Мой хвостатый избранный, или Курс на Бездну - Айштария Райс

резким теплом от ранее прохладной чешуи. Потом маленькое тело обволокло тонкими ручейками энергии, которые до этого стремились ко мне как к своему центру со всех сторон зала, дворца, напрямую от сердечника. Теперь же на малыша перешла часть этого нескончаемого и могучего потока энергии мира. Я увидела и одновременно ощутила, как ядро малыша вбирает в себя эту силу, стремительно растёт. Дракончик соскользнул с моих рук. Он стал тяжелее, больше и продолжал расти! Он, мотая головой и ощущая ту же боль, что и я от огромного количества энергии, отходил от меня всё дальше. Он ревел от боли сначала тонко, а потом всё более мощно и ниже.

Чешуя темнела прямо на глазах — из голубой становилась насыщенно синей, как ночное море. По ней пробегали голубые и золотистые разряды энергии. На голове проклюнулись два извилистых золотистых рога и стали удлиняться. Крылья, ещё недавно смятые и слабые, расправились шире, вырастая. Лапы мощно упирались в пол, скрежетали огромные когти, размером с мой кортик, по каменному полу, а на кончике хвоста формировался обоюдоострый плавник.

И вот он уже, изогнувшись кольцами, достигал головой края свода пещеры и возвышался надо мной, окутанный энергией.

Я поняла. Связь.

Пока через меня шёл поток силы Мира, часть его — через наш энергетический резонанс — впитывал и он. Тогда и Ариан... Надеюсь он не превратиться в огромную амфибию…

Потеряв мать, дракончик словно добирал то, что должен был получить рядом с ней ещё позже. Он вырос быстро. Неправильно быстро. Но не искажённо. Не хаотично. Скорее — отчаянно, потому что судьба не дала ему возможности побыть маленьким беззаботным драконом, а призвала на войну. И он принудительно повзрослел.

Шаар'Энна это заметила тоже. И рванулась к нам в последней попытке.

Королева успела перехватить её, Сиарран подрезала контур сбоку, Иарасса ударила сверху, но искажённая вывернулась с такой злой, фанатичной силой, что прорвала полукольцо защиты, получая страшные раны, и почти дотянулась до меня.

Но не дотянулась. Новый дракон сорвался с места раньше.

Уже не малыш. Почти взрослый. Огромный для нескольких мгновений жизни, тёмно-синий, с золотыми всполохами на чешуе, с расправленными крыльями и глазами, в которых больше не было детской беспомощности.

Там была скорбь. И ярость.

Он снёс Шаар'Энну всей массой, сбил с ног и, не дав ей даже вскрикнуть по-настоящему, сомкнул огромные клыкастые челюсти.

Короткий, захлебнувшийся крик всё-таки прозвучал. Потом оборвался.

Сиарран моргнула, переводя взгляд с дракона на место, где только что была главная жрица.

И, тяжело дыша после боя, выдала почти ошарашенно:

— Эй… выплюнь. А как же суд?

Иарасса рядом хмыкнула — резко, нервно, неверяще. Даже королева на миг застыла, приходя в себя после боевого запала.

А дракон, уже заглотивший Шаар'Энну, медленно повернул к нам голову.

И… совершенно непочтительно икнул.

По его великолепной тёмно-синей чешуе с золотистым отливом пробегали искорки энергии.

Я бы, может, даже рассмеялась. Если бы в этот момент меня не рвало изнутри потоком силы. Потому что это был ещё не конец. Я всё ещё удерживала печать, которая продолжала перестраивать структуру пространства. Рост дракона и казнь главной жрицы заняла пару минут. Со стороны разрыва шли мощные импульсы, попытки разрушить печать. И вдруг после мощного толчка, от которого я ощутила боль во всём теле и вкус крови во рту. Бездна!

Кусок Хаоса, его грязной энергии, проник на нашу сторону. Ариан дёрнулся, формируя сдерживающий контур, подключились королева и её дочери.

Этот сгусток шипел, соприкасаясь с чистой энергией этого Мира, не пропущенной через ритуальную печать. Он корчился и сгорал. Добил его дракон, пустив разряд в самый центр этого тёмного куска энергии. И тот, клубясь в конвульсиях, просто истлел в чистой энергии.

Разрыв в это же время всё уплотнялся, исцелялся. Но я всё ещё видела Хаос по ту сторону грани — вязкую, тёмную, шевелящуюся массу, которая не имела формы, но искажала всё, к чему прикасалась. Камень рядом с ней плавился в уродливые геометрии. Воздух сворачивался в спирали. Сам свет там начинал умирать.

Я снова закрыла глаза, открываясь потоку ещё сильнее. Стиснула зубы. Надеюсь, не сдохну. Не хочу, чтобы Ариан нашёл себе другую жену.

— Эй, даже не думай, неугомонная! — Ариан попытался пошутить, стиснул мою руку. Кажется, последние слова я произнесла вслух.

И тут меня будто прошила молния. Я думала до этого было больно… Неет… Мир усилил поток энергии ещё больше. Чтобы наверняка хватило.

Поток чистой силы пошёл через меня с такой мощью, что я перестала чувствовать тело. Не ощущала себя как Рейну. Только свет. Только структуру. Только грандиозное, невозможное усилие — как если бы через человеческое сердце вдруг пустили течение целого океана. Я сама стала этой энергией.

Словно соединившись с Арианом, увидела сияющий силуэт со стороны: объятая золотисто-белой энергией, с развевающимися от энергии волосами, моя фигура слепила. Ко мне во всех сторон стекались потоки энергии, усиливаясь, утолщаясь… Меня резко выкинуло из его сознания, Ариан отлетел от меня, отброшенный мощным потоком энергии. Я продолжала видеть перед собой лишь одну цель: исцелить пространство, остановить захватчика, иначе он меня уничтожит и поглотит. Все мои искорки будут пожраны. Я не могу это допустить. Я — Мир. Всё является частью меня. И я есть в каждом. Я сама вливалась в эту структуру, закрывала собой разрыв…

Ещё больше энергии полилось в печать, которая латала структуру разрыва. Осталось ещё немного. Скверна иного измерения билась с той стороны, но против чистой энергии мира, ослепительной и сжигающей, не могла ничего сделать, корчась при соприкосновении с печатью.

Внезапно световые жилы вспыхнули разом, прошивая храм от пола до потолка.

Хаос отдёрнулся от разрыва по ту сторону, и печать, что неумолимо ткала с нуля новую структуру пространства мощными нитями энергии, окончательно восстановила целостность, стирая грань, исцеляя этот участок пространства.

Последняя вспышка была такой яркой, что зал ослеп на несколько ударов сердца. А потом всё кончилось. Просто кончилось.

Поток отпустил меня так резко, что я не удержалась. Пальцы разжались. Тело стало чужим и непослушным. Осознание себя возвращалось.

Я рухнула бы лицом в камень, если бы Ариан не подхватил меня. Где-то рядом, будто издалека, кто-то ахнул.

Я моргнула. Очень медленно. Мир был мутным, расплывающимся, будто сквозь толщу воды, но я ещё видела пульсацию потоков в структуре пространства. И ощущала, как горят внутренние каналы, как тяжело даётся вдох, словно после сильнейшего удара об воду… Я сплюнула кровь на каменный пол.

Последнее, что я почувствовала прежде, чем