Развод с Горынычем, или укрощение Василисы - Алла Султанова

— Ну… я бы не приравнивал Гор-дея к обычным мужикам… — пробубнил Баюн.

Я окинула взглядом козла и кота.

— Решайте. С кем вы пойдёте? Со мной или…? — устало сказала я.

Акакий потряс бородкой.

— Ме-е-е… — жалобно протянул он, переводя взгляд то на меня, то на невозмутимого Гордея. — ну… он молодец…

— Нерешительный ты… — с презрением заметил Баюн, вильнул хвостом и, подойдя к парню, уселся у его ног.

Акакий нервно лягнул воздух, словно сгоняя сомнения, и выкрикнул:

— Я с Василисой!

— Пошли, — кивнула я козлу.

— Кудэ-э-э? — растерянно поинтересовался Акакий, озираясь по сторонам.

— Моя девичья душа тянется во-он к тем вековым дубам.

Позади раздалась короткая усмешка Гордея. Я гордо вскинула подбородок и зашагала в сторону леса. Козёл засеменил следом.

Глава 12

— Василиса, а ты уверена, что мы правильно идём?

Вопрос заставил меня вздрогнуть. Я пожала плечами, стараясь казаться увереннее, чем была на самом деле. Но по спине пробежала холодная дрожь.

— Василиса, а ты не боишься бабу Ягу?

— Нет… — опасливо озираясь по сторонам, ответила я.

— Василиса, а мне рассказывали, что она людей ест.

— Ну… Я не особо верю в эти сказки… — сдавленным голосом произнесла я.

— Василиса, а как ты думаешь, что эта старуха ест?

— Ну… Думаю то же, что и мы, — ответила я, вглядываясь в лесную чащу.

— Василиса, а я её не боюсь.

— Да? — искренне удивилась я.

— Ага, — Акакий забежал вперёд и, пятясь задом, протараторил: — козлов-то она не ест!

— Угу, — я кивнула соглашаясь. — В таком случае тебе и правда, не стоит её боятся.

Он фыркнул, но через пару шагов его браваду сменила тревога.

— Василиса, как ты думаешь, Яга мне приколдует рог обратно? — с надеждой спросил козёл.

— Спросим у неё… — ответила я, остановившись перед холмом.

— Василиса, а попроси её ты…

— А ты почему не попросишь? — я повернулась к Акакию.

— Я заикаться начинаю, когда волнуюсь… И она может разозлиться, пока я договорю.

— Так ты же сказал, что не боишься Ягу, — я склонила голову набок.

— Я не боюсь, а опасаюсь.

— А-а-а, — многозначительно протянула я.

— Так ты спросишь? — взмолился козёл.

— Нет, — коротко бросила я и начала восхождение на холм.

— Как так⁈ — возмутился Акакий.

Я не стала ему отвечать. Просто не смогла. Все силы уходили, чтобы не сорваться.

Хватаясь за скользкую траву, карабкалась по склону.

— Василиса, я считаю, что ты должна вести переговоры с представителем своего вида, а не я!

— Ничего я не должна, — едва слышно процедила я, переводя дух.

— Ась⁈ Я не расслышал! — выкрикнул козёл снизу.

Когда я оказалась на вершине холма, обессиленно рухнула на траву.

— Василиса, — раздалось над самым ухом, — я помог найти тебе кота, притащил его на себе, оберегал тебя, пока ты спала…

— Да как ты тут так быстро оказался? — изумилась я, но, осознав услышанное, ошарашенно спросила: — От чего ты меня оберегал?

— От Гордея.

Я медленно подняла голову и воззрилась на козла.

— А что он хотел… от меня? — недоумённо поинтересовалась я, сжимая в руке траву.

— Я так и не понял, — козёл задумался, но спустя мгновение, выдал: — но, помнится, Баюн смеялся над ним, когда Гордей нюхал твои волосы.

— Что⁈ — я вскочила, будто ужаленная.

