Услуга Дьяволу - Валерия Михайловна Воронцова

— Большая честь для меня, госпожа Хату, — с достоинством поклонилась советница, и я, следуя протоколу, вернула ей любезность.

— Однако я удивлена вашим присутствием здесь. Неужели испытание оказалось столь сложным для Ее Высочества, что она еще не покинула зал? — спросила Тунрида.

— Уверена, Ее Высочество совсем скоро порадует нас своим присутствием, — невозмутимо ответила Малитея, словно Ида только что не усомнилась в силе ее подопечной.

Стоило лишь ей договорить, как высокие двери в противоположном конце коридора распахнулись, выпуская шлейф бело-розового тумана, из которого гордо и плавно вышагивала девушка в длинном ядовито-зеленом платье со спущенной до локтей черной бархатной мантией, подметающей подолом пол.

Ее обнаженные плечи и ключицы сверкали от золотой пудры, и золотая змея-ожерелье, обвившая высокую шею, казалась дремлющей в песках пустыни под солнцем. Свисающий из пасти «хвост» украшения опускался точно в ложбинку пышной груди, поднятой корсетом, а три тонких золотых обруча сдерживали роскошную копну волос красновато-каштанового цвета, напомнившего мне тщетные попытки осеннего солнца согреть землю. Массивная печатка с гербом Дома Зависти бросилась в глаза, как только Ее Высочество чинно сложила руки на животе, остановившись подле госпожи Малитеи.

Уловив все детали наряда, я позволила себе поднять взгляд к лицу принцессы, находя его удивительно отталкивающим при очевидном совершенстве черт и пропорций.

Тонкие брови с симметричными изломами должны были восприниматься как нечто изящное, но я видела в них хищные когти над льдинами глаз. Светло-голубые, будто покрытые морозной коркой, они заставляли подумать о безжалостной в своем равнодушии зиме, легко отнимающей жизни тех, кто не устоял перед холодом. В них отражались теряющие листву и краски леса, застывшая вода озер, мертвые птицы, падающие с заснеженных кустов, окоченевшие зверьки и навек уснувшие в снегах смертные.

Даже не будь на пальце принцессы печатки с двумя вцепившимися в хвосты друг друга мортассами, обвившими клепсидру, как символ бесконечного сражения за то, что есть у других, я сразу бы поняла, представительницу какого Дома вижу перед собой. Из всех грехов лишь Зависть в своей сути стремилась сорвать уже растущее, а не взрастить собственное. Почти бесцветные, глаза принцессы Аспиды напоминали две пустоты, жаждущие вобрать в себя все, на что падал их взгляд, в том самом глубоком неотвратимом смысле, с каким действует любой паразит. Забрать саму жизнь.

— Приветствую великую первопадшую и ее гостью, — склонила голову принцесса Аспида, изогнув тонкие, так же позолоченные губы в кроткой улыбке.

— Ваше Высочество, осмелюсь пояснить, дабы ваше незнание не было воспринято великой первопадшей и госпожой Хату как оскорбление, — якобы спохватилась Малитея, опередив Тунриду. — Позвольте представить вам властительницу Садов времен, воспитанницу Владыки Тьмы и Огня, госпожу Хату.

— Ах, вот оно что! — выражение лица и приторный голосок принцессы Аспиды столь идеально сочетались в своем удивлении, что мне даже захотелось поинтересоваться, кто был ее наставницей по этикету в свое время. Подобное мастерство точно заслуживало оваций. — Прошу прощения, госпожа Хату, должно быть, меня сбил с толку резкий запах смертного духа, — удрученно покачала головой принцесса, будто не пытаясь оскорбить меня указанием на происхождение. Как предсказуемо.

— Право, это не стоит извинений, Ваше Высочество, — улыбнулась я в ответ. — Я прекрасно понимаю, что вы, должно быть, сильно утомлены первым испытанием, занявшим у вас так много времени. Усталость — плохой компаньон, может сказаться как на обонянии, так и на зрении, — я сделала великодушный жест рукой, демонстрируя печатку Садов времен во всей красе.

— Вы очень добры, госпожа Хату, — бледные глаза Аспиды приобрели слабый желтый оттенок, словно ледяная крошка в лунном свете, и рядом со мной едва различимо шевельнулась Тунрида. — Какие цветы вам нравятся?

— Те, что есть лишь в Садах времен, Ваше Высочество, — улыбнулась я, отметая для нее возможность прислать мне какой-либо букет или композицию с ядовитым дополнением.

— Нам пора. Уверена, зал уже подготовили, — вмешалась Тунрида в нашу зрительную дуэль с принцессой.

— Разумеется, не будем вас задерживать, великая первопадшая. Желаю вам пройти первое испытание, госпожа Хату, сколько бы времени у вас это ни заняло, — сладко улыбнулась Аспида.

— Постараюсь не отстать от вас, Ваше Высочество, ваше время послужит мне ориентиром, — вернула я любезность. — Госпожа Малитея.

Откланявшись, мы с Тунридой уверенно оставили принцессу и советницу Зависти за спиной. Я не удивилась, если бы услышала шипение, но легкая рябь воздуха, коснувшаяся шеи, подсказала, что обе перенеслись и покинули Дом Обетов и Дисциплин.

— Это было слишком? — взволнованно шепнула я Иде.

— Для первого раза неплохо, — хмыкнула Тунрида. — Будь осторожна, Аспида не забудет твоих сегодняшних уколов.

— А я — ее, — покосилась я на Сеть Карателя.

Я не собиралась говорить этого вслух, потому что прозвучало бы по-детски, но принцесса Зависти в самом деле начала первой. Похоже, пару лет назад мне и правда повезло встретить Циссию. Без принцессы Дома Страсти, после знакомства с Аспидой я подумала бы, что такое отношение будет демонстрировать вся знать Подземья и, конечно же, обожглась бы на собственной предвзятости.

— Сосредоточься, — Тунрида остановилась перед дверьми. — Помни, чтобы там ни было, тебе под силу это решить.

Вдохнув, я прикрыла глаза, отметая все мысли об интригах и ожиданиях аристократии Подземья. Сейчас лучшее, что я могу сделать — хорошо пройти испытание.

— Я готова, — кивнула я Тунриде, и по щелчку ее пальцев двери распахнулись, приглашая меня шагнуть в бело-розовый туман.

Глава 22

Безопасность лишь иллюзия, когда зло на охоте.

Терри Гудкайнд, «Правила волшебника»

Говоря, что во время испытания мне не доведется кого-либо увидеть, Тунрида не лукавила. Не было ни длинного стола с экзаменаторами, ни трибун со зрителями. Я не видела стен, потолка и пола — все вокруг принадлежало разноцветному туману, не дающему почувствовать даже поверхность, по которой я ступала.

Я знала, что это не иллюзия, а куда более древние и мощные чары, прежде открыто использовавшиеся в земном царстве в те времена, когда жажда чудес и вера в них для смертных были одним и тем же. Небесные и падшие окутывали «завесой безгрешности» леса, пещеры и целые острова, устраивая смертным испытания, обязательным условием которых было преодоление трудностей в одиночку, а на кону зачастую стояла не только жизнь, но и душа. Спасти деву в беде, найти сокровище, получить особый дар — все это было пламенем, притягивающим храбрецов, готовых рискнуть всем ради призрачного шанса на победу.

В данном случае не стоило ожидать появления чудовищ или внезапных атак — цель первого испытания «Триады Терний» заключалась в проверке знаний, логики и смекалки, поэтому я продолжала идти прямо, гадая, пытался ли