История дворца Куньнин. Книга 1 - Ши Цзин

– Я рассказала тебе все, что могла. Ты и так пробыла у меня слишком долго, не стоит засиживаться, тем более раз твоя сестрица такая грозная. Я провожу тебя.

Ю Фанъинь встала и поклонилась. Цзян Сюэнин тоже поднялась, надела расшитые туфли и проводила гостью до двери. На прощание барышня сунула ей в руку флакончик с лекарством:

– Это тебе. Обработай рану, тогда она быстрее заживет.

От признательности и целой волны нахлынувших чувств у Ю Фанъинь чуть не закапали слезы.

– Вы так добры ко мне…

Цзян Сюэнин про себя усмехнулась: «Глупышка», но погладила девушку по макушке.

– Раз видишь, как хорошо я к тебе отношусь, то и сама относись к себе лучше. Ах да, и не вздумай рассказывать сестрице Ю Юэ, сколько ты заработала в прошлый раз. А то еще станет выведывать, как ты нажила денег. Пусть лучше меня во дворце притесняет: я потерплю. Но вы-то живете в одном доме. Если попадешься ей под руку, кто знает, что с тобой будет? Я понимаю, ты хочешь меня защитить, однако не нужно с ней ссориться.

Тан-эр и Лянь-эр стояли снаружи и слышали каждое слово. Странное дело: напутствие прозвучало знакомо! Разве сама Ю Фанъинь только что не говорила почти то же самое? Почему вдруг вторая барышня за ней повторяет?

Однако Ю Фанъинь ничего не заподозрила. Ее глаза наполнились слезами. Девушка задрожала и опустила голову.

– Хорошо, – прошептала она.

Цзян Сюэнин сделала вид, что успокоилась, и велела проводить гостью. Ю Фанъинь вышла через боковую калитку, где ее ждал экипаж. Возничий от усталости уже начинал клевать носом, но, увидев девушку, встрепенулся и поспешно спросил:

– Куда теперь, барышня?

Сжимая флакончик с лекарством, Ю Фанъинь долго и безучастно глядела вдаль. В груди у нее клокотала ярость. Крепче стиснув флакончик, она отчеканила:

– В усадьбу Цинъюань-бо.

Как только Ю Фанъинь удалилась, лицо Цзян Сюэнин утратило жалобное выражение. Она тихонько хмыкнула и хлопнула в ладоши. Такая быстрая перемена в барышне изумила Тан-эр и Лянь-эр.

Сделать сильным слабого по натуре непросто, но все же возможно. В прошлой жизни Цзян Сюэнин хорошо умела вертеть мужчинами. Теперь же она применила свои уловки в разговоре с девушкой и снова добилась успеха. Ей действительно хотелось обучить Ю Фанъинь вести торговлю и зарабатывать, но положение той в родном доме было шатким – о спокойствии речи не шло.

Как известно, чтобы справиться с внешней угрозой, сначала нужно навести порядок внутри. Пока на женской половине дома бушуют страсти, о торговле и мечтать не стоит. Ю Юэ слишком злопамятна и жестока. Посмотрим, сумеет ли глупенькая Ю Фанъинь преподнести сестрице сюрприз.

Лянь-эр так и не поняла, что произошло. Голова у нее шла кругом.

– Барышня, она… вы… только что…

Цзян Сюэнин не захотела ничего объяснять.

– Уже поздно. Сходи посмотри, готов ли экипаж. Нам тоже пора отправляться.

Лянь-эр поняла, что расспросы бессмысленны, и поспешила выполнить поручение. В это время с другой стороны двора примчался слуга с корзиной свежих груш. Его лицо сияло от радости.

– Вторая барышня! Это подарок от господина Чжоу из Тайной стражи, который живет в Косом переулке. Фрукты только что срочно доставили из уезда Даншань, что в провинции Аньхой. Их недавно отведали при дворе и велели передать вам на пробу!

В корзине лежала примерно дюжина груш. Каждая – с тонкой золотистой кожицей, наливная и сочная.