— Ага, — улыбнулся Акакий, довольный моей реакцией на его слова. — Он гладил твою голову, шептал что-то… — Козёл нахмурился, стараясь вспомнить. — Милая девочка… Дурёха… Моя дурёха…

— Глупости, не его я… — нервно хмыкнула я и, отряхнувшись, зашагала в сторону леса.

— Да! Я тоже так подумал! — воодушевился Акакий, бегом следуя за мной, — но вид у него был крайне подозрительный. Я отогнал его от тебя, и он пересел к коту. И эти двое определённо начали что-то замышлять. У них общий секрет. Я почти уверен!

Мысль о тайном сговоре кота и Гордея засела у меня в голове колючкой.

Вскоре мы достигли опушки, и все мысли о заговоре, еде и даже о Яге разом вытеснил ужас.

Перед нами, сплошной, непроглядной стеной встал чёрный лес.

Деревья, те самые вековые дубы, к которым я так рвалась моя девичья душа, стояли, словно великаны.

— Лес какой-то странный… — вымолвил козёл, и его голос дрогнул.

— Очень… — согласилась я.

Из кромешной тьмы доносились скрипы и завывания, похожие на стоны. Временами слышался резкий, обрывающийся визг, от которого кровь стыла в жилах.

Тени у подножия деревьев не лежали смирно. Они шевелились, извивались, тянулись к нам длинными, бестелесными щупальцами. Воздух вдруг стал густым и тяжёлым.

Из этой чащи веяло таким древним, могущественным злом, что по коже побежали мурашки. А в груди поселилась тревога.

Акакий прижался ко мне мохнатым боком, дрожа мелкой дрожью.

— Василиса, мы тудэ-э-э? — его шёпот был полон отчаяния.

— Туда, — тихо, но твёрдо сказала я и сделала первый шаг под сень вековых дубов.

Всхлипнув, козёл шагнул вместе со мной.

Тьма поглотила нас мгновенно. Божий свет, оставшийся за спиной, исчез, словно его и не было.

Глава 13

— Тьма-хоть глаза выколи, — пробормотал Акакий, прижимая уши, — зря мы сюда пошли…

— Не ворчи, — сквозь зубы процедила я, выставив руки вперёд. — А где по-твоему, избушка могла бы спрятаться от людей? Я почти уверена, что мы идём правильно.

— Почти? — фыркнул козёл.

— Хватит Акакий, — вздохнула я, нащупывая ногой очередной, выступающий из земли корень дерева, чтобы не споткнуться. — Я не могла оставаться с Гордеем.

— А надо бы, он ведь мужик, а в наше неспокойное время, иметь рядом мужичка — не роскошь, а средство передвижения по жизни.

— Да? — зло усмехнулась я, отодвигая ветку. — Он только командовать может.

— Он костёр развёл, ягод собрал, ложе сделал…

— Я и сама могу ягод, мох и веток собрать. Вот с костром увы… огнива нет…

— А Гордей так ловко костёр разжёг, — подпрыгнул Акакий, — дыхнул на дрова и бац! Готово.

— Что? — я уставилась на козла. — Дыхнул?

— Ага.

— Не придумывай, — отмахнулась я, — огонь добывают с помощью огнива.

— Я видел как-то огниво у своего хозяина, а у Гордея его не было.

— Хватит уже придумывать, — я закатила глаза.

— Я не кот Баюн, чтобы сказки придумывать, — возмутился козёл, — я говорю всё как есть. Я не боюсь говорить правду. Мне от тебя скрыва…

Он неожиданно прервал свою речь.

— Ой! — отчаянно взвыл Акакий и пропал.

Воцарилась тишина, которую нарушил лишь мой испуганный вздох.

— Акакий… — дрожащим голосом, позвала я козла.

— Я здеся… — прозвучало откуда-то снизу.

Я сделала шаг и… земля внезапно перестала ощущаться под ногами. А