения, древние египетские украшения, украшения Старого царства, Среднего царства, Нового царства. Она просмотрела доски объявлений «Принтерест» и перешла по ссылкам на Египетскую Книгу Мертвых, но ничего не нашла.

В Древнем Египте украшения носили и мужчины, и женщины, и еще до визита Рэйчел Оливия начала поиски по фараонам. Теперь она обратилась к женам фараонов в поисках изображений любых предметов, которые могли быть связаны с наиболее очевидными царицами: Хатшепсут, Нефертари и Нефертити. Ничего не обнаружилось. Клеопатра была скорее гречанкой, чем египтянкой, но Оливия прошлась по ней и ничего не нашла. А потом... У Оливии перехватило дыхание.

— Боже мой...

* * *

Бриттани в тот вечер не была на дежурстве, но ей не терпелось услышать, что раскопала Оливия, поэтому вместо того, чтобы поехать в участок, они встретились в местной кофейне, представлявшей собой помещение с кирпичными стенами, мебелью сплошь из темного дерева и креслами с подголовниками, обитыми потертым зеленым бархатом с позолотой.

— Твой браслет оказался краденым? — спросила Бриттани после того, как они заказали напитки и расположились в тихом уголке.

Оливия кивнула.

— Да. Его украли двадцать восьмого января две тысячи одиннадцатого года.

Бриттани вопросительно воззрилась на нее.

— Откуда ты знаешь точную дату?

— Потому что в тот день мародеры ворвались в Египетский музей в Каире во время восстания против режима Мубарака, так называемой «арабской весны». Среди других предметов они забрали позолоченную деревянную статую Тутанхамона, пару деревянных саркофагов и браслет царицы Хетеферес. — Оливия выдержала паузу. — Саркофаги и статуя были найдены и возвращены.

— Но не браслет.

— Не браслет. — Оливия передала Бриттани свой телефон. — Это фото из архива музея.

Бриттани изучила фотографию.

— Это твой браслет. Либо он, либо точная его копия.

— Судя по тому, что произошло, можно предположить, что подлинник. Значит, я ношу браслет царицы Хетеферес.

— Ты сказала, что мистер Свифт подарил тебе браслет больше года назад, прямо перед своей смертью. Почему Кэтрин и ее сын так долго ждали, прежде чем попытаться вернуть его?

— Они, вероятно, до недавнего времени не знали, что он у меня. — Оливия оперлась на потертые подушки кресла. — Один из камней выпал сразу после того, как Юджин дал украшение мне. Я положила браслет в ящик стола и забыла о нем до тех пор, пока перед самым туром не начала упаковывать бижутерию. Я приклеила камень обратно и добавила браслет в общую кучу. — Она нахмурилась. — Боюсь даже упоминать Египетскому музею о суперклее.

— Думаю, они тебя простят.

Оливия наклонилась вперед.

— Через пару дней после начала тура в газете появилась моя фотография в этом костюме, то есть первый раз, когда я сфотографировалась с браслетом. Проблемы начались сразу после, так что Кэтрин, должно быть, увидела это фото.

Оливия обдумывала тщательно рассчитанное время прибытия водителя лимузина в их отель в Лас-Вегасе. Благодаря положению Кэтрин в совете Муни, у нее имелся доступ ко всем деталям гастрольного графика Маршана.

— Она наконец-то узнала, где находится браслет, — согласилась Бриттани, — и испугалась, что его опознают.

— Как только это произошло бы, несложно стало бы проследить от меня до Юджина Свифта, а оттуда до его компании.

— Установление прямой связи между украденным египетским артефактом и аукционным домом Свифта их бы погубило.

— Не обязательно. Нелегко проследить происхождение — цепочку хранения — древних артефактов. Если в каталоге появляется украденный или разграбленный предмет, аукционный дом признает ошибку, пытается ее исправить, и все в порядке.

— Тогда почему Свифты не смогли этого сделать?

— Потому что мой браслет был украден из музея, который опубликовал в широкой печати список всех украденных предметов.

— Это означает, что компания не может ссылаться на незнание.

— Точно. Каждый дилер в стране знал наизусть этот список, и если Кэтрин не смогла бы вернуть браслет, то вскрылась бы вся ее незаконная деятельность. Оливия провела большим пальцем по запястью.

— Юджин любил «Аиду». Казалось естественным надеть его подарок на представление в вечер премьеры. Можно только вообразить, как Кэтрин, должно быть, запаниковала, когда увидела артефакт.

— И, наверно, запаниковала еще больше, когда ты вышла в нем на гала-концерте.

— Я думаю, она этого даже ждала. Я встретила ее около трех недель назад на Манхэттене, и она специально попросила меня прийти на гала-концерт в египетском костюме. Кэтрин не знала наверняка, что я надену браслет, но это было бы логично, и она, должно быть, усмотрела в этом надежную возможность вернуть браслет, если ее сын не