Сделка, окрашенная кровью - Василиса Дрейк

— А что, по-твоему, мы должны делать вместо этого? — Теперь он был у меня за спиной. Его тень слилась с моей на стене. — Вампирам нужна кровь так же, как тебе нужен воздух или вода.

— Почему бы просто не брать ее у животных? Ты вполне справлялся, когда мы путешествовали.

Ладно, возможно, не «вполне», если судить по его словам. Но разве это не лучше? Каждый вампир когда-то был человеком. Разве они не видят в этом предательства?

Или все они такие же люди, каким был Кроули, — чудовища, считающие, что имеют право причинять вред любому ради собственной выгоды?

— Почему мы должны это делать? — огрызнулся Рафаэль. — Мир устроен определенным образом.

— И в этом мире слабые всегда внизу, а сильные берут сверху все, что пожелают, — огрызнулась я, резко оборачиваясь.

Я пожалела об этом. Рафаэль был куда ближе, чем я думала. Мне пришлось задирать голову, чтобы смотреть на него.

— Повторяю, их не берут. Каждый человек находится в моем королевстве добровольно и добровольно отдает свою кровь. Могло бы быть куда хуже.

Но могло бы быть и лучше.

— А стали бы они делать это, если бы у них был выбор получше?

— Ты служила в Греймере по собственной воле, Самара? Тебе платили жалованье?

Я отшатнулась.

— Это было рабство. А здесь — выбор. Есть разница.

Это едва ли был выбор, который сделал бы человек в здравом уме. Укусы вызывали зависимость. Конечно, они оставались и позволяли Латии предлагать свои вены любому вампиру у которого были деньги.

— Я не задала свой вопрос той ночью. Ты мне должен, Рафаэль, так что скажи мне правду: ты действительно считаешь эту систему справедливой? Ты думаешь, она безопасна? Несмотря на все разговоры о выборе, я сказала тому вампиру «нет», а он все равно собирался питаться мной. Если бы он убил меня, что бы было потом? Справедливо ли, что в худшем случае его просто изгонят из этого притона, и он сможет свободно ходить в любой другой?

Рафаэль был неподвижен, и все же мне казалось, что я ощущаю бурю эмоций в нем.

— То, что он попытался сделать… с этим разберутся.

— Разберутся? — Я взмахнула рукой в сторону стены. То, что было страхом, когда вампир надвигался на меня, теперь превратилось в гнев. — Рафаэль, он уже мертв. И он мертв только потому, что кто-то больше и сильнее его остановил. Потому что ты пожалел меня.

— Вот как ты думаешь? — он склонил голову. — Что я жалею тебя?

Я фыркнула с тем презрением, которого он заслуживал.

— Ты правда ждешь, что я поверю, будто это не так? На каждом шагу я слабая, а ты сильный. Я годами служила Нельсону, и в один день ты его убиваешь. Я отдаю себя Монастырю, готовая унизиться ради защиты, и ты убиваешь их всех тоже. Пятый ад, да я даже сейчас замираю при виде крови. Я позволяю тебе кормить меня, одевать меня, как бесполезного младенца. У меня нет магии, лишь самое поверхностное понимание языка книги, которая тебе, похоже, даже не важна. Если это не жалость… — я замолчала. А что тогда? Мне хотелось закричать.

— Это не жалость. — Рафаэль шагнул вперед, и теперь я отступила, прижавшись к стене. — Ты не видишь происходящее так, как вижу его я. Уже дважды ты защищала себя от более крупных и сильных противников. Ты неустанно трудишься, чтобы доказать свою ценность. Ты говоришь, что замираешь, но я видел тебя: когда нужно, ты действуешь. Твой разум всегда работает, решая загадки с такой скоростью, которой удивляюсь даже я. В храме ты вытащила с десяток стрел из моей спины, когда я был залит кровью, так что нет, ты не «замираешь». Конечно, пища и одежда — это наименьшее, что я тебе должен за свою жизнь. Я не утверждаю, что ты не боялась, Самара. Но ты не позволяешь страху остановить себя.

Он подошел ближе. Я оказалась зажата между ним и стеной. Сердце грохотало в груди, но теперь это был не страх. Даже гнев отступил. Черты его лица были четко очерчены, глаза яркие и обольстительные. Белые пряди его волос упали на меня, когда он наклонил голову, чтобы посмотреть вниз.

— Я не жалею тебя, — повторил Рафаэль. — Маленькая гадюка, ты для меня неотразима.

— Это безумие, — усмехнулась я.

— Потому что ты сводишь меня с ума, — прорычал он. Его слова были словно молния в моих венах, электризующие, пугающие. Он коснулся ладонью моей щеки, отводя волосы в сторону. Все мои мысли остановились. Еще мгновение назад я боялась смерти. Теперь я не знала, чего ожидать. Что Рафаэль отведет меня обратно в замок или отчитает за беспечность?

Чего я не ожидала, так это того, что он поцелует меня.

Он обхватил мое лицо и накрыл губы своими. Я застыла от неожиданности, неуверенная и потерянная. Я никогда никого не целовала. Но Рафаэль был терпелив и ласков. Желание пробудилось глубоко внутри меня, как фитиль, загорающийся от каждого прикосновения его языка. Он направлял меня, и моя кровь закипела, отчаяние вспыхивало в венах. Его вкус был насыщенным, и внезапно он стал для меня всем. Не существовало комнаты, где убили вампира, не было враждующих королевств, не было шпиона, идущего по моим следам.

Были только я, Рафаэль и это пылающее напряжение, вспыхнувшее между нами.

Я хотела его. Не имело значения, что я лишь наполовину понимала, что делаю. Он погрузил меня еще глубже в поцелуй, второй рукой он обхватил меня за талию и прижал к себе. Он пах тьмой и искушением. Я запустила пальцы в его волосы, притягивая ближе. Он застонал мне в губы от этого движения, и в ответ мое тело выгнулось ему навстречу. Еще. Я хотела еще. Мой язык смело скользнул в его рот, исследуя его.

А затем коснулся кончика его клыка.

Вкус меди мгновенно окрасил поцелуй.

Я резко отпрянула.

Кровь.

Рафаэль не притянул меня к себе для еще одного поцелуя, но и не отступил. Его красные глаза светились рубиновым светом — светом вампира, только что вкусившего крови. Черт возьми. Вкус все еще оставался у меня во рту. Странное покалывание покрывало губы, словно я физически ощущала его отсутствие.

Рафаэль поцеловал меня.

Я хотела, чтобы он сделал это снова. Прежде чем здравый смысл прогонит блаженное чувство, которое начало охватывать мое тело. Прежде чем я вспомнила, что над этим совершенным, красивым лицом, которое было передо мной, обычно возвышалась корона.

Он замер. Ждал.