Цзян Сюэнин выслушала слугу и слегка изменилась в лице. Фрукты с императорского стола. Значит, Чжоу Иньчжи уже получил должность тысячника. Если так, то, пожалуй, Янь Линь сегодня вечером не придет на встречу.

Видя, что хозяйка долго молчит, Тан-эр осторожно спросила:

– Барышня?

Цзян Сюэнин пришла в себя и откликнулась:

– Груши как груши. Поставь куда-нибудь.

Она опустила взгляд, вернулась в комнату и тихо села. Вскоре показалась Лянь-эр:

– Экипаж готов. Но, вторая барышня, у вас болезненный вид… Может быть, не поедем в «Терем заоблачной выси»?

Цзян Сюэнин моргнула.

– Поедем.

А вдруг?

Глава 38. Зимний гром

Весь предыдущий день погода оставалась такой ясной, что вечером можно было полюбоваться закатом. Сегодня же, когда Цзян Сюэнин выехала из усадьбы в экипаже, хмурое небо заволокло багровыми, низко нависшими тучами. С наступлением зимы студеный ветер пронизывал до костей. Казалось, вот-вот пойдет дождь. Уличные торговцы в спешке убирали лотки, оживленная столица вмиг притихла и опустела. Только ветер изредка поднимал опавшие листья и уносил их в узкие просветы между домами.

В «Тереме заоблачной выси» почти не осталось посетителей. Да и кто придет в такую погоду? Слуга, уставший за день, прислонился к стойке, собираясь перекинуться парой слов с хозяином, как вдруг снаружи послышался стук колес. Вскоре у входа остановился экипаж.

Слуга на мгновение опешил, а потом выбежал на улицу. Верх экипажа откинулся, и навстречу холодному ветру, взметавшему сухие листья, вышла служанка. Она помогла барышне выбраться из экипажа и накинула ей на плечи плащ, отороченный горностаем. Слуга, повидавший в «Тереме заоблачной выси» немало знатных гостей, такой красавицы еще не встречал. Даже по наряду становилось ясно: особа не из простых. Но зачем, спрашивается, пожаловала в такую погоду?

Проведя ее внутрь, он замялся и спросил:

– Барышня явилась по делу?

Цзян Сюэнин окинула взглядом пустующий первый этаж, посмотрела на лестницу, опустила ресницы и ответила:

– Мне нужна отдельная комната на втором этаже. Я жду одного человека.

– Проходите наверх, пожалуйста, – тут же откликнулся слуга.

Цзян Сюэнин с девушками поднялась по лестнице.

На углу улицы в зыбкой тени деревьев стоял Дао Цинь и молча смотрел на распахнутые двери заведения. Когда вторая барышня Нин исчезла на лестнице, ведущей на второй этаж, брови юноши медленно сдвинулись к переносице.

Се Вэй в мастерской, как ни странно, не вытачивал цинь. Люй Сянь вальяжно развалился на деревянной кушетке с изогнутой спинкой, закинув ногу на ногу, словно старик. Чтобы устроиться поудобнее, он даже сдвинул с места столик.

Торговец цинями ел свежие пирожные из кондитерской «Аромат абрикоса» и листал счетную книгу за этот месяц, с удовольствием прикидывая, сколько успел заработать. Заметив, что Се Вэй уже давно стоит у окна и смотрит в небо, Люй Сянь едва не расхохотался.

– Вот и говори потом, что карма – это выдумка, – притворно вздохнул он. – Глянь на себя: только и знаешь, что из меня деньги тянуть и поручения раздавать. В результате покупку сырого шелка у тебя увели из-под носа. Потом ты отправил Дао Циня распутывать этот клубок, а он до сих пор не вернулся. Видимо, что-то разнюхал. Эх, Се Цзюйань, я ведь твой денежный мешок. Так что отныне обращайся со мной повежливее, понял?

Цзянь Шу позади него закатил глаза.

– Ты некрасиво глаза закатываешь, Цзянь Шу. Будешь так пялиться – в следующий раз тебя пошлю следить, – небрежно заметил Люй Сянь.

«У него что, глаза на затылке? – подумал Цзянь Шу. – Наблюдать за кем-то – та еще работенка: скука смертная, поболтать не с кем. Станешь потом, как